Бремя сильных - Андрей Олегович Рымин

— А у нас встречное предложение, — мгновенно откликнулась Инга. — Вы спокойно сидите в кустах, а мы уплываем обратно. Все остаются целы и при своем.

— А через неделю сюда приплывут Мирты. Как же, нашли дураков. — Теперь слова неизвестного раздались ближе. — Дороги назад для вас нет. Не надейтесь. Лучше уж по добру вылезайте. Жизнь сохраним. Даю слово.

— Не отпустят, — разочарованно пробормотала Инга. — Что-то они натворили и теперь Миртов сильнее чудовищ боятся. Давай-ка и правда вылазить.

— Да ты что! Совсем сбрендила⁈ — не поверил Кабаз своим ушам. — Да нас же убьют!

— То еще надвое. Может, и выкрутимся, — поспешно ответила девушка, выглядывая через край лодки. — А вот попробуем сдернуть — точно убьют. Два шага назад — и дно под ногами закончится. Они только того и ждут. Не успеешь ты на десять локтей отплыть, а они уже к воде выскочат и с боков зайдут. Подстрелят на раз.

На это Кабаз не нашел, что ответить. Инга же, как обычно все решив за двоих, начала торопливо давать наставления:

— Это явно какие-то пришлые. Слышал, как он нас рыбаками окликнул? Значит, сами не рыбаки, стало быть. Говорить буду я. Ты запомни — мы Варханы и сюда приплыли от демонов спрятаться. Разберемся по ходу, что врать.

Инга снова высунулась из-за лодки и крикнула в сторону леса:

— Ладно, уговорил. Мы выходим. Но смотри — духи твоему слову свидетели.

— Мое слово крепкое, — донеслось из кустов. — Сказал же — не убьем. Давай только шустрее, пока стрелы песком не занесло.

Парень и девушка забросили в лодку оружие и потянули челнок к берегу. Не успело суденышко оказаться на суше, как из леса выскочило несколько человек с натянутыми луками в руках. Гостей окружили, и низкорослый бородатый мужик, расплывшись в щербатой улыбке, подметил:

— А в лодке-то гостинцы для нас. Молодцы рыбаки — расстарались. А ну-ка подвинься, — отпихнул он Кабаза от челнока.

Кабан отошел, а чужак по хозяйски принялся ковыряться в нежданной добыче. Мешок и корзины с едой вызвали целую бурю восторгов — видно, с пищей тут было туго. Ну а сеть так и вовсе заставила мужика заплясать от радости.

— Ну теперь заживем… — верещал бородатый. — Тут жрачки на месяц. А сетка — новье. Не то что наша была. Лисек, чего стоишь? Дуй за стрелами. Потом не найдешь же.

Чужак уже вытащил шкуры из лодки и, разбирая чужое добро, казалось совсем позабыл о двоих рыбаках. Но один из мужчин, тоже низкого роста, только более хлипкий, поспешил оторвать главаря от приятного дела и напомнил о пленниках:

— Эй, Важга. Может, потом с добром разберемся? Че с этими-то делать?

Щербатый на миг оторвался от своего занятия и коротко буркнул:

— Связать для начала надо, а там разберемся.

Двое Безродных побежали обратно в кусты, и пока все их ждали, Кабаз смог как следует разглядеть своих новых пленителей.

Вместе с теми, что скрылись в лесу, и с парнишкой, нырявшим у берега в поисках стрел, чужаков набирался неполный десяток. Все лохматые, грязные, несмотря на обилие рядом воды, неопрятные, в подраных шкурах. Пышные косматые бороды обрамляли чумазые лица. Глаза из-под нахмуренных бровей смотрели недобро. Из множества Безродных, что уже довелось повидать Кабану, эти выглядели самыми дикими. Именно такими — жуткими лохматыми нелюдями их и описывали женщины Племени, рассказывая детворе страшные сказки о заречных соседях.

Наконец пара охотников вернулась из леса, притащив с собой связки лозы. Сведенные за спиной руки пленников тут же крепко стянули, и Кабаза окатило волной болезненных воспоминаний. Не так давно Урги точно так же связывали ему руки. Не приведи Ярад повторять ту историю заново.

Сопротивляться Кабаз и не думал. Восемь взрослых мужчин — слишком много для одного. Или даже двоих, если Ингу считать. Хотя от нее в бою толку мало — она только болтать горазда. Наверняка удерет, реши он драку начать. Вот один на один Кабаз не убоялся бы сойтись с любым из лохматых бойцов. Явных силачей среди них не имелось. Самый рослый — не выше него. В стати же и в ширине плеч чужаки уступали Кабазу тем более. Да что там один на один! Было бы их хотя бы трое…

Забросив содержимое лодки обратно, несколько человек поволокли челнок по песку в сторону леса. Припрятав добычу, мужчины вернулись, и пришло время решать судьбу пленников. Щербатый вожак задумчиво почесал бороду и, неизвестно к кому обращаясь, пробормотал:

— И что же мне с ними делать?

— Копье в горло — и думать не о чем, — высказал свое мнение самый старый на вид охотник. — Самим жрать нечего. Куда еще лишние рты.

— Правильно Прус говорит, — поддержал кровожадного старца еще один воин. — Хоть бы кролики тут водились… Поганый остров! К зиме передохнем от голода, если ничего не изменится. Помяните мое слово, будем кору с деревьев глодать. Завалить их — и в озеро. Отпускать так и так нельзя.

— Зачем сразу в озеро? — вклинился третий. — Какое ни какое, а мясо. Я бы не побрезговал.

— Э-э-э, хорош нас запугивать, — не сдержался Кабаз. — Нам же слово давали.

— Это да. Вроде, слово я им свое дал, — грустно промолвил щербатый.

— Важга, полно дурачиться, — не унимался старик. — С каких пор тебя такие мелочи волновать стали? Подумаешь, слово…

— Да погодите вы. Дайте подумать, — отмахнулся главарь от советчиков. — Значит так, поразмыслим. А какие у нас варианты? Вот допустим, мы их не убьем. Нужно будет держать их на привязи. Караулить, кормить, нюхать ихне сранье… Ладно, запах не в счет. Мы же терпим Маждяка, а уж он позловонней любого дерьма.

Плоская шутка щербатого вызвала несколько невеселых смешков. Видно, приподнятое настроение главаря мало кто разделял. Сам же Важга погоготал от души и, лишь отсмеявшись, продолжил:

— Караулить, пожалуй, несложно. Привязал к дереву — и все дела. А вот со жрачкой действительно туго. Самим не хватает.

На этом он ненадолго прервался, погрузившись в раздумья.

— Хотя с новой сетью, может, нам больше свезет, и рыбка у нас наконец-то появится. Станем жрать посытней… Если опять не утопим, как старую, —