Страж сумерек - Мария Чернышова

Зал словно очнулся. Раздались робкие аплодисменты, которые мгновенно усилившись, волной заполнили пространство вокруг. Опомнившись от наваждения, люди спешили выразить чувства, и Ларс не сомневался: сейчас они были совершенно искренни. Восхищение. Потрясение. И где-то в самой глубине души — легкая, почти призрачная опаска. Боязнь неведомого.

Кнуд Йерде неподвижно сидел у фортепьяно, опустив пальцы на клавиши, и смотрел прямо перед собой невидящим взором. Эдна вышла на свет. В полумраке Ларс почти не различал ее лица, но ее фигура, резкие движения и вскинутая голова словно излучали напряжение и гнев. Она наклонилась и что-что сказала брату.

Кнуд Йерде медленно, точно через силу, поднялся и шагнул вперед, к сиянию свечей, которые по одной зажигали слуги. Он отвесил залу легкий поклон и улыбнулся обычной слегка насмешливой улыбкой, но Ларс готов был поклясться, что музыканту не до веселья. Слишком уж бледен он был, слишком заторможен.

— Браво, Кнуд, — проговорил Реннинген. — Ты умеешь отдавать долги. Но Эдна… сегодня вы меня сразили наповал… просто наповал. Отныне я ваш верный поклонник.

— Спасибо, Рольф, — донесся до него усталый голос Кнуда Йерде. — Мы старались. Не так ли, Эдна?

То ли его тон, то ли то сдержанное выражение на лице Эдны Геллерт заставили Реннингена насторожиться. Они с женой обменялись быстрым многозначительным взглядом.

— Что ж, дамы и господа, думаю, это был потрясающий финал нашего сегодняшнего собрания! — провозгласила хозяйка. — А теперь прошу проследовать в столовую.

Люди поодиночке и парами покидали зал. Некоторые подходили к Кнуду и Эдне, что-то говорили. Музыкант вежливо отвечал, словно невзначай опершись рукой о фортепьяно.

Наконец зал опустел. Остались лишь они трое и Рольф Реннинген.

— Ну, дружище, — виноватым и расстроенным тоном протянул он. — Ты, пожалуй, перестарался. Как себя чувствуешь?

Кнуд Йерде буквально рухнул на стул.

— Ничего, — прошептал он, прикрывая глаза. — Скоро пройдет… Иди к гостям, Рольф. Не привлекай лишнего внимания. Мы разберемся.

Реннинген покачал головой и не двинулся с места.

— Что такое? — встревоженно спросил Ларс у Эдны. — Сердце⁈ Может, послать за доктором?

— Нет. — сквозь зубы проговорила женщина, нервно потирая правое запястье. — Принесите выпить. Воды или виски — без разницы…

Выскочив в смежную с залом малую гостиную — безлюдную: гости уже собирались в столовой, Ларс заметался по комнате. На журнальном столике обнаружился поднос с бокалами шампанского. Сойдет…

— Гере Иверсен, куда вы так спешите?

Ларс дернулся, выплеснув добрую четверть бокала на ковер. Знакомый голос. До противного памятный мурлыкающий тон, при одном звуке которого рука потянулась к револьверу.

— Право слово, к чему так волноваться?

Кресло в дальнем углу гостиной скрипнуло, освобождая гостя из мягкого плена. Некто не спеша поднялся и встал, скрестив руки на груди, в высокомерной позе, словно говорившей — смотри, убогий, вот он я!

Ларс смотрел и не мог поверить. Невысокий — едва до плеча ленсману — паренек, облаченный в старинный расшитый золотой нитью камзол и туфли с пряжками. Золотистые волосы по плечи. Бледное лицо и темные, точно спелые вишни, блестящие глаза. Надменно вздернутый нос. А уж сложение! Ларс мог бы перешибить тонкие косточки парня с одного удара…

И это — альв⁈ И вот от этого сопливого щенка он бегал полночи вне себя от испуга⁈

Гримаса на лице Ларса пришлась альву не по нраву, ибо житель тайного мира раздраженно скривил тонкие губы.

— Чего тебе, юнец? — с нарочитой грубостью бросил Ларс. — Если решил поразвлечься за мой счет, то лавочка прикрыта. Я тебя вижу.

Альв улыбнулся, и на нежной коже щек проступили девичьи ямочки.

— Я и не сомневался, гере ленсман. Ведь как гласит поговорка, даже зайца можно приучить стучать в барабан. Правда, это не сделает его ни музыкантом, ни просто разумным существом…

Шампанское — приятная вещь, когда оно пенится в бокале, искрясь шипучими пузырьками. А вот когда эта жидкость летит в лицо и на белоснежные кружева рубашки… Альв явно не ожидал подобного ответа. Он запоздало отпрыгнул, пытаясь стряхнуть растекающиеся по одежде капли.

— Дрянь! — прошипел он, меняясь в лице. — Да я тебя…

— Давай! — оскалился Ларс. Гнев подкатил к горлу, и слова слетали с губ отрывистыми плевками. — С радостью надеру тебе задницу, мелкий пакостник!

— Оставь, Фреки, — раздался сзади мелодичный, но более твердый голос. — Смертный невежа не заслуживает вспышки твоего гнева.

Ларс развернулся и узрел точную копию своего оскорбителя. Второй альв сидел на краю стола в самой развязной позе и болтал ногами — огоньки свечей блестели на начищенной коже башмаков. С ленивой небрежностью он вытянул руку. На запястье искрился медно-красный браслет. Он замерцал, и внезапно по металлу пробежала волна дрожи. Маленькая змейка, держащая во рту собственный хвост, приоткрыла бусины-глаза и с пристальным, голодным интересом уставилась на ленсмана.

— Не буди мою Совесть! — заявил альв. — Она очень больно жжется!

Ларс отшатнулся… и столкнулся с Эдной Геллерт, которая стремительно вошла в комнату.

Она оглядела комнату, на миг задержав глаза на Ларсе, который все еще сжимал в руке бокал, на мокрой рубашке Фреки, и словно бы в момент оценив и вникнув во все увиденное.

— Вон! — коротко и резко произнесла она. — Вы оба — пошли прочь отсюда!

Альвы встрепенулись. Тот, что сидел на столе, поспешно вскочил на ноги.

— При всем уважении, госпожа, — светским тоном ответил Фреки, приложив ладонь к сердцу и тут же отдернув ее от липкой влажной ткани. — Указывать нам здесь вы не в праве. Мы пришли сюда в надежде насладиться музыкой…

— О да, — подтвердил близнец. — И обсудить с вашим почтенным братом возможность возвращения некоей вещи…

— Эйрик не будет с вами разговаривать, — перебила Эдна. — Не здесь и не сейчас.

Альвы переглянулись.

— Проклятый никкер, — разочарованно пробормотал Фреки. — Заявился сюда и все испортил.

— Не ваше дело, — прервала его Эдна. — И на будущее: прежде чем появиться снова, подумайте: может, стоит что-либо изменить в манере вести беседу с людьми? Меньше распускать языки и руки?

— Право, мы не ожидали, что наши шалости могут вас так расстроить, — почти ласково произнес Гери. — Всего лишь шутливая перепалка. Не правда ли, гере ленсман?

Ларс одарил владельца браслета злым взглядом и получил в ответ не менее мрачную усмешку.

— Не