Пендрагон - Стивен Рэй Лоухед

Огриван из Долгеллау и его сосед-владыка Оуайн прибыли в полдень, приведя с собой своих сыновей: Врандуба и Оуайна Одиэта. В мирное время, после замирения с саксами, они командовали боевыми отрядами своих отцов.

Артур приветствовал дворян, накормил, напоил и выделил жилье. Сразу вслед за ними прибыл Уриен Регед со своим отрядом. Крепость внезапно заполнили воины.

— Вот сейчас и начнем, — решил Артур.

— Ты не хочешь дождаться других лордов? — спросил Бедивер. — День-два, и они прибудут.

— Не могу я ждать. Каждый день промедления — это день Черного Вепря для грабежа. Артур пригласил дворян и начал совет, как только слуги обнесли собравшихся заздравными кубками.

— Я рад, что вы без промедления откликнулись на мой призыв, — заявил Артур, стоя во главе стола. — Я не стал бы беспокоить вас без крайней необходимости. Причина проста: варварская орда некоего Тверча Труита вторглась в Иерну, и я опасаюсь, что мы потеряем остров, если вовремя не придем на помощь.

— Подумаешь, потеря! — пренебрежительно заметил Брастиас.

Кадор тут же осадил дерзкого.

— Брастиас, ты меня удивляешь. Можно подумать, тебе не приходилось защищать побережье от набегов морских волков.

— Да чего ждать от ирландцев, кроме удара в спину? — стоял на своем Брастиас. — По мне, так лучше варварам помочь и навсегда покончить с ирландцами.

— Что касается меня, — степенно сказал Огриван, отставляя кубок, — мое королевство немало претерпело от вороватых жителей Эйру. — Он посмотрел на Артура. — Тем не менее, я поддерживаю короля, если это добавит безопасности моим берегам.

— Хорошо сказано, лорд Огриван, — похвалил Артур. — Наша помощь — цена за безопасность Британии. Я видел Черного Вепря, короли Иерны с радостью согласятся на все, лишь бы спасти остров от разграбления. — Артур рассказал лордам о наших встречах с вандалами и предупредил: — Амилькар поклялся уничтожить Британию вслед за Иерной. Если мы не остановим его там, гореть будут наши собственные дома, и убьют варвары наших собственных родичей.

Лорды задумались. Артур прямо поставил перед ними вопрос. Что они решат? Первым заговорил Мейриг.

— Тревожные вести. И не самое лучшее время. Мы только что справились с саксами. Припасы подходят к концу, и, видит Бог, нашим воинам не мешает отдохнуть.

— Беда всегда приходит не вовремя, брат, — проворчал старый Огриван. Он оглядел собравшихся. — Я с тобой, Артур, — молвил он. — Мои воины — твои.

Оуайн, сидевший рядом, поддержал его.

— Скоро наступит время, когда наши сыновья станут править вместо нас, — сказал он. — Пусть учатся сражаться под рукой нашего военачальника, как это делали мы, пусть узнают истинную цену мира.

— Вам не придется жалеть о своем решении, — сказал им Артур и снова повернулся к Мейригу. — Ты слышал своих братьев-лордов. Твое слово?

— Лорды Дайфеда всегда стояли рядом со своим Военным Лидером в бою. — Мейриг покосился на Брастиаса. — Мы будем поддерживать Верховного Короля до последнего воина.

Брастиасу не нравилось, как складывается ситуация. Он упрямо смотрел в стол перед собой. Он не хотел отказать в помощи Артуру, и не хотел ему помогать.

— Я жду, Брастиас, — поторопил его Верховный Король. — Что скажешь?

— Если ирдандцы пообещают мир за нашу помощь, — нехотя произнес он, — тогда я не откажусь. Но если эта затея потерпит неудачу, вина на тебе.

В этом был весь Брастиас. Главное для него — переложить ответственность за решение на других. Артур не обратил внимания на его условие и повернулся к Ульфасу.

— Ты слышал других, — сказал он. — Твое решение?

Молодец, Артур, подумал я, надо заставить колеблющегося принца заявить о себе перед остальными; надо дать ему место, чтобы встать, но сначала убедиться, что он встанет тогда, когда нужно.

Ульфас, казалось, стал меньше ростом.

— Я сдержу свое слово, — тихо сказал он.

Из тех, кто собрался за столом, не высказался теперь только Уриен Регед. Все взгляды обратились к нему.

— Давай, Уриен, — призвал Огриван, — послушаем, что ты думаешь.

Я плохо знал Уриена. Это был грубый молодой человек, ширококостный и мускулистый, с длинными волосами, растрепанными, как львиная грива. Напряженный взгляд и задумчивый изгиб губ придавали ему вид хитроватый и проницательный. Он был лордом Регеда, родственником Энниона. Энниона ранили на холме Бадун, через день или два он умер. Наверное, Уриен тоже участвовал в той битве. Я не помню. Что он за человек? Молодой, думаю, даже моложе, чем кажется, прячет молодость под маской серьезности и проницательности, обычно свойственных людям пожилым. Он никогда не торопился с ответами, эту черту характера считали задумчивостью.

После довольно долгой паузы он сказал:

— Что касается меня, я устал воевать. Пусть теперь ирландцы испытают то, что мы испытывали долгие годы. — Сказано это было с таким выражением, словно за спиной говорившегося множество тяжелых боев. — Но поскольку мои братья считают, что надо помочь соседям, я согласен. — Он снова сделал паузу и огляделся, чтобы убедиться, что все взгляды обращены на него, а затем, выпрямившись, объявил: — Уриен из Регеда сделает свое дело.

Все понятно. Он без сочувствия относился к планам Артура, но честь обязывала принять именно такое решение, к тому же он все время думал, как будут выглядеть со стороны его отказ или согласие. Думаю, другие тоже это поняли, но решение восприняли с удовлетворением.

Артур хлопнул ладонью по столу.

— Решено! — сказал он громко, на весь зал. — Отплываем в Иерну, как только будем готовы. Прошу всех не тянуть.

В считанные мгновения покоя в крепости как не бывало. Все пришло в движение. Рис и небольшой отряд под его командованием днем и ночью грузили на подводы припасы и оружие, подводы отправлялись на берег и перегружали содержимое в трюмы кораблей. После того, как третий или четвертый ряд фургонов отъехал, ко мне подошел Бедивер.

— Еды мало, — прямо заявил он, — да и всего остального, если уж на то пошло. Как сказал Мейриг: нам нужен мир, чтобы пополнить склады и амбары. Я не понимаю, как мы можем сражаться на пустой желудок.

— Ты говорил Артуру?

— Да он же блаженный, — ответил Бедивер, качая головой, — пока у