Ничей - Алексей Борисов

— Это при условии прохождения всей оставшейся дистанции и успешной работы, — уточнил он.

Я сразу же в уме перевел прозвучавшую сумму в рубли и прикинул, что вместе с жалованьем от Василия Александровича она вполне перекроет мои потери от расставания с местом начальника штаба.

— Меня устраивает.

— Наш общий друг станет гарантом соглашения, — объявил Анатолий Анатольевич. — Тогда я буду задавать вопросы, а вы постарайтесь как можно полнее на них ответить. Для начала меня интересуют фамилии, имена, отчества членов штаба и обслуживающего персонала, их телефоны, марки и номера машин. Если что-то забыли, не спешите, вспомните.

Он достал из бардачка большой блокнот в клетку и ручку.

— Записывайте, — начал я. — Манукян Арам Ашотович, водитель…

За полтора часа, минувшие после выхода из офиса Макеева-младшего, я немного подготовился к разговору. Да и на склероз никогда не жаловался. По завершении этой части беседы Анатолий Анатольевич отпустил комплимент:

— У вас хорошая память.

— Я журналист. Семнадцать лет стажа.

— Штаб Макеева находится на улице Ленинского комсомола, за торговым центром «Пунктир»? — быстро спросил он, меняя тему.

— Нет, — покачал я головой, — там кто-то из горсовета готовится водку разливать, поить народ. Мы ближе к окружному шоссе. Пишите адрес.

— Мы только начали оперативные мероприятия, могли ошибиться. Спасибо, — сказал он, вписав координаты полевого штаба в блокнот.

— А серая «девятка» разве не ваша была?

— Какая «девятка»? — недоуменно произнес Анатолий Анатольевич.

Я рассказал про слежку.

— Что вы! Мы так топорно не работаем, — даже слегка обиделся он.

— У кандидата есть еще один штаб… или был, — добавил я. — В центре. Вы его тоже имейте в виду.

После того, как посланец Филейкина зафиксировал адрес и код подъезда, я спросил его:

— А Виктор Никитич как оценивает ситуацию? Опасается Макеева?

Анатолий Анатольевич, не мигая, посмотрел мне в глаза.

— Ну, «опасается» — пожалуй, слишком сильное слово. Но воспринимает всерьез. Макееву терять больше нечего, он мечется, от него спонсоры один за другим отворачиваются. Вы в курсе, что на него уголовное дело заведено?

— Нет.

— Это пока не афишируют, информация появится в СМИ чуть позже. Идеальным вариантом было бы снять его с пробега за грубые нарушения.

— Грубых пока точно не было, — сообщил я.

— Будут, — пообещал загадочный Анатолий Анатольевич.

Знакомство продолжилось в том же духе. Анатолий Анатольевич, немного смягчив интонацию, инструктировал меня насчет линии поведения.

— Будьте доброжелательны, исполнительны, но в штабе ни с кем не сближайтесь. Подмечайте каждую мелочь, она может иметь большое значение. Особенно опасайтесь Фурсова: он человек подготовленный, служил в спецназе ГРУ, прошел Афганистан, продвинутый хакер.

«Ай да душка Валерий Сергеевич!» — едва не воскликнул я.

— Поэтому никакой электронной почты и никаких бумажных записей. Только запоминайте! Видеокамеры в офисе у Василия есть?

Я напряг память.

— По-моему, только над входной дверью, объективом на улицу.

— Не полагайтесь на «по-моему», тщательно всё проверьте сегодня же. Завтра я передам вам спецтехнику и покажу, как пользоваться. Теперь о связи, — Анатолий Анатольевич держался и говорил прямо как в кино. — Держите, — он достал из куртки мобильник.

— У меня свой есть.

— Держите, — повторил он. — Здесь два гнезда под сим-карты. Вставите одну свою, вторая наша, зарегистрирована на постороннее лицо. Если кто-нибудь спросит, куда делся старый телефон, отвечайте: «Сломался, потерял, утопил». Номер я вам продиктую, занесите его в записную книжку под женским псевдонимом.

— Каким? — спросил я, будто это имело значение.

— Пусть будет «Люба». Я вам звонить не буду, могу только прислать смс в особом случае. Если необходимо срочно встретиться, так и напишу: «Хочу увидеться». Вы мне сами звонить можете, только если находитесь в полной безопасности. Я возьму трубку, но первым не заговорю. Если работаете под контролем, сначала поздоровайтесь, если нет — сразу докладывайте по делу.

— Под контролем — это если я провалюсь?

— Да. Но в наши планы это не входит, вы для нас ценный источник. Поэтому прошу еще раз, максимум осторожности! Очень срочную, горящую информацию тоже можно передавать через смс.

— А если правда, — я чуть запнулся, — осечка?

— Если поймете, что раскрыты, тут же бросайте всё и бегите из штаба, — веско сказал Анатолий Анатольевич. — Только ни в коем случае не домой и не к родственникам или друзьям. Звоните мне и будьте в людном месте, где есть охрана: например, в гипермаркете или кинотеатре. Мы вас заберем.

— А дальше?

— Ну, из страны мы вас не вывезем, — впервые пошутил рыцарь плаща и кинжала в отставке. — Но отсидеться, пока страсти улягутся, сможете.

— Ясно. Вам еще один подарок от меня, — я полез в карман джинсов. — Вот ключи от обоих штабов. До половины третьего сделаете себе дубликаты?

Мне показалось, что глаза моего наставника на ниве разведки блеснули охотничьим азартом.

Почти сразу после вербовки опять позвонила Наталия. Я сбросил вызов. Через полминуты пришло смс: «Почему не отвечаешь?» Мне очень захотелось подробно написать, почему, но я вспомнил сумму своего будущего гонорара и удержался от глупостей. Следом пришло второе сообщение: «Что случилось??» Я ответил коротко: «Поздравляю с успешным выполнением задания». После этого сообщения полезли одно за другим.

«Думаешь, я сдала тебя ему?»

«Он сам залез ко мне в телефон, я не могла помешать».

«Он просил найти ему девочку. У меня с ним ничего не было».

«Он напился там, голый бегал по офису».

«Я была на кухне, когда они с подружкой трахались».

«Я телефон забыла в пуховике в прихожей».

«Я всё прибрала, за мной муж потом заехал».

И, наконец:

«Ты мне не веришь???»

Я стоял у парапета старинного каменного моста, где согласно традиции притормаживали свадебные процессии, а молодожены пили и били бокалы на счастье, и смотрел на свой новый телефон.

— Может, оно так. А может, и не так, — сказал я сам себе вслух. — Только права на ошибку не осталось.

Под мостом, на низах, причудливо изгибались улочки частного сектора, за моей спиной проносились машины. Мне померещились глаза Наталии, и я тряхнул головой, прогоняя наваждение.

Телефон снова брякнул, выдавая сообщение:

«Не бросай меня. Пожалуйста».

Я почувствовал, что вот-вот могу отказаться от своих планов, Анатолия Анатольевича и Василия Александровича, всех кандидатов, штабов и выборов. Было свежо и морозно, но мне словно не хватало воздуха.

Одним резким движением я выключил телефон.

При новом начальнике главный штаб зажил новой жизнью. Джигит Арам со своим верным железным конем переехал в