Запретная девочка Тагира - Лана Пиратова

Перевожу взгляд на Полину. Хлопает глазами. И молчит! Молчит!

Дядя прав?

- Давай! Показывай! Что принесла?! – опять кричит дядя и идет к шкафу. Начинает вытряхивать оттуда тряпки.

Я молча наблюдаю за Полиной. Неужели, дядя прав? Она стоит и в ужасе смотрит на все происходящее. Но не останавливает Мурата.

Ничего не найдя в шкафу, дядя идет к кровати. Срывает покрывало. Одеяло. Подушки летят на пол. Дергает простыню и вниз падает какой-то пакетик.

Что это?

Дядя довольно улыбается и переводит взгляд на меня. Я иду к пакету, поднимаю его.

Нет! Сука! Нет!

В пакете какой-то белый порошок.

Я не хочу знать, что там.

- Твое? – тычу им в Полину. Она в еще большем ужасе. Мотает головой и машет руками.

- Ее! Чье же?! – ухмыляется дядя. – Подставить тебя хотела! Сука! Тварь!

Замахивается.

- Нет, - останавливаю его. – Я сам разберусь.

- Тагир!

- Я сам! Сказал! Завтра поговорим, Мурат, - говорю, не глядя на него. Все мое внимание приковано к Полине.

- Смотри, Тагир, - произносит дядя. – Не ошибись. Я не всегда смогу помочь.

- Все, я сказал. Потом. Оставь нас.

Дядя подходит ко мне вплотную и почти шепчет:

- Как наиграешься, отдай мне. Я найду, как наказать сучку. Буду ждать звонка.

Он, наконец, уходит, бросив усмехающийся взгляд на Полину. Мы остаемся с ней одни.

Я закрываю дверь. Стою и молча смотрю на девчонку, засунув руки в карманы брюк.

- Почему молчишь? – спрашиваю тихо. Кричать сейчас смысла нет.

Полина поднимает на меня взгляд. Закрывается руками. Смотрит так, что… нет, я не поддамся!

- А что говорить? – произносит каким-то равнодушным тоном. – Ты же все уже решил для себя. Да, Тагир?

Я впервые слышу такую Полину. Это не покорная и пугливая девочка. Это… не знаю, как описать. Но ее самоуверенность и гордость, которая сейчас так и прет из нее, злят меня еще больше.

Она вообще не считает себя виноватой! И даже объясниться не хочет. Вдруг я поверил бы? Хотя нет. Доказательства? Вот они. Что еще надо?

- Ты такая же как и все бабы, - усмехаюсь я, впиваясь в нее взглядом. – Кто тебя нанял? Кто?

Отворачивается.

Я чувствую, что бешусь еще больше. От этой ее упрямой решительности бешусь. Мне не нравится такая Полина. Где покорная девчонка? Готовая на все?

Стискиваю зубы и шагаю к ней.

Она, заметив это, отступает и упирается в подоконник.

Я подхожу совсем близко, пытаюсь взять ее за затылок, но она отклоняется.

- Куда? – усмехаюсь я и, все-таки, делаю, что хочу. - Отвечать надо за свои поступки, Полина, - говорю ей прямо в лицо. Взгляд падает на опухшие губы, которые совсем недавно скользили по моему члену. Полировали его. И я опять чувствую, как он наливается кровью.

Хочу ее.

Но нет.

Эта сучка знает, зачем пришла. Знает, как лишить меня возможности мыслить трезво. Но больше я на это не поведусь.

- Ну?! - дёргаю кулаком, в котором зажаты ее волосы.

Полина вскидывает на меня свой полный ненависти взгляд. Дышит часто.

- Это. Не. Мое, - произносит зло, четко выделяя каждое слово.

Ясно. Упертая, значит? Ну, посмотрим, как ты запоешь.

Чуть сжимаю волосы, а потом резко отпускаю

- Собери шмотье свое, - бросаю уже у двери.

Ну? Давай. Упади на колени. Умоляй! Проси! А я подумаю, простить ли и какую плату взять за это.

Жду. Как идиот жду! Ненавижу себя за это. И ничего не могу поделать.

Я уже принял решение, как поступить с ней. Но, сука, готов передумать. Готов. Дурак. Идиот, но готов.

Но вместо слов мольбы я слышу:

- Моего тут ничего нет.

Со злостью хватаюсь за ручку, выхожу и хлопаю дверью.

Иду в гостиную. Дяди уже нет. Ушел-таки. Что он там просил? Позвонить ему? Усмехаюсь, доставая бутылку из бара.

Нет, Полина, у меня для тебя кое-что другое приготовлено. Отпиваю виски, но легче не становится.

Наоборот, в груди словно раздирает что-то. Какая-то тупая боль. Точит и точит меня.

И я пью и пью, пока обжигающий напиток не просится назад. Откидываю бутылку и рыскаю взглядом по комнате.

Сука! Она хотела подставить меня! Она специально проникла в мой дом, чтобы отомстить! Я помню ее слова про родителей!

Притворилась овечкой в горе, а сама… Она ведь знает, что я под следствием. Один визит ментов и все.

Сука!

Быстрее бегу в туалет и смываю пакетик в унитаз, мою руки, чтобы не осталось следов.

Все.

Заодно и лицо окунаю в холодной воде. Немного прихожу в себя. Поднимаю взгляд и смотрю на себя в зеркало.

Разве это жизнь?

Идиот. Поверил. Хотел поверить. И что теперь?

Смирись – ты не изменишь свою жизнь. Она предопределена и не стоит пытаться хоть что-то изменить. Сделаешь хуже.

Вытираю лицо полотенцем и достаю из кармана телефон.

Набираю.

- Да, Тагир, - он отвечает сразу же.

- Забирай, - сухо говорю я, склоняя голову.

- Что? Не понял.

- Не тупи, Алик, - злюсь я. – Девчонку забирай! Сейчас! Пока не передумал и другому не отдал!

- Еду, Тагир. Стой. Не звони никому! Я еду. Слышишь?

Но я уже отключаю телефон. Кидаю его на полку. Упираюсь руками в раковину и смотрю на отражение.

Да. Так будет правильно.

Наследство?

Нет уж. Она его не получит.

Пусть все будет так, как было задумано мною в начале.

Она чуть не сбила меня с пути, на который я встал.

Но нет.

Я вернулся.

Вернулся прежний Тагир.

Алик приезжает через полчаса. Все это время я провожу один. Голова пухнет и ничего не приносит облегчения.

- Рад, что ты передумал, - лыбится мне Алик, входя в дом. – Где девчонка? – оглядывается.

- Здесь подожди, - показываю на дверь.

- Тагир, - окликает он меня, - деньги как обещал. Привез.

- Да пошел ты, - рычу я. – Не нужны мне твои деньги.

Зову охранников. Двоих. И велю им привести девчонку.

- Отдадите ему. Поможете. Потом сообщите, когда все, - кидаю напоследок и ухожу.

Дальше пусть сами разбираются.

Я закрываю за собой дверь в кабинете, но слух все равно не слушается.