Николь. Именно ураган во всём и виноват - Анна Богоданная

***

- Добрый день, Ники. Очень рада тебя видеть,- негромко приветствовала Мари кузину мужа. – Так редко встречаемся. - Она перевела взгляд на Бернарда. Тот учтиво улыбнулся, чуть склонив голову.

- Познакомься, Мари. Это мой жених. Его зовут Бернард. – представила Николь своего спутника. - Мы летали к его родителям в Дублин. А сегодня или завтра улетим в Сен-Тропе к дедушке Анри на день рождения.

- Так вы тоже путешественники. Анри наши поздравления. Долгих лет жизни, крепкого здоровья. Кланяйтесь Лизоньке.– отреагировал Андрэ. – Какие молодцы. На свадьбу пригласите? – он вопросительно посмотрел на Бернарда. Тот утвердительно кивнул и расплылся в улыбке. – Конечно. Вы же наши близкие родственники, как я понял. Когда ожидается пополнение? – он вопросительно посмотрел в сторону Мари. Та спокойно улыбнулась в ответ. - Ждём к началу июня. А там, видно будет. Он у нас такой непоседа. Всё время в футбол играет. – мягко улыбнулась Мари.

- Всё будет хорошо. Опыт у вас уже есть. – Бернард кивнул на детей.

– Познакомимся? – он присел возле малышей и протянул руку Марку. – Я дядя Бернард. Ники моя невеста. - Тот не заставил себя долго ждать. Протянул в ответ ручонку и важно сказал: «Очень приятно, дядя Бернард. Я Марк. Старший сын Андре Дюруа. Мне 6 лет. Это моя младшая сестра Элизабет, - он чуть кивнул в сторону сестрёнки. – но, мы называем её Бетти. Она ещё очень маленькая. Ей всего четыре года. – Он сделал паузу и продолжил. - А как вас зовёт тетя Ники?

- А Ники зовёт меня Берни, или Бер. Мне нравятся оба варианта.

- Хорошо. – сказал Марк, - тогда я тоже буду звать вас дядя Берни. Вы не обидитесь?

- Конечно, нет. Марк. – серьёзно ответил Бернард, - Мне нравится когда меня зовут Берни. Так меня называет моя мама. Мою маму зовут Габби, а твою?

- О, - протянул Марк, рукой указывая в сторону улыбающейся Мари. – Моя королева. Мари. Так её называет мой папа. И я так называю, а Бетти говорит, просто мама́. Она же ещё маленькая. Не всё может сказать. – Марк явно важничал. Это было немного смешно, но Бернард его понимал. В детстве он также важничал и говорил, что Пи́ту нельзя, а вот ему можно называть маму Любимая Габби.

Во время разговора Бернарда с малышами, Николь тихо отозвала Андрэ в сторону и спросила: «Скажи мне, Андре, только будь предельно честен со мной. Что ты знаешь о моём рождении? – и посмотрела прямо в лицо своему брату. Вопрос был рассчитан на внезапность. Андрэ на секунду замешкался.

- Понимаешь, Николь. – начал он неторопливо, явно обдумывая ответ, - Думаю этот вопрос ты должна задать своим родителям, а не мне. Когда ты родилась, мне было десять лет. Твой папа приходил тогда к нам в гости и был очень рад тому, что у них теперь есть ребёнок - девочка. Хотя, девочка и родилась недоношенной. Больше я ничего не помню. Я только знаю, что ты моя любимая кузина. Этого мне вполне достаточно!

- Ясно. Можешь не продолжать. Жаль, Андрэ. Я всегда относилась к тебе очень искренне. Думала, что и ты будешь со мной так же откровенен. – Она повернулась, чтобы отойти, но Андрэ остановил её.

- Ники, ну подожди. Эта тема никогда вслух в семье не обсуждалась. Просто я однажды подслушал, что тёте Софи делали искусственные роды. Моя мама говорила, что её заставили это сделать Жерар и бабушка Эмили, ещё до того, как твои родители поженились. Вот и всё, что я знаю.

- Этого вполне достаточно, Андрэ. Спасибо. И не волнуйся, - она сделала упреждающий жест рукой. – Об этом никто и никогда не узнает. Сказав это, она вновь улыбнулась, словно они разговаривали о чём-то приятном, и обратилась к брату, чуть громче и совершенно другим тоном: «И когда вы планируете возвращаться в Париж? Как надолго уезжаете? Не будет ли перелёт утомителен для Мари? Береги её!»

- Объявлена регистрация на наш рейс. – обрадованно сказал Андрэ, услышав объявление по радио. – Нам нужно идти! Дети прощайтесь с тётей Ники и дядей Берни. Мы полетели! Все стали прощаться.

- Счастливой вам дороги, хорошего отдыха и возвращения домой в полном здравии! Берегите друг друга! Пока! Мы тоже торопимся! Дорога домой была такой долгой и утомительной! - Николь, взяв под руку Бернарда, решительно увлекла его к выходу. Уже перед посадкой в такси, сказала: «Поехали домой, Бер. Умываться, отдыхать, думать. Потом позвоним дедушке Анри».

- О чём ты шепталась с Андрэ в аэропорту? – спросил Бернард, когда они уже отъехали довольно далеко.

- Дела семейные. Не стоит обращать внимания! - шепнула Николь. – Всё ингредиенты для семейного пирога собираются. Когда пирог будет готов, ты попробуешь его первым.

- Ого, какие аллегории. Буду ждать. Думаю, будет вкусно, – улыбнулся Бернард.

- Пока не знаю. – Серьёзно и очень тихо ответила ему Николь. – Посмотрим! И всю дорогу потом молчала. Бернард её не тревожил, понимая, что происходит что-то очень важное в жизни его невесты. Он подозревал, о чём думает Николь, но не хотел беспокоить её своими догадками. «Когда нужно будет, сама всё расскажет».

Уже возле дома, выйдя из такси, Николь спросила: «Ко мне или к тебе?»

- Давай ко мне. Душ, ужин, а потом посмотрим. Я так соскучился по тебе, словно вижу в первый раз. Пошли домой. - Николь улыбнувшись, кивнула, и они прошли мимо её подъезда. На третьем этаже квартиры мадам Нинон дрогнула занавеска, но дверь балкона не открылась.

- Бер, ты иди в душ первым. Я сейчас накрою на стол и, мы чего-нибудь перекусим. – Николь сбросила куртку, сняла обувь, отодвинула в сторону чемодан и прошла на кухню. Черезпятнадцать минут, Бернард вышел из душа, обмотав полотенцем бёдра.

- О, Бер! Это выглядит очень сексуально, но я сначала в душ. Ужин на кухне. – Николь улыбнулась, и, проходя мимо, коснулась обнажённой, ещё влажной, спины жениха.

Бернард вышел на кухню. Вынул из холодильника шампанское. Взял два бокала и вернулся в комнату. Поставил бокалы на столик возле кресла, открыл бутылку, разлил шампанское.