Маша и Медведь-3 - Ольга Войлошникова

Ну, вот и задалось воскресенье! Едрит твою…

КОСТЯ

Машина управления, подбросившая их, развернулась и помчала по первоначальному маршруту. Громоздкую аппаратуру, посовещавшись по дороге, оставили в фургоне. Очень уж с ней неловко по узким и неровным зоологическим дорожкам. Ребята обещали немедленно сообщить обо всём в оперативный отдел, но Костя не хотел ждать подкрепления. Боялся, что эти, кто бы они ни были, уйдут или снова замаскируются.

На снимках можно было разглядеть даже дом, в котором находился центр магических возмущений. Служащая на воротах, которой они предъявили один из снимков (да-да, честно стыренных из большой пачки — ради общего дела же!), добродушно усмехнулась:

— Второй день на ветстанции как мёдом намазано! То одни ищут, то другие… Вот, путеводитель дам вам, не промахнётесь.

— А что, вы говорите, на ветстанции? — подозрительно уточнил Фёдор.

— Да как этого медведя пораненного привезли, всё едут и едут…

В голове у Кости щёлкнуло: «медведя»! Медведь в сочетании с магией — было ведь такое. Мариам, помнится, рассуждала о сказках и архетипах. Вот, сейчас мы и узнаем, что это за сказочки…

Он нёсся, чувствуя неуверенность бегущего позади Феди, который, при всех своих положительных товарищеских качествах, магом был очень слабеньким — едва ли на единичку* (оттого и попал в техники).

*По рабочей десятибалльной шкале,

принятой в магическом управлении.

Калитка, ведущая во двор ветстанции, оказалась заперта на замок. Позвонить — гарантированно спугнуть. Костя перемахнул забор и приник к прутьям решётки:

— Федь, останься.

— А ты как же?

— Проверю. А ты… проследи, что будет. Если что — нашим сообщи.

— Так как же…

— Я старше по званию. Считай, это приказ.

Костя постарался не хлопать дверьми и не грохотать сапогами, но вывернувшаяся из боковой комнаты девушка всё равно испуганно взвизгнула.

— Тихо! — прошипел он. — Специальный отдел! Где медведь⁈

— О… он… та-ам он… Вон в тот коридор и до конца…

Костя метнулся в указанном направлении. Нужная дверь светилась матовым пятном.

Мелькнула мысль: «А вдруг ждут?»

И следом: «А вдруг уже уходят?»

Он рванулся вперёд, плечом вломившись в створку, которая оказалась не заперта и распахнулась с грохотом. Из-за операционного стола, снизу, с пола, метнулась смазанная тень, выкрикивающая непонятное слово. Костя швырнул ей навстречу ледяные копья — на чистом боевом автоматизме — чтобы увидеть, как девушка — а это была она, лиса! –смахнула острогранные штыри, словно надоедливых мошек, и ударила сгустком чистой магии, отбрасывая его к стене. Время растянулось. Костя словно застыл в воздухе, как мошка в янтаре.

А из-за плеча девушки поднимался медведь — вырастал, увеличиваясь в размерах до совершенно огромного! Полыхнуло алым…

Стена ударила его в спину и наступила тьма.

МАША

— Ну и манеры у твоих знакомых… — хмуро проворчал Баграр, клыки и когти которого медленно гасли. Это было так похоже на остывающие угли, что я невольно засмотрелась. — Муша? Это что за тип?

— Это как раз тот, со стадиона — помнишь, я рассказывала. Он потом следил за нами, требовал ожерелье предъявить…

— Обрыбится, — хмыкнул Баграр. — Ожерелье ему, ишь чего!

— Я тоже так думаю. Досада в том, что они прилипли, блин, к нам, как пиявки. Достали уже, честное слово. Вот сейчас, чего он приволокся?.. — и тут я вспомнила рассуждения своего сна и резко обернулась к Баграру: — А я знаю, чего! Кто у нас магию делает без прикрытия⁈ А я ведь предупреждала!

— Каюсь, забыл… — действительно раскаялся Баграр. — Больно уж забавные были эти твои учительки.

Я вздохнула:

— Забавные… Всё теперь, никакой тебе сторожки. Накрылся медным тазом наш шикарный план, — подошла, присела около валяющегося в отрубе мага. — И чего тебе спокойно не сиделось? Скажи спасибо, что я сегодня без накопителя… — порылась у него в карманах. Ничего, что могло бы хоть как-то прояснить ситуацию.

Дверь скрипнула, и я резко обернулась. В образовавшуюся щель осторожно заглядывала ветеринарша Лизавета.

— У нас всё хорошо, не стоит беспокойства, — вежливо сказал ей Баграр, и Лиза аккуратно хлопнулась в обморок.

— Ну, всё, теперь нам действительно пора, всё, что можно было, мы совершили, — саркастически оценила ситуацию я.

— Нет, ну, у меня есть ещё парочка идей в загашнике, — скромно сказал Баграр, — но как скажешь. Кстати, тревоги здорово бодрят. Я даже как-то… — он пошевелил плечами, разминаясь.

— Постараюсь устраивать тебе такое удовольствие почаще, — пообещала я. — Пошли.

На улице было по-зимнему свежо, и Баграр недовольно встряхнулся:

— И впрямь, неплохо бы двинуть к тёплому морю, а?

И тут мы увидели замершего у калитки парня, таращившегося на нас во все глаза.

— Этого тоже помню! — сердито воскликнула я. — В гимназию притаскивался к нам с магическим пылесосом! Допрашивал другой, а этот всё кивал: правда-неправда.

Парень хотел бежать, но Баграр так рявкнул: «Стоять!» — что мне тоже непроизвольно перехотелось куда-либо бежать. Медведь подошёл к самой калитке и слегка подцепил когтем форменную шинель:

— Послушай, мальчик. Моей дочери надоело, что вы повсюду за ней шляетесь. Теперь проблемы буду разруливать я, ты понял?

Одна из блестящих форменных пуговиц отлетела с тихим «пык!», несколько подпортив напряжённость момента. Баграр скосил на пуговицу глаза, вздохнул, поднял её двумя когтями и сунул замершему технику:

— На. Так ты понял?

Тот молча, но очень убедительно кивнул.

— Иди лучше, дружку своему помоги.

— Так закрыто… — сипло ответил парень.

— Ой-й-й, ма-а-аги… — покачал головой Баграр и когтями разогнул пару стальных прутьев ограды, образовав овальную дыру. — Пролезешь?

— Д-да, спасибо.

— Беги. Водички там ему налей, что ли…

Хлопнула дверь.

Я хмыкнула:

— Ты прям воспитатель.

— Да ты глянь на них, — Баграр передёрнул плечами, — это ж как щенят пинать…

Я покачала головой и вынула из кармана свою леталку:

— Зато полюбуйся, какую я смастерила штуку!

— Это что за рыбацкие сети?

— Смотри! — я встряхнула свой агрегат и придала ему жёсткости, накинула фиксирующие лямки на плечи.

— Неплохо! Если скинешь мне вес, я полечу за тобой, как шарик на верёвочке!

ФЕДЯ

Технику отчаянно не хватало своей бандуры, оставленной в будке фургона маголокационщиков. Он