Любовница Магната - Натализа Кофф

— Столяров Олег? — пренебрежительно интересуется Пахомов.

Охрана казино обращает внимание на Фила. Узнают. Здороваются. Несмотря на внешний вид Пахомова, собираются пропустить. Но Фил не торопится входить. Цепляет бугая взглядом.

— Ну, я, — усмехается тот.

— Разговор есть, — прищуривается Пахомов.

— А ты кто такой борзый? — ехидно выдает в ответ. — Эй, братки, вы бы лучше шваль всякую разгоняли, чем на меня быковать.

— Филипп Платонович, вечер добрый, — на крыльцо выскакивает директор заведения, он же помощник владельца, — можем предложить вам воспользоваться нашим VIP-номером? Сами понимаете, дресскод. Но мы предоставим в ваше распоряжение любой костюм на ваш выбор.

— Ничего не нужно, — вежливо отказывается Пахомов, — мне бы только вот с этим… переговорить.

Будто по команде охранники подхватывают Столярова под руки и «помогают» войти в казино, но в другую дверь. Для «разговоров».

— Эй, вы чего… ох***ли?! — вопит мужик, а Филипп идет следом, не скрывая усмешки, интересный ведь разговор намечается.

***

— Ждем вас в нашем заведении в любое время, Филипп Платонович, — на прощание жмет руку Филу директор казино. — И отцу передавайте от нас большой привет.

— Само собой, — кивает Пахомов, — а счет, пожалуйста, все же выставите. На мое имя.

— Ну, что вы, Филипп Платонович, — отмахивается собеседник, — все за наш счет.

Фил хмыкнув, обводит взором слегка разгромленную комнату. Впрочем, Столяров, несмотря на весь свой внушительный вид и габариты, драться абсолютно не умеет. Филу хватает пары минут, чтобы ушатать соперника. И еще двадцать минут, чтобы выслушать всю историю насчет Маши.

— Будем ждать вас в казино, — многозначительно улыбается директор.

Фил кивает. Да, надо бы заскочить, слить пару сотен. В знак благодарности, так сказать.

Из казино Филипп выходит и тут же спотыкается на сгорбленной фигурке. Маша стоит, обхватив себя руками. А с неба льется проливной дождь.

— Я тебе чего сказал делать?! — возмущенно рявкает Пахомов.

— Я волновалась, — шмыгает носом Маша и протягивает ключи от машины. — Вас увели. Я не знала, что думать.

Девчонка вновь шмыгает носом и чихает, дважды.

— Твою ж мать, Маша! — бормочет парень и, схватив девчонку за руку, тащит к машине. — Велено было ждать в машине. Что непонятного?!

— Почему вы на меня кричите?

— А как еще с тобой разговаривать?

— Я домой хочу.

— Пока доедем до твоего района, ты подхватишь какую-нибудь ерунду. Ноги промокли? — все еще злится Пахомов.

Тапочки у девчонки, да, насквозь мокрые. Как и вся одежда. Вот такой, дрожащей и трясущейся от холода, Маша выглядит еще более юной, беззащитной, трогательной.

Пахомов врубает обогрев на полную. Зло трогается с места, срывает тачку в занос.

Мысленно прикидывает, что до его холостяцкой берлоги гораздо ближе. Хотя, в идеале было бы передать Машу матушке. Та ее быстро приведет в норму, вылечит простуду, обогреет и накормит. А у Фила что? Дома пустой холодильник. Ну да ладно, взрослый мужик, сам решит проблемы. Чего сразу к маме с проблемой бежать?

— Живо в горячий душ! В халат завернись. Там висит, теплый, — командует Пахомов и злится, когда Маша замирает на пороге, не решаясь сделать шаг вглубь квартиры.

— Я н-н-н-не могу, — сипло бормочет девушка, — я все здесь испачкаю. А чья это квартира? Хозяин наверняка будет возражать.

— Моя квартира. Живо в душ, Маша! — повышает голос Пахомов, а девчонка вздрагивает от его крика, потому Филу приходится сбавить обороты: — Короче, Маша. Твоя задача — не заболеть. Живо под горячий душ, потом ужинать, потом спать. Утром отвезу тебя куда нужно.

— Так не пойдет, — негромко возражает девчонка, — ехать очень далеко. А у меня смена в семь утра начинается. Лучше я сразу домой.

— Возьмешь выходной, — хмурится Пахомов.

— Нет, мне нельзя, — горько вздыхает девушка, — прогуливать нельзя. Иначе уволят. А мне нельзя без работы.

— Значит, ты работаешь? Сколько же тебе лет? — вздыхает Филипп, мысленно прикидывает, что явно больше восемнадцати, иначе ее бы сдали органам опеки после смерти деда.

— Да, работаю, помощником кассира, — поджимает губы Мария, — в супермаркете. Скоро повысят до кассира. Там выходные есть, и работа полегче. А так-то мне уже восемнадцать.

— Прекрасно, — устало вздыхает Пахомов, — иди в душ, Маша. А с твоим начальством я завтра сам перетру. Не уволят тебя, не переживай.

— Не нужно, я сама! — вздергивает носик девчонка.

Филу становится немного смешно. Бойкая она иногда, оказывается, эта девочка-ромашка.

***

— Чего кислый такой, брат?

Фил вот уже час торчит в любимом баре. Двоюродный братишка, Алекс, застревает в пробке. Потому Фил уже пропускает пару бокалов «в одного». И то ли он устал за прошедшую неделю, то ли эмоционально выгорел, но выпитый алкоголь начал сказываться на мозгах.

— Да так, — кривится Филипп и жмет руку брату. — Сам как? Дела норм?

Алексей неопределенно кивает, мол, все в порядке.

— А у тебя, вижу, как-то кисло, — продолжает брат. — Случилось что-то? Помощь нужна?

— Да какая там помощь, так…, — бормочет Пахомов-старший.

— Что думаешь насчет девочек? Оттянемся до утра, напряг снимем? — предлагает Алекс.

Филипп хмурится еще больше. Не до баб ему сейчас. У него в мозгах сплошная Маша.

— Без меня, — качает головой Пахомов.

— Та-а-ак, с этого места давай поподробней, — требует Алекс, — с каких пор тебя перестали привлекать девчонки?

— Девчонки меня по-прежнему привлекают, но не все, — раскрывает карты Фил, — у меня такая засада, Лех. По всем фронтам.

Всему виной алкоголь. Иначе ведь не объяснить, по какой причине Филипп все без утайки рассказывает брату. О том, как познакомился с Машей, как разобрался с ее родней, как припугнул всех тех отморозков, которые обижали девчонку, как почти восстановил ей тачку, и как не хочет эту тачку отдавать, потому что тогда Маша перестанет приходить в автосервис со своим чаем и гостинцами. А как ему дальше без чая, если он уже без этого чая жить