Туринская плащаница. Свидетель Страстей Христовых - Жан-Кристиан Птифис

type="note">[19]. Через день, после шаббата, Мария Магдалина и другие женщины из числа пришедших из Галилеи, в том числе Иоанна, жена Хузы, домоправителя Ирода Антипы, и Мария, мать Иакова и Иосифа, пришли к гробнице, чтобы оплакать своего Учителя. И обнаружили, что камень отвален. Для них объяснение случившегося могло быть только одно: тело кто-то похитил. Как мы знаем, расхищения гробниц в древности были не редкостью. Женщины бросились назад и прибежали к сионской горнице, где увидели Симона Петра и «другого ученика, которого любил Иисус», то есть Иоанна Богослова, которому, вероятно, принадлежала горница. «Унесли Господа из гроба, – в панике сказала им Мария Магдалина, – и не знаем, где положили Его».

Мужчины прибежали в сад Иосифа из Аримафеи. И действительно, камень был сдвинут. Иоанн наклонился. От низкого входа, вырубленного в скале, он увидел в дальней, погребальной камере каменную скамью и «лежащие пелены». Он пропустил Симона Петра и вошел в гробницу следом.

В погребальной камере ничто не изменилось, если не считать, что тело исчезло. Не было впечатления беспорядка или искусственно воссозданного порядка. Плащаница лежала в том же положении, в каком была при погребении, нетронутая, но сложившаяся так, как если бы завернутое в нее тело просто испарилось, а суда́рь, образующий своего рода шлем, оставался свернутым там же, куда его положили перед закрытием гробницы. Расположение этих тканей, а особенно Плащаницы на скамье, убедило Иоанна, что умерший таинственным образом освободился от этих уз и покинул гробницу. Он «увидел и уверовал», пишет любимый ученик в своем четвертом Евангелии. Христос восстал из мертвых! Плащаница была знаком Воскресения еще до первых явлений Христа.

Первые подсказки

Четыре Евангелия, от Матфея, Марка, Луки и Иоанна, датируются 60-ми годами I века; первые три синтезируют пророчества и более ранние документы на арамейском языке, а четвертое представляет собой рассказ очевидца, но ни одно из них ровным счетом ничего не сообщает нам о судьбе льняных пелен, найденных в гробнице. Однако уже сам факт, что в этих текстах они упоминаются и даже, как у Иоанна, отдельно описывается их расположение, говорит о том, что они были бережно сохранены, хотя обычно иудеи с крайним отвращением относились ко всему, что прикасалось к умершим или просто находилось рядом. Вероятно даже, что гробницу, которая должна была бы считаться нечистым местом, стали почитать.

К сожалению, другие тексты, в которых отмечается существование пелен, нам малополезны в силу своей неточности. Так, о них говорится в одном из апокрифических, то есть принадлежащих маргинальным и гетеродоксальным христианским общинам, евангелий, не включенных в связи с этим в церковный канон, но порой содержащих некоторые достоверные детали. Речь идет о так называемом евангелии от евреев, отрывок из которого цитирует в своем труде De viris illustribus («О знаменитых мужах») святой Иероним. Согласно этому тексту, Плащаница была передана на хранение «слуге (puero) жреца», то есть служителю Иерусалимского храма: «Когда Господь отдал пелены слуге жреца, Он пошел к Иакову и явился ему…»

Наряду с очевидно вымышленными элементами в этом евангелии представлены факты, подтверждающиеся Преданием и текстами Нового Завета. В частности, явление Иисуса Иакову, «брату Господню», члену семейного клана назореев и будущему епископу иудео-христианской церкви Иерусалима, достоверно. Об этом событии рассказывает святой Павел в Первом послании к Коринфянам.

Однако не странно ли читать, что Иисус отдал свою плащаницу слуге человека, организовавшего его казнь, первосвященника Иосифа, известного как Каиафа[20]?

Хотя это евангелие едва ли можно считать надежным историческим источником, ничто не мешает предположить, что уже во времена его написания, в первой половине II века, ходили слухи о сохранении погребальных пелен Христа. Именно к такому выводу пришел иеромонах Альберто Ваккари в статье Sindone в Enciclopedia Cattolica 1953 года: «Таким образом, христианская античность не вполне безмолвствует относительно святой Плащаницы вопреки столь распространенному и часто повторяемому мнению». Скажем, уже в IV веке в апокрифическом евангелии от Гамалиила плащаница упоминается целых двадцать девять раз.

Не исключено, что первые хранители реликвий Страстей Христовых, запятнанных Его потом и кровью, – Плащаницы, тернового венца, ризы Господней… – остерегались их демонстрировать и втайне передавали из поколения в поколение. Были ли эти реликвии среди «священных предметов и изображений», которые иудео-христиане взяли с собой, когда бежали из Иерусалима в Пеллу в 66 или 68 году н. э.? Как нам известно, они, вняв пророчеству о скором падении Иерусалима (действительно, в том же году начнется восстание евреев), нашли пристанище в одном из городов Десятиградия (Декаполиса), что в Перее, за Иорданом (современный Табакат-Фахил, Иордания). «Именно сюда переселились верующие во Христа, покинув Иерусалим, – пишет Евсевий Кесарийский, – так что все святые оставили столицу иудеев и всю землю Иудейскую»[21]. Другие же обосновались в Антиохии (современная Антакья, юго-восток Турции). В 73 году, через три года после разрушения Иерусалима и его почитаемого Храма, когда многие жители города были изгнаны или обращены в рабство, некоторые христиане вернулись, возглавляемые двоюродным братом Иисуса – Симеоном, сыном Клеопы. Но их потомкам опять пришлось бежать в 130 году, когда Адриан вновь разрушил град Давидов. После жесткого подавления восстания лжемессии Шимона Бар-Кохбы император возвел на этом месте совершенно новый римский город Элия-Капитолина – дома патрициев, форумы, языческие храмы, – и иудеи и христиане были оттуда изгнаны. Тем не менее несколько лет спустя они смогли поселиться в городе снова. Но что же стало с реликвиями Страстей Христовых?

Приблизительно в 340 году от Рождества Христова святой Кирилл Иерусалимский, один из Отцов Церкви, упомянул о существовании «Плащаницы, свидетельствующей о Воскресении», не уточнив, впрочем, находится ли она в Святом Граде, епископом которого он будет в 350–386 годах. Святая Нина (296–335), молодая христианка родом из Каппадокии, известная как проповедница религии в Иверии (Грузии) в 330-х годах, утверждала, рассказывая о своей юности, что в Иерусалиме узнала, будто погребальные пелены были переданы жене Понтия Пилата, а затем попали в руки апостола Луки, который их спрятал. Что касается суда́́ря, плата, то его, возможно, сохранил Симон Петр. Однако это, к сожалению, не более чем слухи.

Один безымянный паломник из Пьяченцы (Италия), посетивший Святую землю около 570 года, упоминал, что суда́́рь, которым была накрыта Глава Господня (fuit in fronte Domini), хранился у берегов Иордана близ Иерихона, в одной из пещер, где жили семь дев-праведниц. Рассказ не вполне ясен. О чем идет речь – о плащанице или о сударе? Как бы то ни было, о наличии на плате пятен или очертаний человеческого тела ничего не говорится.

В следующем столетии святой Браулио, епископ Сарагосский, в письме своему ученику и преемнику аббату Тайо, датированном 631 годом, признавался в неведении относительно судьбы погребальных пелен и сударя: «Пишут, что они были найдены, но не пишут, что они были сохранены». Однако он был убежден, что апостолы сберегли их «для грядущих времен». Многие вещи, говорил он, никем