Роковая измена - Марина Безрукова

Чтобы Светлана Викторовна так равнодушно отнеслась, когда он снова запутался в во временах, такого не бывало никогда. А тут она словно отключилась, хлопает осоловевшими глазами, да все время подходит к открытому окну, будто ей жарко.

Кирилл тут же тихонько настучал отцу. Валентин Петрович всполошился, как наседка над цыпленком и никуда свою захворавшую богиню из дома не выпустил. Сыновья — Санька и Борька давно были сосланы в детский лагерь, поэтому можно было болеть спокойно.

Но спокойно не получалось, Валентин Петрович оказался слишком навязчив. Сначала он порывался вызвать своего знакомого врача из Военно-медицинской академии, потом начал заваривать всякие снадобья, состоящие из цветков липы, малины и мяты, но когда Света рыкнула на него, чтобы оставил ее в покое и дал поспать, уселся в кресле неподалеку и приготовился охранять сон любимой женщины.

Не вылезать из-под одеяла несколько дней — этот рецепт всегда срабатывал. Светка постоянно недосыпала, а потому даже радовалась, когда болезнь укладывала ее в постель. Не нужны были ни таблетки, ни порошки — клюквенный морс или несладкий компот из яблок и сон, вот и всё лечение. Причем в такие моменты Светлана могла уснуть в шесть вечера, а проснуться только на следующий день к обеду. Три дня сонной терапии — и как новенькая.

Тася писала Валентину Петровичу, хотела приехать, но подруга видеть никого не желала — чай, не барыня, в визитах не нуждается. Надо только поправиться быстрее, а то вдруг Таська прыгать с парашютом побежит, а она всё пропустит!

Еще как побежит — в этом теперь Света не сомневалась! Надо же, как удачно подвернулся этот Алексей. А то ведь могли дать того сморчка, что тоже по недоразумению числился у них инструктором. Вроде и молодой, а всё брюзжит, всем недоволен, как будто его насильно заставляют привязывать к себе визжащих экстремалов и дергать потом за кольцо. Алексей случайно освободился раньше, а тут и они с Тасей вовремя подоспели. Вот и не верь в судьбу!

Она видела, с какими глазами вернулась Таська с инструктажа. Этот затуманенный взгляд не перепутаешь ни с чем. Точно запала. Если даже Лёха женат и вообще образец целомудрия — не беда. Переживут. Главное, Тася ожила, увидела, что на Вадичке свет клином не сошелся. Не Лёха, так другой найдется со временем.

А Тася витала в облаках. Почему-то была уверена, Алексей ей позвонит, непременно позвонит, хотя бы узнать, когда она собирается совершить подвиг. На работе то и дело поглядывала на телефон в ожидании звонка с незнакомого номера. Но никто не позвонил. Ни назавтра, ни послезавтра, ни через три дня. Тася погрустнела, но надежды не потеряла. В конце концов, прыжок-то состоится, а значит, есть возможность снова встретиться с Алексеем.

К концу недели не выдержала и собралась на аэродром. Светке решила ничего не говорить. Не хотелось видеть ее лукавые глаза и оправдываться — это раз. И два — прыгнуть хочет одна без свидетелей. На память делается фото и ведется видеосъемка, так что Светка в подробностях сможет потом рассмотреть ужас на лице подруги, а заодно и послушать ее вопли.

Добиралась долго, сначала на электричке, потом на маршрутке, что доставляла прямо к аэроклубу. «Кому в мечту? Едем в мечту. В мечту едем», — монотонно бубнили водители, ожидавшие у станции желающих получить порцию адреналина.

У здания аэроклуба Тася нерешительно застыла. Как будто кончился весь запал, что ранним утром погнал ее из дома. «Дура, — шепотом ругала она себя — примчалась, как полоумная». А ведь действительно, не позвонила, не уточнила время, как будто мало тут желающих. Стоило тащиться в такую даль, не узнав все детали.

Всё же решила зайти внутрь — повод для встречи есть, и если даже сегодня ее уже нельзя включить в состав, ничего…договорится на следующий раз. Чтоб уже точно.

— Алексей? Какой? — спросила девушка-администратор. — У нас три Алексея. Вы фамилию знаете?

Тася расстроенно покачала головой и хотела уже отойти в сторону, как вдруг в голову пришла идея.

— Посмотрите, пожалуйста, кто меня готовил неделю назад. Кто проводил инструктаж?

Девушка улыбнулась и наклонилась над компьютером. Она защелкала мышкой, время застыло, и Тася стала разглядывать безупречный маникюр администраторши, удивляясь, как тонко на одном из ногтей прорисован маленький самолетик с пропеллером. В вырезе черной футболки блестел на цепочке такой же. А сами руки были покрыты цветными татуировками.

— Павлов, — наконец, произнесла девушка. — Но его нет.

Сердце упало вниз, не успев обрадоваться.

— А когда будет? Вы можете меня записать на прыжок уже на конкретную дату? Но только, чтобы инструктором был Павлов.

Администратор подняла на нее смеющиеся глаза. Тася покраснела и отвела взгляд, попытавшись принять равнодушный вид. «К этому Павлову, наверное, очередь из таких, как я… вот она и смотрит так…» — злилась непонятно на кого Тася.

— Он уехал.

— Уехал? — удивленно переспросила Тася. — Ну, хорошо. Всё равно запишите на ближайшую дату. Любую.

— Не могу. Видите, — девушка развернула экран, — в таблице пока прочерки. Непонятно, когда вернется. Там срочное что-то… Вы позвоните через несколько дней. Вот наша визитка…

— Спасибо, у меня есть, — пробормотала Тася.

Хотелось заплакать. Так готовилась, настраивалась, не поленилась даже сделать легкий макияж. Собиралась как на свидание…

— Или хотите, мы сами вам отзвонимся, когда будет ясно. А вообще у нас все инструкторы профессионалы. Вы можете прыгнуть хоть прямо сейчас. Хотите?

Тася покачала головой и медленно вышла на улицу. Нет, никакой трагедии не произошло. Подумаешь, понравился мужчина, подумаешь, как дурочка, примчалась без предупреждения… Он и думать-то забыл, а она уже намечтала себе целую историю, как девочка-подросток, влюбленная в певца или актера.

Улетел твой Клуни…исчез, как вон то облако… Над головой прострекотал самолет, и Тася проводила его взглядом. Она пошла по дорожке с вытоптанной травой, всё дальше и дальше. Узкая тропинка уходила в рощицу. Сначала встречались деревянные беседки для отдыха, а потом просто высокая трава, в которой она почти терялась.

Обычно Тася побаивалась гулять на природе. Только в городском парке она чувствовала себя спокойно. Но сегодня она упрямо шла вперед, глотая на ходу слезы. Казалось, так глупо расстраиваться из-за своих же придуманных грез, но отчаянная тоска уже выползла из своего логова. Зеленая, гадкая, как скользкая тина, подпитанная мыслью: Вадим прав, ничего у нее не получится.

Чувствовала себя, как в