Единственная игра в городе: центральные банки, нестабильность и предотвращение следующего коллапса - Mohamed A. El-Erian

что цены на нефть упадут так сильно, особенно за такой короткий период времени. Вряд ли сюрпризы прекратятся. Скорее всего, последуют экономические, политические и геополитические изменения, которые еще недавно считались маловероятными, а то и вовсе немыслимыми. Они сулят как положительные, так и отрицательные стороны, или то, что мы можем назвать хорошим, плохим и уродливым в этом новом энергетическом мире. 2

Что важно для основных гипотез этой книги, связанная с ними динамика говорит о двусторонних рисках, и они значимы. Это снова понятие распределения, в котором хвосты довольно толстые, и которое в сочетании с другими факторами способствует общей трансформации со временем от нормального колоколообразного распределения потенциальных исходов к более бимодальному.

С другой стороны, низкие цены повышают вероятность глобального экономического подъема, а поскольку в относительном выражении выгоды получают менее обеспеченные домохозяйства (чьи расходы на энергию составляют большую часть их бюджетов по сравнению с более обеспеченными домохозяйствами), они также противодействуют силам растущего неравенства - пусть и на периферии.

С другой стороны, давление на и без того неэффективные нефтедобывающие компании может подтолкнуть их к более разрушительной региональной и глобальной роли. Снижение цен также приведет к тому, что некоторые сырьевые компании и компании, связанные с сырьевыми товарами, столкнутся с трудностями в выплатах, что может отразиться на некоторых классах активов, в которых они преобладают (например, высокодоходные облигации и корпоративные компании развивающихся рынков). Они также препятствуют инвестициям в будущие энергетические мощности, в том числе сланцевые.

 

2. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ РАЗРУШИТЕЛЬНЫХ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ ИННОВАЦИЙ

 

Второй фактор, способствующий относительно нестабильному распределению будущих потенциальных исходов, - продолжающаяся технологическая революция. Эта революция сочетает в себе два важнейших элемента: расширение прав и возможностей человека до такой степени, которая еще недавно считалась маловероятной, а то и вовсе немыслимой, и развертывание больших данных, искусственного интеллекта и того, что Эрик Бринйолфссон и Эндрю Макафи окрестили "второй эрой машин". 3 Многие наблюдатели и исследователи называют эти революционные и преобразующие силы одними из самых мощных в истории.

 

Выступая в марте 2015 года на конференции "Будущее работы", организованной WorldPost, совместным предприятием Института Николаса Берггрюена и Huffington Post Арианны Хаффингтон, Эндрю МакАфи добавил, что это "единственный бесплатный обед, с которым экономисты могут согласиться". (Он также отметил, что не существует экономических законов, гарантирующих, что выгоды будут распределены поровну или справедливо).

Хотя мнения расходятся, большинство сходится в одном: мы все еще находимся на ранних этапах поистине исторических преобразований. Инновации с каждым днем становятся все более многочисленными и расширяются во многих измерениях.

На первый взгляд, эти два фактора - расширение индивидуальных возможностей и большие данные - могут показаться противоречивыми. Один из них заключается в том, чтобы дать человеку возможность делать больше. Другой больше напоминает фильмы о появлении машин, которые, быстро поглощая множество данных и соответствующим образом развиваясь, переходят от поддержки и укрепления личности и индивидуализма к вытеснению человечества. Действительно, вспомните такой простой пример, как игра в тривиальные игры. Удивительная сила Интернета, собирающего информацию, в сочетании со стремительным развитием технологий смартфонов дает вам мощные инструменты для правильного ответа на большее количество вопросов, причем гораздо быстрее, чем многие люди могли себе представить. И все же это те же основополагающие силы, которые позволяют таким машинам, как Watson от IBM, побеждать людей в игровых шоу. Они также лежат в основе работы над автомобилями без водителя, удаленной диагностики здоровья и многого другого.

Но на самом деле это далеко не простая дихотомия. Да, феномен "гонки с машинами" сказывается на рынке труда, стоимости образования, оплате труда и составе рабочих мест в современной экономике. 4 Он также изменяет конфигурацию риск/доходность новых инвестиций, усиливая эффект "победитель получает все".

 

Чем инновационнее экономика, тем выше текучесть кадров и тем большее значение имеют системы социальной защиты. Более того, двойная преобразующая сила этих инноваций - стимулирующая и вытесняющая - несет в себе потенциал как хорошего, так и плохого. Именно поэтому Ян Голдин, директор Школы Мартина в Оксфордском университете, считает, что они представляют собой "новый Ренессанс", который, как и старый, может сочетать в себе великие достижения и возможность ужасных происшествий.

Мы уже обсуждали, как эти силы привели к появлению "других миров". От Uber до Airbnb, технологически подкованные предприниматели разрушают давно устоявшиеся сегменты . И вместо того, чтобы опираться на традиционные подходы, они используют ключевые компетенции, которые изначально были чужды этим сегментам - хотя, очевидно, ненадолго.

В качестве другой иллюстрации, менее заметной, просто посмотрите, как эти две силы объединяются в медиа и финансах - двух областях, где разрушительные технологии оказывают быстро растущее влияние, но конечное макровоздействие которых неясно.

Если говорить о средствах массовой информации, то следует рассмотреть, как изменились наши источники информации. Технологические прорывы кардинально изменили ландшафт, изменив условия входа и участия как для производителей, так и для потребителей. Доступ стал лучше, а затраты - ниже. Таким образом, то, что когда-то было физическим, превращается в виртуальное, появляются новые платформы, облегчающие потребление и производство, а доступ растет в геометрической прогрессии. Все это, в свою очередь, порождает "большие данные", которые можно анализировать, чтобы сделать всю эту комбинацию еще более мощной.

Сегодня многим людям гораздо проще размещать контент в Интернете, и гораздо проще до него добраться, причем опять-таки очень широкому кругу людей (в основном, хотя и не полностью, независимо от географии, уровня доходов и социально-экономического положения). Однако в процессе этого количество людей, занятых в традиционных СМИ, значительно сократилось, а технологии также были использованы экстремистскими элементами для содействия ужасному насилию.

 

Это часть более широкого исторического процесса демократизации, который меняет социальное, экономическое, политическое и геополитическое взаимодействие во всем мире. Отдельно это проявляется в росте числа негосударственных субъектов, а также в содействии созданию сетей, координации и самоорганизации. Это все более широкая трансформация, которой способствует индивидуальное и совместное воздействие социальных сетей и цифровой революции (включая Интернет, мобильность и приложения). В процессе трансформации появляются новые участники, которые приносят с собой все большее когнитивное разнообразие, в том числе с заметным перекосом в сторону технологических сбоев и поведенческих наук.

Какими бы мощными ни были эти силы, нам еще только предстоит увидеть их полное воздействие на СМИ, не говоря уже о растущем числе других секторов и видов деятельности. Во-первых, никто, похоже, - по крайней мере, пока, - не смог разгадать код, позволяющий выгодно сочетать новый контент и старые, крупные платформы. И это не из-за отсутствия попыток.

Было предпринято несколько попыток. Некоторые из них направлены на расширение возможностей новых