Архэ - Екатерина Витальевна Белецкая

Фэб тяжело вздохнул.

— Это я понимаю, но речь идет о конкретно этой паре… — неуверенно начал он, но замолчав, заметив осуждающий взгляд Ита. — Хорошо, уговорили. Умеете вы уговорить.

— Но как это сделать технически, когда от органов ничего не осталось? — спросил Эрл. — Да еще и система кровообращения перекроена от и до…

— Технически это как раз осуществимо, — вздохнул Фэб. — Я тоже про это думал. Сложно, да, но осуществимо. И органы воссоздать тоже есть из чего, там остались какие-то группы клеток, уже смотрел. Несколько сотен всего лишь у каждого, но материал для воссоздания органов и части сосудов, которые тоже удалили, есть. Оперировать придется в три этапа — сперва восстановить сосудистую сетку, по крупным, потом откорректировать по мелким, потом непосредственно пересадка. Точнее, подсадка. Крупные можно завести на имитацию органа, чтобы минимизировать потом то, что будет делаться. Да и орган компенсируется сразу…

— Фэб, ты язва, — сообщил Скрипач. — Нет, вы на него посмотрите, а?! Нам он втирал про этику и вопросики, а сам в это время уже и тактику продумал. От и до, небось, я прав?

Фэб с укором посмотрел на Скрипача. Скрипач скорчил рожу. Фэб только и смог, что покачать осуждающе головой.

— Да, продумал, — ответил он. — Потому что, как ты понимаешь, я подобные вещи продумываю всегда. Вне зависимости от того, кто является в данный момент пациентом. Но здесь, рыжий — и ты это прекрасно понимаешь — ситуация сложнее в разы, причем по всем параметрам. Да, вы настояли на решении. Мое мнение вы тоже услышали — я рекомендую не пороть горячку, а выждать, и разобраться. Кроме того, вы оба можете открыть считки, и посмотреть еще материалы по теме.

— Открывали уже, спасибо, — Ит посмотрел на Фэба так, что тому стало не по себе. — Второй раз я лично это открывать не хочу…

— Я тоже, — вставил Скрипач.

— Да, в том, что тема для них была крайне неприятной — это факт, — продолжил Ит. — Но сделай, пожалуйста, поправку на события, окружение, обстоятельства этого всего. Ты говорил о травмирующей ситуации? А там вообще не травмирующих много было? Фэб, я понимаю, тебе меня не жалко, но ты хоть их один-единственный раз пожалей!

— Ты о чем вообще? — ничего не понимая, спросил Фэб.

— Ты знаешь, о чем, — отмахнулся Ит. — Ладно, тут люди, не надо. Но ты всё понял. Так вот, речь сейчас о том, что мы пытаемся им вернуть максимально всё то, чего они были лишены. Насильно. Так давай вернем! Они, думаю, потом сами разберутся, ведь так?

— Фэб, я тебе сочувствую, — вдруг сказал Эрл. — У тебя семья состоит целиком и полностью из шантажистов. И это мы еще девушек не слышали. Могу только догадаться, что они бы сказали.

— Не напоминай, — попросил Фэб. — Эрл, вы дежурить, Пол, вы тоже… мы вернемся вечером, потому что надо будет начинать замену сред, и это лучше со мной. Кир?

— А чего сразу — Кир? Мы втроем в Саприи, — сообщил тот. — Потом домой, спать. Рыжий, Саб, пошли. Ит, с нами не хочешь?

— Чего? Нет, я в следующий раз, — отозвался тот. — Тоже вечером сюда, поэтому отоспаться надо.

Когда троица ушла, Фэб подошел к Иту, взял за плечи, и развернул к себе.

— И что это было такое? — спросил он с упреком.

— Слушай, не делай вид, что не понял, — Ит дернул плечом, освобождаясь. — В то, что тебе якобы мешают нитки, которых давным-давно нет, я в жизни не поверю. Давай, рассказывай.

— Господи… родной, ты про то, что я с тобой не…

— И это тоже. Но не только это. Ты от меня бегаешь, и ты меня игнорируешь. Глаза мешают? А что, поз, при которых глаз не видно, не существует? Или дело в другом? Ты говорил с Торком, и не один раз. Может быть, причина в этом? — спросил Ит.

Фэб покачал головой. Отошел в сторонку, присел на лавочку, которая при его приближении выпала из стены.

— По большей части в этом, — признался он. — Ты прав на самом деле. Он… он умеет быть убедительным. Мне порой кажется, что я ему почти поверил. Почти. Но…

— Так, вот чего, — Ит подошел, сел рядом. — Во-первых, никуда ты вечером не полетишь. То есть полетишь, но не вечером, а днем, и не сюда, а куда-нибудь со мной. Не знаю, куда. Нет, пить мы ничего не будем, если ты об этом. Сам знаешь, в трезвом виде всё гораздо интереснее.

Фэб слабо улыбнулся. Покаянно опустил голову.

— Прости меня, пожалуйста, — попросил он. — Я испугался слегка, а ты невесть что думаешь, как выясняется. И за то, что бегал от тебя, прости. Видимо, ты тогда был прав, всё это для меня немного слишком.

— Ну хоть для Берты не слишком, — усмехнулся Ит. — Подожди меня, я к ребятам зайду, предупрежу, что всё переносим на завтра.

— Днём. Завтра днём, — попросил Фэб. — И скажи им, чтобы поставили на синтез промежуточные среды, Эрл знает…

— Опять о работе. Раз знает, сам и поставит, — отрезал Ит. Зашел в зал, вышел минут через пять — Фэб сидел, и ждал его.

— Ты боялся, что я уйду? — спросил вдруг Фэб. Неожиданно для себя спросил, просто увидел, какое выражение было на лице Ита, когда тот вышел. Страх, уже зарождающаяся обида — и смывающая это всё волна облегчения. Просто потому что он, Фэб, остался сидеть на лавочке. — Да скорее земля налетит на небесную ось, чем я от тебя куда-то теперь уйду.

— Понабрался на Терре-ноль выражансов, — с напускной серьезностью проворчал Ит. — Не хочешь, кстати, в Саприи снять на сутки что-то этакое?

— Не хочу, — отрицательно покачал головой Фэб. — На этой планете