Привыкай, я так решил - Лана Пиратова

Когда Артур впервые стал намекать о ребенке, я подумала, что это просто шутка. Ну, не успел вытащить. Бывает. Хотя… он же не неопытный юнец.

По его ухмылке я догадалась, что он сделал это специально. Но зачем?

Мужчинам не нужны дети.

Это я запомнила на всю жизнь.

До Димы у меня был всего один мужчина. Я только окончила школу, готовилась к поступлению.

Он принимал у меня экзамен и оказался моим преподавателем. А потом и первым мужчиной.

Я его любила. Наверное, любила. По крайней мере, мне так тогда казалось. Красивый, взрослый, умный. Он относился ко мне как к глупенькой маленькой девочке. Тогда мне это нравилось.

Сейчас я понимаю, что он просто любил унизить меня. Наверное. Во всяком случае, сейчас я бы не стала такое терпеть.

Не знаю, до чего бы дошли наши отношения, но однажды я поняла, что у меня задержка. Тест показал беременность.

Мужчина мой (не хочу даже называть его имя) был в командировке в тот момент. И, вот, я вся такая окрыленная прекрасной новостью решила дождаться его возвращения. Не говорить по телефону.

Я так обрадовалась, что у нас будет ребенок. Почему-то я была уверена, что и он обрадуется. Он же любил меня. Ну, я так думала.

Глупая была. Наивная.

А он не обрадовался.

— Срок небольшой. Тебе без проблем сделают аборт. Попроси денег у брата своего. Он же богатенький. Думаю, он не захочет, чтобы ты бросала университет, и с радостью оплатит аборт, — заявил мне этот гондон.

Я не поверила своим ушам. Думала, показалось.

Но нет.

Он весь вечер обрабатывал меня. Говорил, что и правда любит и лишь поэтому я должна избавиться от ребенка. Что у меня вся жизнь впереди. Что я слишком молода. Что и ему ребенок сейчас не нужен. Мы же ничего не сможем ему дать.

Что в аборте нет ничего страшного. Это не убийство.

Я до сих пор порой вспоминаю тот наш разговор. И чувство мерзости не покидает меня.

Чувство мерзости и стыда.

Потому что на следующее утро я пошла в поликлинику. Записываться на аборт.

Как же мне было стыдно перед пожилой женщиной — врачом.

— Мужик прислал? — спросила она.

Я лишь кивнула.

И, когда после осмотра оказалось, что я не беременна, что это было ошибкой, я расплакалась.

— Не реви, — строго произнесла врач. — Свою голову надо иметь на плечах. Мало ли что тебе мужик велит? Убивать будешь ты, а не он. И учти. Сделаешь аборт и можешь вообще лишиться возможности иметь детей. Ладно, не плачь, — уже мягче сказала она, протягивая мне салфетку. — Все обошлось. На этот раз. Сходи в аптеку и купи презервативы. Раз твой мужик плюет на предохранение. Ты сама должна позаботиться о себе и о своем здоровье.

И я купила. Но не презервативы, а билет на самолет. И улетела. Одна, никого не предупредив.

Мне захотелось просто побыть одной.

По возвращении я все рассказала Валере. Он был готов лично набить морду, как он сказал, этому мудаку. Но я еле уговорила его не делать этого. Ведь он преподал мне урок.

Правда, Валера все равно не угомонился и сделал так, что мой первый мужчина-мудак больше не преподавал.

Да, спасибо ему за урок.

Мужчинам не нужны дети. Чтобы они случайно не получились, я сама должна об этом побеспокоиться.

Поэтому и таблетки я пью независимо от того, есть у меня сейчас мужик или нет.

И все было идеально. Я уже привыкла.

Но тут появился Артур.

104. Анжела

Артур ускоряется, впившись губами в мой сосок, и я чувствую, как дрожь начинает пробирать мое тело.

Я никогда в жизни не думала, что секс может быть таким.

У меня мурашки от одного его прикосновения. Его сильные, но в то же время нежные руки касаются меня и я понимаю, что не устою.

А сейчас он во мне и я каждой клеточкой ощущаю его мощь. Сама подмахиваю ему бедрами, когда он замедляется, и обхватываю его ногами. Зарываюсь пальцами в густые жесткие волосы и скребу ногтями. В ответ чувствую слабый укус. И вскоре меня накрывает. Судорожно цепляюсь за Артура, царапая ему спину и приподнимаясь. Сильнее прижимаюсь к его телу.

В ушах гул и я даже не слышу своих стонов.

— Синеглазка моя, — горячий шепот щекочет ухо. А потом до меня доносится лишь хрип. Артур тихо стонет и я чувствую приятную теплоту внутри.

Он опять кончает в меня.

Замирает и сильнее вжимается бедрами. Будто боится, что я убегу.

А я просто лежу, закрыв глаза и пальцами гладя его по спине.

Артур громко выдыхает и приподнимается с меня. Смотрит с улыбкой. Довольный как тезка после того, как наестся.

— Теперь выпустишь меня? — спрашиваю я, елозя бедрами.

Вообще, Артур гораздо больше меня и поэтому долго на себе его держать тяжело. Да и таблетки надо возвращать.

Он усмехается, целует меня и сползает. Падает на шкуру рядом.

— Мне так классно никогда не было, — поворачивается ко мне и обнимает. — Синеглазка моя. Как думаешь? — приподнимается на локте и кладет руку мне на живот. — Там уже все получилось?

Я прыскаю от смеха.

— Чего ты смеешься? — спрашивает строго. — Я очень старался.

— Я принимаю таблетки, Артур, — говорю я, вставая. — И не собираюсь прекращать это делать.

— Почему?

Я уже на ногах и собираюсь идти в душ. Артур так и полулежит на полу и смотрит на меня, склонив голову.

— Потому что тебе весело, ты играешь, Артур, а ребенок — это серьезно. Это не шутки.

— Да какие шутки?! — он тоже вскакивает и оказывается рядом. — Я же правда его хочу. Ребенка.

— Сейчас — хочешь, завтра — передумаешь, а уже не вернешь ничего, Артур. Это не машина. Его назад не сдашь.

Он стоит передо мной, нахмурившись.

— Я в душ, — провожу рукой ему по щеке. — Буду благодарна, если ты вызовешь такси. Мне надо домой.

Молчит. Я разворачиваюсь и ухожу.

Стою под теплой струей воды и убеждаю себя, что поступаю правильно.

Да, Анжела, так будет правильно. Артур еще сам как ребенок и я не хочу создавать ему дискомфорт. Когда его порыв пройдет, он пожалеет. А второго такого подлого поступка я не переживу. Тем более, от него. Тем более, сейчас.

Мне нравится Артур, несмотря на его поведение порой. Но мне