Наследие серпентара - Яна Фроми

Я устало потерла виски.

Все мои рассуждения не имеют смысла, поскольку до книги мне не добраться. Этот Амаяк Акопян недоделанный ее в ящике стола закрыл и теперь с ней не расстанется.

Ну, почему, почему я не додумалась раньше это сделать⁈ Может сейчас бы уже дома чай пила с валерьянкой…

Утомленная безрадостными мыслями и вечерними приключениями, я свернулась калачиком на жесткой кровати и спустя мгновение провалилась в глубокий сон.

Глава 4

— Я поеду с вами, — упрямый женский голос отзывался в ноющих висках пульсирующими волнами боли.

Леди Аделия стояла посреди кабинета магистра, освещаемого первыми лучами летнего солнца, и чуть ли не топала ногами.

После тревожной ночи моя голова немилосердно болела, вынуждая смотреть на кровожадную красотку из-под полуприкрытых век. Вчера она жаждала моей смерти, а сегодня хочет составить компанию в поездке.

И с чего такая перемена настроений?.. Ох, не к добру… Впрочем, в моем состоянии видеть что-то доброе в жизни было затруднительно.

— Мы по делу едем, а не с визитом вежливости. Сейчас твое присутствие неуместно, — не допускающим возражений тоном заявил магистр Теодофред.

— Позвольте Хранителю Юстиниану решать, уместно ли присутствие его невесты на встрече или нет, — девушка вздернула подбородок и с вызовом посмотрела на родственника.

Магистр скептически приподнял бровь:

— Неужели ты изменила свое отношение к предстоящему браку? Или тебе настолько скучно?

— Ну, вы же все твердите, что мне просто нужно привыкнуть к будущему мужу. — Аделия повела плечом, откинув на спину локоны вкусного карамельного цвета.

Эх, карамельку бы сейчас для поднятия боевого духа. Да и вообще кушать хочется. По-моему, у меня желудок к позвоночнику прилип.

— Вот, спешу воспользоваться возможность попривыкать, — добавила девушка с напускным равнодушием.

Леди Аделия бросила колючий взгляд в сторону ученика мага, старательно изображавшего полную погруженность в раскладывание бумаг на столе учителя.

Магистр с племянницей продолжили дальше о чем-то спорить, но я уже слушала в пол-уха. Поскольку мое присутствие игнорировалось, я спокойно рассматривала кабинет магистра. Мое внимание привлек стоявший в центре круглой комнаты массивный стол из темного дерева, в недрах которого была спрятана моя книжка.

Освещаемый солнцем витраж создавал красивый цветной рисунок на его гладкой столешнице. Вдоль стен к потолку тянулись изящные кованые стеллажи, уставленные книгами. Два глубоких, уютных кресла с высокими спинками расположились перед столом. В одном из них сидел магистр, нервно покачивая носком остроносых домашних туфель со смешным помпоном. Второе бордовое кресло оставалось свободным и манило меня комфортом мягкого бархатного сиденья, на которое мне никто не предложил присесть. В этот раз, едва я вошла в кабинет в сопровождении Криса, магистр велел мне шагнуть в нарисованный на полу круг.

Делать это мне совершенно не хотелось, сразу же было понятно, что тут какой-то подвох. Так и вышло: зайти я в круг зашла, а вот выйти обратно уже не получалось — меня как будто окружала непреодолимая невидимая стена. Зато внутри круга я могла шевелиться и поворачиваться, что конечно лучше, чем быть связанной по рукам и ногам.

— Я больше не буду терять время на бессмысленные споры! — рыкнул магистр, в сердцах хлопнув по подлокотникам кресла. — Если и мать не сможет тебя образумить, то поезжай… на свой страх и риск.

С этими словами мужчина схватил за руку упрямую девицу и поспешно покинул кабинет, бросив ученику через плечо:

— Присмотри тут.

На меня напала какая-то апатия и безразличие к происходящему. Куда-то надо ехать? Да везите, куда хотите, только обратно в башню не бросайте! Я больше не смогу часами на серые стены пялиться, терзаемая неопределенностью и жалостью к себе.

Запах свежей выпечки щекотал мои ноздри с того самого момента, как меня привели в кабинет. Я тайком искала источник манящего аромата и вскоре узрела поднос с остатками завтрака магистра. Если бы не головная боль, периодически отвлекавшая меня от созерцания вожделенной еды, я бы уже закапала слюной дорогой паркет кабинета.

Живот призывно заурчал, напомнив мне, что я уже почти сутки ничего не ела. Накануне только завтракала, а обед пропустила, надеясь пораньше освободиться и плотно поужинать. А вон как вышло!

Итак, урок номер один от гостеприимного мира Ванримор: никогда не пропускай обед, поскольку следующий прием пищи не гарантирован.

Печально вздохнув, я села на пол и скрестила ноги по-турецки. Сил стоять у меня уже не осталось. Ученик магистра молча наблюдал за мной, присев на мягкий подлокотник кресла.

Проследив за моим взглядом, он первым нарушил молчание:

— Голодна?

Нет, в гляделки с ватрушками играю!

Я с трудом оторвала взгляд от аппетитных булочек и кивнула. Неужели даст поесть? Или просто поиздеваться спросил?

Кристобаль подошел к столу, заслонив от моего голодного взора вожделенный поднос с едой. Немного повозившись, юноша приблизился ко мне и поставил на пол бокал с водой и блюдце с пышной булочкой на ажурной салфетке, аккуратно придвинув их пальцами. Интересно, почему он может беспрепятственно пересекать эту невидимую стену, а я неизбежно в нее упираюсь и не могу продвинуться ни на миллиметр?

Не веря своему счастью, я впилась зубами в румяную сдобу, внутри которой оказался нежный, творожно-сливочный крем. С удовольствием жевала, запивая водой и блаженно прикрыв глаза, и почти забыла, где нахожусь.

— Какой он — ваш мир? — вернул меня в реальность голос юноши.

Ученик магистра устроился на полу недалеко от меня, облокотившись спиной о бордовый бархат кресла. Янтарные глаза выжидательно смотрели на меня.

— Разный, — промямлила я, не отрываясь от поглощения завтрака. — Спрашивай конкретнее.

— У вас нет магии?

— Неа. Зато есть интернет.

— А что это?

Пока я думала, как проще объяснить это понятие из другой реальности, дверь в кабинет вновь отворилась, пропуская внутрь длинноволосую красавицу. Аделия замерла на пороге, оценивая открывшуюся картину: мирно жующую меня и сидящего на полу неподалеку Криса. Голубые глаза гневно сверкнули. Я поспешно отправила в рот последний кусочек булочки. Этот тяжелый взгляд явно пожелал мне подавиться.

— Магистр уже распорядился об экипаже, — холодно произнесла девушка, обращаясь исключительно к Крису. — Ей велено переодеться.

После этих слов в меня полетел ворох тряпья.

Ох ты ж, ревнивица какая!

Сама, значит, за другого замуж выходит, а парню и поговорить уже нельзя с противоположным полом. Но как бы меня не подмывало высказаться на эту тему, я благоразумно прикусила язык и