Архэ - Екатерина Витальевна Белецкая

— И детская, — добавил Кир. — Давай большую гостевую им тогда? Только куда библиотеку из нее перенести — вопрос.

— Библиотеку можно по своим комнатам, — предложил Фэб. — Просто эти три, хоть они и свободны… не хочется.

— Это было бы слишком иронично, — хмыкнул Кир. — Даже для меня. Собственно, время еще полно, растащим книги потихоньку, переделаем кое-что… и чего вы так все любите бумажные книги? — спросил он вдруг. — Нет, конечно, приятно порой взять томик в руки, но места они занимают огромное количество.

— Память, — улыбнулся Фэб. — И Бертина, и наша. Там, например, есть томик Данте, который мы читали с Бертой в ту ночь, когда нас арестовали. Я потом с большим трудом его вызволил, как ты помнишь. Для меня это не просто томик. Это маленький город, снегопад, зима, заснеженная рябина за окном, Берта, и её руки, и ожидание, и… она думала, что я уснул, и с полчаса, наверное, гладила меня по руке. Понимаешь? И почти с каждой книгой что-то связано. Что-то такое, что не может перестать быть важным. Жаль книги, которые остались в доме на Орине. Надеюсь, гений на них не посягнет и не сожжет в отместку. Наверное, зря мы сожгли его вещи.

— Думаю, не тронет, они ему не нужны. Вообще да, ты прав. Мелкая и глупая месть получилась, зря мы это сделали. То есть книги, получается, это для тебя именно память? — уточнил Кир.

— Не только. Материальное подтверждение своего существования в какой-то момент, — добавил Фэб. — Странно звучит, да?

— Есть немного. А теперь пошли ложиться, иначе снова проспим, и опять припрется этот усатый будильник, будь он неладен.

Да, Шилд давно уже взял на себя обязательство будить всех проспавших, а получить лишний раз по щеке когтями не хотелось никому.

— Сколько у нас котов было, ни один так себя не вёл, — подтвердил Фэб. — Как Эри умудрилась его добыть? У меня на Берегу, насколько я помню, был некрупный и очень добрый серенький сип, который никогда себе такого не позволял. Максимум, на плече катался.

— У меня тоже был сип, только полосатый, — усмехнулся Кир. — Получается, мы с тобой товарищи в достаточной степени мирные. В отличии от внешне безобидной Эри. Знаешь, мне очень интересно, что получится, когда Шилд познакомиться с этими двумя. Я ничего плохого не имеют в виду, но солнце, как ты знаешь, большой любитель поспать, и, как мне кажется, предшественник тоже будет обладать этой супер-способностью.

— Лин, — поправил Фэб. — Хватит уже. Давай лучше по именам. И, да, судя по считкам, поспать он очень даже любил.

— Значит, еще один кандидат на когтями по роже, — заключил Кир.

— Если мы дождемся этого светлого момента, я буду очень рад. Всё, спокойной ночи. Шесть часов спать осталось.

Глава 14 Добрые вести

14

Добрые вести

Маден вышла на связь в последнюю зимнюю неделю, и это оказалось невероятно своевременно, потому что Фэб от усталости и нервотрепки едва не совершил большую ошибку. Причем настолько серьезную, что из-за этой ошибки можно было бы угробить всю операцию, и не только. Опомнился он почти вовремя, собственно, на нужную мысль его как раз и натолкнул сеанс связи с дочерью.

По трансивер-каналу о деле, разумеется, ничего не говорили, хотя, конечно, Маден уже была в курсе, что оба младших отца живы и здравствуют. О ситуации она имела представление весьма опосредованное, но приглашение Фэба приняла, почувствовав, что тот проявляет некую, не очень ей понятную, настойчивость. Договорились, что Маден попробует прорваться к ним в первую декаду весны, причем прибудет она не одна, а с обоими мужьями. И, конечно, крайне желательно, чтобы об этом визите ничего не узнал Торк.

— С этим сейчас очень сложно, но мы постараемся справиться, — пообещала Маден. — Пап, в конце концов, я имею право навестить могилы, так?

— Да, имеешь, — кивнул Фэб. — И могилы, и покойников. Но ты пойми, твое присутствие тут нужно… эммм… в несколько ином качестве. Ненадолго, буквально на пару дней!

— Ну если ты так просишь, я очень постараюсь, — обтекаемо ответила дочь. — Привезу туда что-нибудь памятное. Колокольчик там, ленточку…

— Лучше не надо, — попросил Фэб, памятуя о Скрипаче и его нелюбви к подобным украшениям. — Лучше просто сама прилетай.

— Договорились.

* * *

План отрабатывали уже полным ходом, и даже сделали пару пристрелочных операций, разумеется, самый минимум — посмотреть, правильно ли просчитан ответ. Ответ получался адекватный, согласно плану. Однако Фэб решительно притормозил энтузиастов, рвавшихся в бой — мол, сделаем это, потом это, потом то. Во время очередного совещания он решительно заявил, что пока следует оставить в работе только терапию и постепенный подъем показателей, но не более. Даже сердца запускать не следует. Пусть пока так полежат. Его речь вызвала глубочайшее удивление у присутствующих, и все, разумеется, потребовали объяснений. Что происходит? Ты чего-то боишься? Чего именно?

— Дождемся Маден, — сказал в ответ на общий недоуменный вопрос Фэб. — Есть еще один момент, про который я не хотел говорить до времени.

— Может быть, все-таки стоит ввести нас в курс дела? — Эрл, конечно, был этими всеми тайнами и загадками недоволен. — Фэб, это несерьезно. Или, наоборот, это серьезно, но…

— Вообще, да, — поддержал его Кир. — Не темни, колись, давай. В чем дело?

— Сэфес, — одним словом ответил Фэб. — Да, я был Встречающим. Но уже очень давно. Я… не понимаю, что вижу.

— В смысле? — напрягся Эрл. — Ты вообще о чём?

— Эта пара уже длительный срок на момент смерти, или, точнее, консервации, не работала, — начал объяснять Фэб. — Поэтому она не может иметь привязки к участку Сети. Он еще при их жизни перешел к другим экипажам. Но при этом у них не может не остаться высокой толерантности к Сети в целом, и не может не остаться реакций, которые свойственны…

— Контролю? — нахмурился Саб.

— Верно.

— Погоди, — Кир потер переносицу. — То есть ты хочешь сказать, что они, очнувшись, вполне могут долбануть, не думая, по тому участку, в котором мы сейчас