Научи меня жить. Книга 1 - Кэт Лорен

Внезапно осознание пришло ко мне. Если бы Аня спала рядом со мной, и я бы поранил ее, когда она попыталась бы меня разбудить. Чувство вины от ещё не случившегося охватывало меня с головой, а затем свернулось клубком стыда в животе. У меня душа ушла в пятки оттого, что я мог причинить ей вред.

Мое сердце сжалось, потому что это правда. Я никогда не смогу спокойно уснуть рядом с ней, понимая, что она может пострадать из-за меня. Мне нужно не допустить этого, но как я мог? Это было абсолютно невозможно.

Глава 24

Анна

Получив от Аллы Леонидовны задание, мне пришлось отправиться в интернат с инспекцией, чтобы проверить состояние деток, которых мы недавно изъяли из неблагополучной семьи. Подъехав к зданию, я полчаса сидела в машине, не решаясь выйти. Мои мысли вновь и вновь уносили меня прочь от того места, в котором я находилась. Накануне двое мужчин чуть не перегрызли друг другу глотки из-за меня.

Худшее, что я могла сделать с собой – это переживать из-за них, но не переживать я тоже не могу. Как же всё чертовски сложно и запутанно. Это жутко сбивало с толку и раздражало одновременно. Ведь всё было более чем просто: есть хорошие мужчины, а есть плохие. Одни тебя сберегут, другие угробят. И если с Максимом всё понятно, его я знаю много лет, то Дима…Мог ли он причинить мне вред? Со мной он был спокоен и нежен, за исключением той сцены в раздевалке. Но его хладнокровное поведение, когда Максим навёл на него оружие, говорило о том, что Дмитрий полностью владел своими эмоциями, в отличие от моего жениха.

Как только я увидела пистолет и яростный взгляд Макса, я поняла, что тот не шутит. Я знала его с детства, и он никогда не поддавался вспышкам гнева. Открытие этой новой черты в его характере пугало меня до чертиков. И с этим мужчиной я собиралась провести всю жизнь? Нет! Теперь моё решение было окончательным. Он хотел спасти меня, но проблема заключалась в том, что я не хотела быть спасённой. И тот факт, что он не услышал и не хотел слышать мои мольбы, ещё больше усиливал желание прекратить наши отношения. Я качнула головой, чтобы прояснить свои мысли, взяла себя в руки и зашагала в сторону здания. Спросив на проходной, где находится кабинет заведующей, двинулась на второй этаж. Торопливо шагая по коридору, я не заметила, что меня уже встречают. Женщина, на вид лет шестидесяти, окликнула меня по имени:

– Это вы Анна? – спросила она.

– Да, это я, – быстро ответила, понимая, что нашла нужного человека.

– Аллочка говорила мне, что вы сегодня приедете вместо неё. Я Наталья Михайловна, заведующая интернатом.

– Здравствуйте. Рада с вами познакомиться.

– Мне тоже очень приятно, моя хорошая, – она взяла мою руку в свою и нежно похлопала ладонью сверху. – Анечка, ты не против, если я буду так тебя называть? По возрасту ты мне в дочери годишься, если не во внучки.

– Конечно. А про внучку, ну что вы такое говорите, вы чудесно выглядите. Мне приятно, – с улыбкой ответила я.

– Что ж, пройдём в мой кабинет, я тебя чаем угощу.

– С удовольствием.

Мы неспешно двинулись по коридору. Я вела её под руку. Мне очень понравилась Наталья Михайловна. Она точно знала, какие подобрать слова, чтобы расположить к себе собеседника. С другой стороны, по-другому и быть не могло. Женщина всю жизнь работала с детьми, да ещё с какими трудными.

– Передай Аллочке, что с детками все хорошо. Они быстро нашли общий язык со сверстниками. Родителей не вспоминают, не плачут. Им тут нравится.

– Рада это слышать, Наталья Михайловна. Ребята общаются с другими детьми? Когда мы их забирали, они ни слова не вымолвили.

– Это все из-за перенесённого стресса. С ними поработал психолог, сейчас дети хорошо идут на контакт. Мальчик в следующем году пойдёт в школу. Специалисты не выявили у него никаких отклонений. За год подтянут ему основные ознакомительные знания и в путь. Малышка, конечно, плохо говорит для четырёх лет, но и это дело поправимое. С ней работает логопед-дефектолог. Аппетит у обоих хороший. Так что, Анечка, передай Алле, чтоб не волновалась. С детками всё хорошо.

Мы дошли до её кабинета, где Наталья Михайловна, любезно предложила мне чай.

– Знаешь, поначалу они нас немного беспокоили, но все быстро пришло в норму. У нас мальчики и девочки живут в разных комнатах. Первые несколько ночей после отбоя Артём пробирался в спальню, где спит Дианочка, и ложился рядом. Так и находили их наутро наши нянечки, спящих в обнимку, но все уже наладилось. Они быстро поняли, что в безопасности и здесь им ничего не угрожает.

– Когда мы их забирали и определили в больницу, я заметила синяки на детях. Он так рьяно защищал сестру, – я проглотила ком в горле. – Не могу представить, как они жили всё это время там. Это не родители, а изверги.

– Анечка, за годы работы здесь, я и не такого насмотрелась, – с грустью ответила она, слегка хлопая меня по руке. – Не переживай. Всех мы спасти, увы, не можем. Нам нужно принять этот факт и делать всё, что в наших силах.

Я подавила грустную улыбку и хотела ответить, когда дверь в кабинет открылась, и на пороге появилась молодая девушка.

– Наталья Михайловна, они приехали, – коротко пояснила она. – Ой, здравствуйте, я не помешала?

– Нет, не помешала, Полиночка, – ответила заведующая. – Где они сейчас?

– Играют в футбол во дворе.

– Замечательно. Ну, ступай.

– О ком идёт речь, Наталья Михайловна? – я посмотрела на женщину с непониманием.

– Ох, Анечка, это наши ангелы.

– Ангелы? Что