Обречена быть счастливой - Кира Фелис

Мне пришлось трижды за ночь вставать и кормить лисёнка, поэтому проснулась я разбитой. Сегодня в моих планах было съездить в деревню и посмотреть, как там идут дела. Погода ухудшилась. Дождя пока не было, но тёмные тяжёлые тучи уже кружили по небу. Радовало то, что по-прежнему тепло, а отсутствие ветра было приятным бонусом.

На кухне я застала Федосью за работой, а Агриппину Фёдоровну — за завтраком. Интересно, когда наша кухарка вообще спит? В какое бы время я ни пришла, она уже на кухне.

— Ты все-таки поедешь со мной сегодня? А как же гости? — спросила у меня экономка, допивая остывший чай.

— Конечно поеду. Только сначала всех накормлю и поедем. А гостями есть кому заняться. Федосья, присмотри за мальчишками, — о том, что с ними произошло вчера, уже знал весь дом. Кухарка с готовностью кивнула.

Доставая Ириску из переноски, я не переставала улыбаться. Этот маленький пушистый комочек был покрыт темно-серой шерстью с рыжими вкраплениями. Она неуклюже переступала лапками и терлась влажным носом о мои руки, повизгивая в ожидании еды. Рядом, за лисенком наблюдал пес. Мне показалось, что она сильно выросла, но, возможно, я выдавала желаемое за действительное.

Ехать пришлось в карете, потому что Кошмарик следовал за мной. Не заставлять же собаку бежать за лошадью. Мерный ход лошади усыплял, видимо, сказывалась почти бессонная ночь, и я задремала. Проснулась от того, что Агриппина Федоровна легонько коснулась моего плеча.

Команда у меня и вправду подобралась отличная. Старосты справлялись со своими обязанностями.

В начале заехали в Куличики, там традиционно располагались огороды для нужд поместья. Но в последние два года овощами, выращенными здесь, делились с жителями всех деревень, чтобы поддержать и не допустить голод.

Встретивший нас Фёдор сообщил, что к сегодняшнему вечеру закончат посадку овощей. На данный момент уже посадили практически всё из запланированного, а сейчас досаживают картошку. Староста, зная, что до дождей осталось мало времени, смог организовать работу в несколько смен, чтобы все успеть. Поэтому у нас оставалось время на отдых.

В Липках Степан рассказал, что уже засеяли все поля. Жители, понимая, как важно успеть быстрее закончить посевную, работали даже по ночам.

В Берёзовке за это время отремонтировали все хозяйственные постройки, и теперь, даже если придут долгие дожди, они не должны навредить стаду.

С удовольствием сходила посмотреть на молодняк. Телята и ягнята с матерями содержатся отдельно, в более теплом помещении. Мне разрешили потрогать одного теленка. Когда я осторожно приблизилась к нему и протянула руку, он начал тыкаться в ладонь носом, прося ласки. Я впервые так близко увидела такого малыша.

Во всех трёх деревнях вновь прибывших работников с семьями разместили в пустующих домах, которые успели отремонтировать.

Я слушала, смотрела и понимала, какую огромную работу выполнили все эти люди. Правильно, что кадры решают всё.

— Кира Андреевна, люди верят в тебя, люди верят тебе, поэтому и работают на совесть. Верят в то, что всё плохое осталось позади.

У меня на глазах выступили слёзы, но я смогла загнать их обратно — доверие людей — это дорогого стоит!

Я сильно устала за этот длинный и тяжёлый день, но довольство, которое развивалось внутри, того стоило. Теперь я могла быть спокойна. Практически всё, что было запланировано, сделано. Будем надеяться, что дождь начнётся не раньше сегодняшнего вечера, чтобы люди успели доделать всё, что надо.

Ириска не доставляла никаких хлопот. Я кормила её каждые два часа, а потом она мирно спала у меня в переноске.

На обратном пути никак не могла прогнать панические мысли. Необоснованная тревога гнала вперёд. Я не сомневалась в безопасности всех домочадцев, но и с тревогой справиться не могла. А подъехав к дому, выдохнула с облегчением, когда на крыльцо вышли батюшка и ребята встречать нас.

— Ужин будет через час, — радостно улыбаясь, сказала Аня.

— Отлично, — с натянутой улыбкой ответила я, — успею немного отдохнуть.

— Ты здорова, дорогая? Выглядишь очень бледной. Что-то случилось? — забеспокоился отец.

Успокоив отца, я сказала, что чувствую себя нормально, и оставила Агриппину Фёдоровну рассказывать о поездке. А сама отправилась к себе в комнату. Несмотря на открытые окна, мне по-прежнему не хватало воздуха, и я решила прогуляться вокруг дома, оставив Ириску Кошмарику.

Зайдя за угол, я увидела, как тётка обнимает Костю, а он положил руки ей на талию.

— Костя, я хотела бы обсудить то, что происходит между нами, — сладко проговорила моя родственница.

— О чем ты хочешь поговорить?

— О нас, конечно! — и она отвела глаза в сторону.

Это стало последней каплей в этом сложном дне.

Глава 47

Константин Львович стоял и молча рассматривал эту неприятную немолодую женщину. Сколько нужно иметь в голове глупости, чтобы затеять такую игру? И главное какова цель? В ход пошли грязные методы, а значит никакого вежливого обращения она уже не заслуживает.

— Представление было интересное, а теперь расскажи, Ксения Потаповна, что здесь происходит? И не советую продолжать со мной играть, я сейчас нахожусь в крайней степени бешенства. От расправы тебя спасает только то, что я никогда не обижаю женщин, но в состоянии аффекта могу изменить этому принципу.

И он со всей силы ударил кулаком стену дома, тем самым преграждая путь к отступлению этой недалекой женщины.

Собрав остатки смелости, она нервно проговорила:

— Что тут непонятного? Наше обнимание видела Кира. Мы с Фёдором специально подстроили так, чтобы разыграть сцену в тот момент, когда она выйдет из дома. Даже если бы она не вышла сама, мой сын мог позвать её прогуляться или придумали бы что-то другое. Теперь она вас выгонит и выйдет замуж за Федьку, как и планировалось раньше.

Костя выругался, такими выражениями, которые не каждый портовый грузчик знает.

— Кира умная женщина, в отличие от тебя и никогда не поверит в эту сказку.

— Ага, как вы думаете чьё слово, станет решающим? Давно известной родни или почти не знакомого мужика? — и она пакостно рассмеялась, нисколько не сомневаясь в своей правоте.

То, что Кира сможет во всем разобраться, Костя не сомневался, но хотел защитить и ее и семью продолжил:

— А теперь послушай меня, дрянь, самое лучшее, что ты сейчас можешь сделать для себя, это собрать свои вещи и, прихватив сыночка, быстренько уехать из этого дома и никогда в жизни больше не встречаться у меня на пути. Мой лучший друг —