Кодекс Крови. Книга Х - М. Борзых

«Принято. Сообщу по факту готовности группы», — завершил связь Паук.

Что же, а мне ещё предстояло кое-что решить с Обителью.

* * *

Паук, хоть и был старым разведчиком, а всё не мог перестать удивляться. Их граф успевал вытворять столько, что поневоле кровники не поспевали за ним. Но, как человек военный, приказы Паук привык выполнять. А потому, вынув из кармана хронограф и поставив на нём отсечку на десяти минутах, командир рванул давать звуковой сигнал для экстренного сбора на плацу.

Времени было не просто мало, а абсолютно недостаточно, чтобы возобновить обороноспособность на объекте и успеть собрать экспедиционный отряд. С такой-то временной синхронизацией…

Но прежде, чем Паук успел протрубить сигнал, бойцы сами начали стекаться на плац. Все более-менее способные сражаться кровники, дававшие личную присягу Михаилу, бегом и прихрамывая появлялись во внутреннем дворе форта с тактическими рюкзаками.

Вои же только крутили головами, не понимая, что происходит. Паук быстро сообразил отправить их на замену кровникам, дабы не останавливать работы по сбору тел, переноске раненных и наведению порядка после боя. Стоящий под стенами форта имперский лагерь спокойствия не добавлял.

Но насколько знал Паук, внимание вышестоящих лиц отправилась отвлекать Кирана Юрьевна, полностью взяв на себя представительские функции в отсутствии брата.

— Бегом! Бегом! Бегом! Стройся! — слышались приказы командиров малых тактических групп.

Спустя пять минут перед Пауком стояло уже больше полусотни комаров разной степени помятости. Взгляды у них были уставшие, но решительные. Если граф сказал, что надо, они и после смерти готовы были встать в строй.

Маркус подошёл получать вводные. Поскольку его группа лично давала присягу Михаилу, ему и предстояло возглавить экспедиционный корпус на месте. Пока командиры общались, к бойцам, чуть запыхавшись, присоединился потрёпанный датчанин-менталист, один из новых вассалов графа.

— Извините, у меня ничего нет с собой, — развёл тот руки в извиняющемся жесте, поправляя сползающие на нос очки с треснутыми стёклами, — но Михаил Юрьевич сказал, что я очень нужен. И на месте всем обеспечит.

Маркус тяжело вздохнул, всем своим видом показывая, что только гражданских ему не хватало, но спорить не стал. Шла последняя минута до назначенного времени, когда появились оборотни Полозовы Николай и Мира.

— Я тоже с вами, — бледный Николай опирался на плечо младшей сестры, едва держась на ногах. Им битва далась непросто. Оба погибали несколько раз, но, оживая, снова шли в бой. Среди кровников они заслужили уважение за проявленную храбрость. — Приказ.

Маркус только покачала головой и дал знак сделать носилки. Михаил всегда знал, что делал. Нужен едва живой пластун? Значит, заберут.

Едва Николая уложили на носилки, как сработала временная отсечка хронометра. Время вышло. Сотню не набрали, но семь с половиной десятков смогли.

Глава 21

Пока Паук в срочном порядке организовывал десант на условно дружественную территорию, у меня ещё было несколько дел, решить которые никто другой не смог бы. Первое из них заключалось в посещение Обители крови. Предупредив своих женщин и Райо, где нахожусь, я отправился заниматься некогда самым любимым делом.

При всей своей неусидчивой заднице, находящей приключения в самых заурядных ситуациях, я любил тишину библиотек и спокойствие лабораторий.

Сейчас же мне самому предстояло стать библиотекой и систематизировать некоторые свои знания для восполнения пробелов в процессе обучения в Цитадели. Причём большинство моих изысканий должны были касаться не столько знаний, сколько традиций, методов обучения и моральных императивов, которые прививались нам. Без наставников корвусам очень легко было свернуть не на тот путь и оказаться в рядах отступников.

Я задумался. Конечно, личный опыт — это прекрасно. Но твёрдую руку над разновозрастными раздолбаями никто не отменял. А что если…

Не все маги крови оставались в Обители до конца дней своих. Многие уходили, достигнув потолка возможностей. Опять же, некоторые развивали собственную узкую специализацию и достигали в ней вершин. Общий уровень им был не интересен, если их личный дар позволял жить безбедно и безопасно до конца условно бесконечной жизни. Артефакторы, зельевары, проклинатели, целители… Существовало великое множество даров Матери Великой Крови и не меньшее количество носителей их, покинувших Обитель давным-давно.

А что если? Я поднялся на вершину Башни и посмотрел на таблички двенадцати возвысившихся магов… Кого-то из них уже не было в живых, в адекватности остальных я уже и не был уверен.

— Нет, вас я точно звать не стану.

Пальцы сами по себе прошлись по началу моего собственного имени, вырезанному в камне. Почему все были уверены, что я улечу? Или же все хотели, чтобы я не мозолил им глаза своей исключительностью?

Я прикоснулся к ковчегу, тот запульсировал силой в такт моему сердцу. Сейчас, когда магия текла во мне без ограничений, я будто даже дышал полной грудью, наслаждаясь каждым тактом биения крови и силы.

Я пустил себе кровь, формируя веретено. Заклинание самое простенькое, не предназначенное для атаки или защиты. Это был один из начальных вариантов накопителей знаний. Маг сплетал свои мысли в нить и наматывал их на веретено. Этому обучали ещё в Цитадели, а на этапе перехода в Башню переходили на создание макров.

Но для моих целей веретено сейчас подходило более чем. Я сплетал нить-приглашение для магов, когда-то покинувших Обитель. Обитель нуждалась в них, чтобы сердце её снова сделало удар, а коридоры-артерии вновь наполнились потоками молодых корвусов.

Все мы, когда-то обучавшиеся в Обители, отдавали капли своей крови на входе. Образцов-адресатов было предостаточно. И я множил веретено, вплетая в него призыв помочь возродить родную Обитель.

Как когда-то я призвал эргов на помощь собственной кровью, так и сейчас я призывал братьев и сестёр, живших до меня и после. Братство крови нерушимо, кто бы и что бы не думал по этому поводу.

Образцы крови из входного артефакта зависли вокруг меня, словно личная библиотека крови. Кончики тысяч веретён окроплялись кровью адресата и отправлялись передавать моё приглашение:

«Обитель нуждается в вас, как вы когда-то нуждались в ней!»

* * *

Пока Михаил решил пропасть ненадолго, Киране пришлось взять на себя роль радушной хозяйки. Гостей нужно было разместить, успокоить и подлечить по возможности, а также сформировать ударный кулак эргов на случай помощи брату.

Почему-то она была уверена, что Миша явно не отсыпаться отправился. Причиной тому была пропажа Агафьи. Не