Легенда бесконечности - Валентина Иванова

Адам смотрел на него брезгливо сверху вниз и сказал напоследок.

— Чтобы я не видел, не слышал вас. Только вашему отцу будет разрешено быть на этой территории, и то только на собраниях со старейшинами. Через месяц совет, и если вы снова со своим братцем выкинете что-то. Я расскажу о ваших проделках вашему отцу и на собрании перед всеми стариками, и тогда они сотрут вас в порошок и перестанут сотрудничать.

Адам подошел к «Газели», и достал из бардачка бинт с водой, и отдал одному из парней.

— Промойте ему лицо и перевяжите раны. Затем начинайте готовиться к отправке, потом доложите Азариасу с Алекаем, как всё прошло.

В последний момент, смотря на Лукаса, у которого вся футболка была в крови, Адаму стало его жалко, что-то внутри него кольнуло. Он поспешно покинул помещение и, выйдя на улицу, он заметил, что так и не отпустил из рук испачканный в крови нож, ярко-алые пятна крови так же присутствовали на рукавах его рубашки.

Адам нервозно вытер об рубашку нож и убрал его обратно в карман. Ему казалось, что следы крови на рубашке начинают душить его, и эта кровь вот-вот задушит парня, и он захлебнется. Не церемонясь с пуговицами, которые разлетелись в разные стороны, он разорвал на себе рубашку, кинул ее на каменную уличную плитку. Затем, достав спичечный коробок, поджег ее, а когда дождался и убедился в том, что его хлопковая сорочка сгорела дотла, он развернулся и покинул это место, не медля.

* * *

Адам сидел на лавке и смотрел на две могилы, которые были перед ним.

Он приходил сюда, чтобы поговорить с родителями…

«Наша Айла полюбила сына врага. Пусть даже не родного, но всё равно он его сын и воспитан им. Она с такими глазами смотрела на меня, когда я начинал говорить ей о нём.

Я и не думал, что, разлучив их, причиню ей столько боли.

Лучше бы я не говорил ей о том, что этот парень — сын Альберта. Он ведь в действительности и сам ненавидит их…

Парень даже готов отказаться от их семьи, отказаться от всех и всего, что его связывало с семьей Адамия. И всё это ради того, чтобы быть с нашей девочкой. Я бы на такое не осмелился.

Честно говоря, в глубине души я жалею, что тогда, не подумав о вашей безопасности, приказал ребятам схватить их семейку. Мне нужно было перевезти вас сюда, в Грузию, либо спрятать там, где никто бы не смог найти вас, и потом идти на расправу с врагом.

Я поступил неверно и глупо. Я загорелся из-за прошлого, которое зажгло внутри меня пламя, и я сжег всё на своем пути.

Когда в жизни не хватает самых дорогих мне людей, весь мир кажется пустым.

Единственное, что мне осталось, — Айла.

Раньше я не отвечал на твои звонки, отец, а ты названивал мне по сорок раз в день. Тогда мне не хотелось разговаривать с тобой, потому что мы всегда ссорились с тобой.

Сейчас мне не хватает этих ссор с тобой, теперь все мои ссоры внутри меня с самим собой».

Эх, если бы я мог вернуть все назад…

Вы были бы живы, но из-за моего гнева и мести вас нет.

Прошло столько времени, а я до сих пор сожалею об этом.

Глава 25

Злодей

Адам Имерети Малик

Сегодня, спустя месяц, у нас состоялось большое собрание со старейшинами, в состав которого меня возглавили. Большинство из них поддержало меня. Теперь я молодой старейшина, который возглавляет свою страну. Это даже смешно звучит…

Собрание начал один из старейшин Грузии из семьи Тевзадзе.

— Во главе клана нашей страны был Нодар Циклаури. Царствие небесное и вечный покой ему. Мы были близкими братьями с ним, хотя кровно мы чужие друг другу.

Он очень любил эту страну. Здесь он создал семью, построил бизнес, руководил городом и также обручил свою дочь Алифнет с Адамом, сыном покойного Малика Имерети. Вы все помните его?

— Да… — хором ответили все.

— Великим человеком был, многое пережил и погиб, — сказал старейшина семьи Козюк.

— Говорят, его напоили ядом, но, к счастью, у него остались сын и дочь, — сказал другой из семьи Виниц.

— Он был очень жестоким и нетерпеливым человеком, где бы он ни появлялся, он заставлял всех подчиняться своей воле. — Сказал старейшина Радан из Болгарии.

— И его сын такой же, после смерти его будущего тестя дела у парня прибавились, и, слава богу, он справляется со всеми делами.

Клан Имерети и Циклаури воссоединены. Адам навел порядок в городе, устранил всех, кто поставлял наркотики. Обезопасил свой народ, помог малоимущим семьям. И мы приняли решение со всеми старейшинами поставить его во главе нашей страны.

Адам Имерети Малик, теперь ты во главе нашей страны, теперь под твоей ответственностью большая семья. — Поздравляем! — Все хором начали поздравлять молодого парня.

— Стойте! Подождите! Но ему еще только двадцать девять лет, как он может стать старейшиной? — возразил Бразилец Кайю Ди Виэйра, встав из-за стола. — У меня тоже сыновья, и одному из низ тридцать четыре года, и никто не поддерживает его в качестве старейшины! А этого сопляка вы избрали только потому, что он сын Малика и будущий зять Циклаури.

Начался спор среди всех, большинство поддерживало сторону Адама. Старейшина Джаба Тевзадзе встал из-за стола, громко ударив своей тростью. Все замолчали.

— Кайю! Возраст человека ничего не решает. Главное, что в голове у него, а это большой показатель. За человека многое говорят и его поступки, которые он совершил в своей жизни, а он сделал много благих дел для своего народа. Про твоих сыновей такого не скажешь, они у тебя беспредельничают и со многими не ладят. И головы на плечах нет, а для тридцати четырех годов это очень плачевно. Не зря им запрещена дорога на нашу территорию. Боюсь, им даже и твоего места не занять после твоей смерти.

Старого Бразильца поставили в неловкое положение, и он продолжил.

— Последний раз мой младший сын вернулся с этих земель с ранами от ножа на лице. И кто это сделал? Адам Имерети оставил на лице моего сына шрамы в виде букв из своего имени и грязной фамилии.

— Господин, если я младше вас, это не значит, что