Личные песни об общей бездне - Виктор Станиславович Коваль

Пускай уходит, затихая…

Ну что же, пусть. Когда она такая…

Такая нашего внимания не стоит.

Я — чепуха — шепнул, он — ерунда,

А этот, кто кобыл втихую доит

И в чьих следах глубокая вода, —

Пускай он катится далёко,

Шагает с песней далеко.

Как невозможный Верлиока,

Как неотвязный Маленко.

Или как грозный Георгадзе?

Нет. Жданов? Нет. Хрущёв не в счёт.

Ну наливай, и пусть течёт.

Я знаю, что кумыс — хмельной,

Да только пить его противно.

Он тяжко дышит за спиной,

Обнять желая побратима

С глазками узенькими

И вот с такими усиками,

В шляпе и без

Проедает плешь,

Мол, как его…

И не Лазарь он кареглазый,

И не Вячеслав он сероокий;

Он по деревьям лазает,

Разговаривает с сороками.

Он не Берия развратный

Прыгнул с невозвратной ветки

И явно ходит где-то тут,

Когда ему в Кремле искомый некто

Вручал медаль за коневодский труд.

Но кто вручал, кто этот Председатель

Верховного Совета после смерти?

А я Москва-тоска, я жизни прозябатель,

Родился в тереме высоком

У основных людей под боком —

Ответь за эти имена!

И на хрена я вредным человеком

Всю плешь ему прогрыз? —

Спросил кыргыз.

Мы поднялись.

Хорош кумыс. Но мне пора с моей тоской

Спускаться вниз из мастерской.

По вызову, по долгу, по тревоге,

Чтоб срочно быть, немедленно явиться

С отцом к директору, с мешком в военкомат,

На демонстрацию с простудой и с супругой,

На выборы, фатальные вначале,

Потом альтернативные, к зубному,

Сидеть с фантастикой, идти

К прохожему на исповедь и в зубы

Несправедливо получить и дать

Заслуженно, в семейных рукавицах

Явиться на капусту, в ДЭЗ —

По собственному вызову,

По долгу —

С детьми на ёлку,

Быть в гробу

С исправной лампочкой во лбу

Для вызова по случаю тревоги,

Опять я шлялся и не вытер ноги,

И для чего отбился я от рук,

Когда известно ей, что Шверник

Был Председателем, фетюк!

Смолчишь — и под твоим же боком

Тебя сожрут живмя-живым,

А крикнешь — каменным потоком

Накроют селем грязевым.

Свистишь, кыргыз! — Мы обнялис!

Мы обнялись. Такая штука.

Навеки — Вериока, Бука.

Тогда я думал, что пока я.

Когда пока — пускай такая.

И Бог судья. Поговорим о Боге.

По вызову, по долгу, по тревоге!

«Надо народ накормить, а не Ленина — из Мавзолея…»

Надо народ накормить, а не Ленина — из Мавзолея.

Будто бы он в Мавзолее народ объедает,

А как переедет в могилу посмертную и земляную,

Сразу насытятся люди.

Глупости! —

Скажет Ильич.

Ему, словно крохотной птичке,

В блюдце достаточно капнуть немного водички

И доливать через каждые несколько лет.

Разве народ обеднеет

От струек таких незаметных?

Нет, говорят, в могилу ступай земляную,

Иначе —

Нечего выпить народу.

Вот идиоты!

Театр моды имени Нины Риччи

Театр моды

Имени Нины

Нины Риччи —

Что это такое и как туда попасть

В театр этой моды

Имени Нины

Нины Риччи?

А это то такое,

Куда вам не попасть,

В театр этой моды

Имени Нины

Нины Риччи

А по ка, а по ка

А по какой причине

Мы не попадаем к Риччи Нине?

А по та, а по та

А по такой причине

Вы не попадаете к Риччи Нине,

Что эта Нина — не необходима.

Увидите: Нина

Риччи

Проходите мимо

Риччи

Ах, что вы говорите

О какой-то Рите?

И что это за Нина,

Чтоб её мы мимо?

А эта Нина,

Нина-Нина не на

Эта Нина

Не наша Нина

Эта Нина для иного гражданина

Эта Нина

Запомните-ка все:

В нашей полосе

Эта Нина — неупотребима!

Ну а на кой же нам тогда такой

Театр мод — ляд?

Когда у нас иной жизнеуклад

И взгляд

На театр мод — Вот:

Театр моды — Малый и Большой

На Малой Бронной и на,

А вы говорите Нина,

Таганке и на!

А вы говорите Нина,

И на

Улице Чаплыгина и на,

А вы говорите: Нина

И на

«Досках» и на

А вы говорите: Нина

И на

«Красной Пресне» и на

А вы говорите: Нина

И н…н…на!

А вы говорите: не на…

И у Никитских ворот

А вы говорите: театр мод

Имени Нины…

А Пушкина Сергеевича — имени!

А Гоголя Васильевича — имени!

А Моссовета депутатов — имени!

А Ленинского комсомола — имени!

Имени домини,

Домини — домини

Доминирующего авторитета

Не то, что эта

Нина Риччи

И всё-таки, товарищи,

Что ни говорите,

А Нина Риччи

Не так уж и проста,

Поскольку красота,

Судя по словам писателя Стендаля —

Это обещание счастья

А не

А не исполнение счастья

Ибо исполнение счастья —

Это обнищание счастья

И не красота, и не красота

А вот обещание счастья

И не исполнение —

Вот это-то и есть красота-то!

Вот это красота

Ё пэ рэ сэ тэ

Вот