Академия – 5 - Сергей Шиленко

Глава 3

Сознание медленно прояснялось. Рука казалась сплошной глыбой льда, а эмблема ворона была практически утоплена в кожу. Я застонал и поднял руку, чтобы провести по татуировке и выпустить сообщения.

— Иван Стрельцов, пожалуйста, явитесь в центральный зал для возобновления переговоров с высокопоставленными гостями. Директор.

— Иван Стрельцов, ваше присутствие в центральном зале требуется немедленно. Директор.

— Иван Стрельцов, дальнейшее отсутствие будет караться дисциплинарными мерами. Директор.

— Иван Стрельцов, пожалуйста, явитесь к профессору Голдсмит в Дом Ворона. Директор.

Когда магические послания закончили проноситься перед мысленным взором, скривился. Кажется, я влип. Думаю, стоит найти свою одежду и навестить Антонину, пока ситуация не стала ещё хуже. Поднявшись на ноги, огляделся, обнаружив, что нахожусь в спальне Юлии один. Безвкусная тяжёлая дубовая мебель, большая кровать… На стенах не было ни украшений, ни чего-либо, что свидетельствовало бы о личности Юлии. Странно. Она здесь уже давно, а на стенах нет ничего. Это вообще её комната?

Моя одежда лежала на полу, подняв её, начал одеваться. Я совершенно не представлял себе, в какой стороне замка нахожусь и, открыв дубовую дверь, выглянул в тёмный серый коридор. Многие камни, составляющие стены, были расколоты, и когда я закрыл за собой дверь, по ним прошла едва уловимая вибрация. С потолка посыпалась пыль, осев на каменном полу пушистым матовым ковром.

Я оглядел коридор ещё раз, но тот был таким же безликим, как и комната Юлии. Потянувшись, поправил очки и прищурился: — Я совершенно не знаю, где нахожусь, — тихо признался пустому коридору. Коридор не ответил, и я, выбрав левую сторону, пошёл вперёд. Осевшая пыль глушила шаги. Чтобы чем-то отвлечься, пытался оценить, что чувствую, когда искра моей сущности отсутствует. Движение маны замедлилось, а стремительное вращение без притока силы Юлии исчезло.

Приостановившись на мгновение, позволил своему ощущению связей направить меня. Ангелина находилась где-то в стороне и совершенно в другом направлении. Я снова вернулся к медитации. Мана всё ещё была заплетена, физический аспект пульсировал фиолетовым. Пустое место, где раньше была искра, тоже слабо пульсировало — её отсутствие заставляло энергию клубиться вокруг этого места. Попытался углубить свое осознание, чтобы изучить движение маны и заметил крошечные крючки, соединяющие ментальную ману с физической, а физическую с демонической. Но ментальная и демоническая маны отталкивались друг от друга, как противоположные магниты. Итак, сердце и разум не хотят работать вместе, но оба будут работать с телом, затем есть мана души, которая… Это то, что они называют силой бога? Духовная энергия — это то дерьмо, которое Виктория использовала, чтобы попытаться убить меня. Она противостоит телу?

Мои размышления были прерваны внезапным взмахом крыльев, врезавшихся в стены по обе стороны коридора. Резко остановившись, попытался заставить конечности сложиться обратно, но они категорически были против. Я ругался, извивался, пытаясь дотянуться до спины, чтобы помочь крылу сложиться, но тут и мой хвост предал меня — решив присоединиться к хаосу, он метался из стороны в сторону, добавляя неразберихи. Чем неистовее я сражался сам с собой и пытался взять под контроль строптивые конечности, тем сильнее они трепыхались.

— Чёрт! — прорычал я, теряя терпение. Выдохнув, сцепил руки и закрыл глаза, а затем начал беззвучно считать — буду относиться к этим штукам, как к икоте. Когда досчитал до пятидесяти, конечности угомонились: крылья медленно сложились у позвоночника, а хвост обвился вокруг правой лодыжки. Я ждал, сосредоточившись на ощущении покоя. Тело перестало сопротивляться, я засунул руки в карманы и сосредоточился на том, чтобы просто идти, а не бешено двигать всеми частями тела.

Зайдя за угол, обнаружил винтовую лестницу и начал подниматься по ней вверх. Постепенно появлялась бледно-серая отделка, добавленная к каменной кладке — признак того, что рядом находится Дом Волка. Первым настоящим украшением стал замысловатый серебряный канделябр с выгравированными бегущими волками — у всех Домов имелись свои собственные тотемы.

Едва только я успел подняться на первый этаж, как странная тень пронеслась над окном в северной части зала. Стекло взорвалось, осыпав осколками, которые разлетелись по всему помещению и порезали мне лицо и шею.

— Тин-ти-гале! — закричал я, вскидывая руку, чтобы поставить тройной барьер между собой и лопнувшим окном. Инстинктивное движение спасло мне жизнь, так как спустя буквально секунду через открытое окно в стену ударили взрывы голубой энергии. Первый слой щита лопнул с громким треском, но второй выдержал. Ещё один залп обрушился на защиту, и в тот же момент я схватил рукоять Пандемониума. Третий удар врезался в защитное заклинание и разбил его на куски. Три голубых сферы ударили меня в грудь и отбросили к стене.

Я закашлялся, почувствовав вкус крови во рту, моя одежда на груди обуглилась до пепла. По меньшей мере полдюжины фигур ввалились в разбитое окно. Пальцы крепко сжали Пандемониум.

— Тартар, — прорычал я и зашипел от боли. Ствол оружия закрутился, из моей руки повалил чёрный дым, заряжая артефакт. Из драконьего дула Пандемониума вырвалась череда чёрных сфер и вонзилась в торс первой фигуры. Окутанный пеленой человек вылетел обратно в окно, но мне было не до того, чтобы разглядывать, куда он приземлился — пришлось извернуться, чтобы избежать ещё нескольких попаданий голубой энергии. Когда дым немного рассеялся, показались нападавшие, которые держали в одной руке тонкие клинки, а в другой — нечто, напоминающее пистолеты.

Левой рукой вытащил трость из ножен на поясе и выставил её перед собой. — Тин-ти-гале! — выкрикнул я. Сине-белая тройная стена перегородила половину зала, и я воспользовался этой возможностью, чтобы открыть цилиндры Пандемониума и начать вливать в него свою демоническую силу.

Почему они не используют заклинания? Второе применение барьеров перекрыло коридор, и я отошёл немного назад, чтобы получить больше пространства для боя. Серебряные глаза Пандемониума почернели, и в каждой камере запылал багровый огонь. Вытянув оружие перед собой, оскалился и сузил глаза: — Вы, ублюдки, хотите войны? Хорошо, получите её! Щёлкнул курок, и оружие послало серию огненных колец по коридору.

Осколки стекла превратились в искры, а на каменной кладке образовались обугленные концентрические круги, когда огонь расширился в огненную трубу, заполнившую коридор. В свете пламени отчетливо различались тёмные фигуры противников. Каждая из них была человеком в чёрных кожаных доспехах и серой маске. Меня озарило, когда