Книга сказок - Анна Кравченко

— Всё, я нашёл! — сообщает волшебнику Рыжик, едва переводя дух. — Вот Вам учёный, профессор, можете выполнять его желание, заветное-презаветное.…

— Добрый день, — почтительно кланяется волшебнику профессор.

В ответ волшебник слегка приподнимает свою белую шляпу, после чего улыбается и говорит:

— Ваше чудесное желание, профессор, появилось у Вас ещё тогда, когда Вы маленьким мальчиком гоняли на крыше голубей. И оно, конечно, стоит того, чтобы, наконец, осуществиться…

Кажется, что от удивления глаза профессора становятся такого же размера, как и его очки. А волшебник, между тем, продолжает:

— Вам нужно лишь положить руку на мою палочку, и всё сбудется!

Профессор медленно поднимает руку, тянет её к белой трости, но замирает, словно испугавшись чего-то. Рыжику тоже становится страшно, и он даже зажмуривается, пока не раздаётся изумлённый возглас профессора: «Не может быть!»

Рыжик открывает глаза и видит, как профессор, размахивая руками, порхает в воздухе, будто самая настоящая птица.

— Не может быть, я лечу! — кричит восторженно профессор и летит вверх, всё выше и выше, потом делает вираж и исчезает из вида.

— Это он куда? — спрашивает озадаченно Рыжик. — Он что, на землю уже не вернётся?

— Не волнуйся, — отвечает волшебник. — Полетает денёк, а когда надоест, спустится вниз и будет дальше открытия делать и книги научные писать.

Рыжик и волшебник вместе смотрят на солнце, которое стоит у них над самой головой.

— Пора, — говорит грустно старый волшебник. — Спасибо тебе большое, Рыжик! Это было моё лучшее волшебство.

— Но, может быть, Вы останетесь? — просит жалобно Рыжик. — Мы же с Вами почти подружились. Ну, пожалуйста, останьтесь!

— Да я бы с радостью, но невозможно, — вздыхает волшебник. — Должен тебе признаться, что мне всегда хотелось стать не волшебником, а просто человеком и тоже что-нибудь открыть или сочинить. Только вот исполнять свои собственные желания нам, волшебникам, не дано…

Тут Рыжик подпрыгивает и кричит:

— Ура! Я опять придумал!..

Он быстро хватается за белую трость волшебника и говорит:

— Пусть Ваше желание станет моим, и пусть у меня…

В этот момент от солнца бьёт ослепительный луч, и всё словно вспыхивает, превращаясь в блестящее лёгкое облачко. Миг — нет и облачка, никого и ничего здесь больше нет.

Но где-то по длинной, залитой солнцем улице уже мчатся на одном самокате двое мальчишек. Один из них — Ромка-Рыжик, а второй — его новый друг с глазами весенней зелени. И над ними в небе кружит со стаей голубей совершенно счастливый профессор. Летать ему пока не надоело.

Нина Ивановна Козлова: об авторе

По образованию филолог. Пишу прозу и драматические произведения. Детская литература для меня — возможность вновь взглянуть на мир глазами ребёнка и ощутить простую детскую радость жизни.

Евгения Конищева

Золотая лапка

То ли давно, то ли недавно, то ли близко, то ли в дальних краях жил был Царь, который очень любил всё золотое. У него был золотой дворец, золотой халат и корона, конечно, тоже была золотой. Полны были царские кладовые — хранил он в них лучшие работы искусных мастеров своего государства: прекрасные ковры, красивую одежду, дорогую посуду. В резных сундуках лежали сияющие груды золотых колец с разноцветными каменьями, плетёные цепочки и ожерелья. Стены дворца были покрыты тончайшей золотой росписью цветов и трав.

С утра до вечера слуги натирали до блеска большой царский золотой трон, на котором восседал Царь. Казнил он людей без разбору — и хороших, и плохих. И все его боялись и не смели поднять глаза, чтобы посмотреть в его лицо. Придворные певцы пели о его красоте песни, поэты слагали стихи о великолепии и силе царя. Но всего этого было мало царю, потому что был он завистлив и жаден.

Однажды царь выиграл большую войну и устроил большой пир. Что это был за пир! Столы ломились от блюд со сладостями, разноцветными чудесными фруктами, дымились ароматные жареные поросята, а шоколадные дворцы с карамельными окошечками украшали всё это великолепие. Гости ели, пили и нахваливали Царя, а для гостей танцевали и пели царские артисты. И вот вышел петь самый любимый царский певец — он спел свою песню о красоте царя, о величии страны и о богатстве, которыми он владел. Царю понравилась песня, и он бросил певцу горсть золотых монет.

За столом царским сидели званые гости, купцы заморские — они же бросили певцу не золото, и не серебро, а кости от съеденных поросят, да ещё и вином его облили! Разгневался Царь, а купцы ему отвечали так:

Не певец это — так, обман!

И слова его — ложь, туман,

Всё равно ему — царь, султан —

Лишь бы денег набить в карман!

Рассказали царю купцы, что слуга у них есть — на все руки мастер: и пилит, и строит, и вкусно готовит, но когда он поёт и работает, все вокруг замирают и слушают — так хороши его песни. Позвали мастера на царский пир. Вошёл он в золотой зал — грязный от уличной пыли, в простой одежде, лохматый, хромой, и стали все смеяться над ним, а громче всех певец царский хохотал. Усмехнулся и царь. Только мастер голову не склонил и не смутился, а запел прекрасным чистым голосом:

Золотые дворцы у царя,

Золотые котлы у царя,

Золотые ковры у царя —

Словно светлой пшеницы поля.

И так он пел хорошо, что гости есть-пить перестали, забыли, где они, смотрели во все глаза на мастера и хотели только одного — слышать его голос. А певец продолжал:

А смотрел ли ты, царь, из окна —

Там давно притаилась беда,

Голодает твой нищий народ

И от голода песни поёт.

Нахмурил царь брови, разонравилась ему песня, но мастер допел:

Если царь не услышит людей,

Если царь не ослабит цепей,

То клянусь его золотом я —

Не увидит он белого дня!

Допел мастер песню и в тишине зала глянул царю прямо в глаза. И все гости тоже посмотрели на царское лицо и онемели, словно впервые увидели его — в песнях царских певцов пелось о неземной красоте повелителя, но на самом деле щёки его свисали, губы капризно оттопыривались, а глаза смотрели косовато.

Стали купцы за певца извиняться — мол, не