Не верь глазам своим - Нинель Лав

— Это кто такая? — шепчу.

Отец вздрогнул, телефон убрал, повернулся, нахмурился.

— Возьми деньги в столе и вали! Эта девчонка не для тебя! Тебе нужны постарше, посерьезнее, с жизненным, сексуальным опытом… грудастые и без предрассудков. А эта… пусть растет, подальше от тебя.

— Почему? Я тоже хочу чистую и неопытную, чтобы любила меня без памяти…

— А дальше? Ну, влюбится она в тебя, голову от любви потеряет, отдастся тебе охламону, а ты ее на следующий день бросишь — к своим опытным поскачешь, а девчонке сердце разобьешь и веры в людей лишишь. Нет, не отдам я тебе ее на растерзание — похоти твоей на забаву. Бери деньги и забудь о ней!

— Я что влюбиться не могу?

— Нет! Как там в кино говорили: «У тебя не сердце, а насос для перекачивания крови!» Ты любишь только себя! Глеб, я тебя, как сына, прошу — оставь девочку в покое! Рано ей еще в такого незрелого, безответственного мужика влюбляться!

— Значит, так ты обо мне думаешь?! Незрелый, безответственный эгоист! Поэтому и денег мне на бизнес не даешь?

— Дам я тебе денег и машину новую куплю — только отстань от девчонки!

А меня, как переклинило — ни денег, ни машины не надо — хочу, чтобы она в моих объятиях лежала, отдавалась мне, и шептала, что любит! Никто мне такого не шептал, а она будет… не из-за денег меня полюбит, отдастся мне, и сердце мое раненое залечит своей любовью!

Вот как я подумал, увидев впервые Иришку!

А на деле вышло все по-другому…

Целый месяц отца упрашивал сказать кто такая — не сдал. Потом случайно в его столе в офисе нашел фотку с номером телефона на обратной стороне, узнал кому принадлежит телефон, нашел адрес… с утра сел на против подъезда, выходит: куртка, кроссовки, хвост на макушке — даже не узнал поначалу — обыкновенная девчонка-студентка, шла, шла вдруг у газона присела, засмеялась, вскочила и побежала к метро… подошел к газону, посмотрел — цветочки желтенькие малюсенькие… и тут дошло — первые цветочки! она увидела и обрадовалась. На следующий день подкатил на «Мерсе», дверь открыл пассажирскую, кричу:

— Привет, красотка! Запрыгивай!

Все «запрыгивали», а эта… с таким презрением посмотрела, будто я на телеге подъехал, и дальше пошла. Неделю ее караулил, пытаясь подвезти — так и не села в машину. Пришлось следующую неделю до метро ее пешком провожать — хожу за ней и не знаю, как познакомиться, как пацан робею под ее презрительным взглядом — на снимке она совсем другая и перед цветочками другая, а со мной… Что со мной не так? Целую неделю напрасно ждал, а потом понял, что она к метро ходит другой дорогой и стал встречать ее у подъезда. После месяца безрезультатных провожаний, она сама подошла.

— Вы за мной не ходите, — тихо так, вежливо попросила. — У меня времени на несерьезные отношения нет!

— А на серьезные? — спрашиваю.

— Ну, вы же на мне не женитесь!

— Женюсь.

Она помолчала.

— Вы разве меня любите?

— Люблю! — что еще мог сказать. — Как увидел, так и влюбился.

— Вы меня обманываете! — улыбается. — Вы интересный, самостоятельный, деловой — вам в жены нужна красивая, независимая, богатая, а я другая — я вам в жены не подхожу.

Что мне оставалось делать?..

— Почему вы думаете, что я деловой и состоятельный — я простой водитель. «Мерс» не мой.

И тогда она на меня посмотрела, как на снимке — светло, радостно и улыбнулась… Еще месяц я за ней ходил: скромные цветочки дарил, в кафешки, в кино водил, потом поцеловались — так неумело и трогательно, что меня не страстью, а нежностью прошибло, захотелось ее на руки взять и нести, а еще через два месяца в любви признался и замуж позвал, отдалась мне до свадьбы… после нашего первого поцелуя я в ее любви просто купался — своей любовью она мои сердечные раны залечила…

Отец по заграницам мотался — контракты подписывал, вернулся и узнал про нас — никогда он на меня так не орал, как в тот раз, по роже нахлестал и заставил жениться… я и сам хотел жениться — влюбился (чего от себя и не ожидал), но попозже — хотел годок вместе пожить, а потом окольцеваться, но отец не разрешил.

— Я тебя просил ее не трогать! Не послушался — теперь женись! С порядочными девочками так не поступают! Признавайся ей в своем вранье — плохо, что ты вашу жизнь с обмана начал, и женись! Обидишь ее или огорчишь — пожалеешь!

Сгреб меня в охапку и поехали с невестой знакомиться.

Денег на свадьбу отвалил немерено — я настоял, чтобы платье в Алкином салоне купили — самое дорогое!..

Вроде, женился по любви — жена глаз с меня влюбленных не сводит, а я как вспомню Алкино предательство, со дна души такая муть поднимается — ведь не любил я ее, а предательство забыть не могу! Перед самым отъездом в свадебное путешествие она мне позвонила, пригласила поговорить, я пошел, а сам уже на взводе… Она меня встретила, поздравила, шампанское налила, а у самой глазки бегают — точно что-то задумала… в салоне никого — мы вдвоем… и камеры, обниматься полезла, целоваться… в кабинет меня потащила на диванчик… под камеры, шепчет: «Соскучилась»… мимо подсобки по коридору проходим, я дверь рванул, ее в подсобку толкнул, задрал подол и отжарил так, что она от боли визжала, а потом достал сто долларов, скомкал и вместе с использованным презиком ей в рот запихнул… бросил через плечо: «За секс уплачено» и ушел из салона… на душе полегчало, и я об Алке и ее предательстве тут же забыл — о том, что изменил жене совсем не подумал — одноразовый секс не измена… так я считал, а на следующий день мы с Иришкой улетели в свадебное путешествие — две недели вдвоем на островах…

Теперь я понимаю, почему отец так трепетно к Иришке относился — жениться заставил, измены мои прикрывал, чтобы ее не огорчать, защищал меня перед ней и заботился о ней, как настоящий отец…

А последний загул…

Только Верку к себе на место Ольги взял, а тут контракт выгодный, выпили расслабились, все разъехались, а я на диване придремал… проснулся от того, что меня кто-то целует… с языком, Верка сидит на мне верхом, кофта