Чарли Бон и Алый рыцарь - Дженни Ниммо

   Властный голос директора заставил всех замолчать.

   Миссис Тилпин смотрела в мутный бассейн, Манфред тихонько постукивал по паркету мокрым ботинком, а Иезекииль обиженно нахохлился, завернувшись в мокрый шерстяной плед.

   — Но ведь по сути ничего не изменилось и ничего страшного не произошло, — нарушила молчание Миссис Тилпин. Ее тон был таким вкрадчивым и коварным, что остальные посмотрели на нее с удивлением.

   — Скоро здесь появится чародей Харкен. Его люди уже в городе, с каждым днем их становится все больше. Так что вы сможете сохранить свою драгоценную школу, никто ее у вас не отнимет.

   Она раскинула руки и, пристукивая каблуками, закружилась в лихом танце вокруг бассейна, ее длинная, сверкающая блестками черная юбка развевалась как парус на ветру, задевая грязную воду и вызывая рябь на ее поверхности.

   — И тогда от Чарли Бона, Билли Грифа, Лизандра Веда и его драгоценных духов предков останутся одни воспоминания, — пропела она.

   — А что останется от Алого рыцаря?  — язвительно спросил у нее Манфред.

   — Алый рыцарь, — повторила, как попугай, Миссис Тилпин, и ей внезапно расхотелось танцевать.

ГЛАВА  15

ТУМАН!

   Билли Гриф спал теперь на ворохе прелой колючей соломы, а светильником ему служила тонкая свеча, которая всегда догорала до наступления ночи.

   Хотя маленький пленник вряд ли знал, когда заканчивалась ночь, и наступало утро, ведь в его промозглой, сырой камере отсутствовали окна. Зато у него был Рембрандт, с которым можно поговорить. К счастью, Графиня не выполнила свою угрозу убить крысу, полагая, что она все равно умрет, если Билли не поделится с ней своей скудной порцией черного хлеба.

   Но Рембрандт не умер, а напротив, процветал. Он нашел себе подружку: маленькую коричневую зеленоглазую крысу по имени Глория, очень красивую и заботливую. Будучи в два раза меньше Рембрандта, она легко пролезала через крошечную дыру в камере Билли и приносила Рембрандту вкуснейшие деликатесы из кухонного помойного ведра.

   Поэтому питомец Билли вполне обходился без пайки черного сухого хлеба, и вместо того, чтобы умереть от истощения, он становился все более упитанным и вальяжным.

   Граф Харкен и его жена были единственными людьми в замке Бэдлок, которые когда-либо видели грызунов до появления Рембрандта. Много лет назад они привезли с собой двух крыс (самца и самочку) из города Алого короля. Но те сразу же пропали, и Граф решил, что их съел один из прожорливых ненасытных слуг (хотя все они клялись, что никогда в глаза не видели крыс).

   На самом деле эта умная парочка прогрызла себе в горе  несколько глубоких нор, обустроила уютное гнездышко и обзавелась многочисленным потомством. Глория являлась их последней выжившей праправнучкой.

   Иногда Рембрандт с подружкой исчезали на целый день. Они терпеливо ждали, когда охранник Билли пойдет ужинать на кухню, а затем проскальзывали сквозь решетку камеры и по крутым каменным ступеням пробирались наверх во дворец.

   Рембрандт мог бесконечно рассказывать об их удивительных приключениях, и, в конце концов, Билли засыпал под его тоненький писк. Без этих историй, он бы вообще никогда не заснул.

   Подземную камеру охранял тролль по имени Большой палец, приземистое, уродливое существо с причудливым большим пальцем величиной с его ладонь. Он ненавидел всех и вся из мира Билли, особенно Чарли Бона, которому однажды удалось проскользнуть в Бэдлок и выбраться из него, не будучи пойманным. А еще Чарли умудрился спасти своего предка, гиганта Отуса Юбима, прямо из-под носа у Большого пальца.

   Билли отказался от помощи Чарли, когда тот предложил ему бежать. Маленький альбинос думал, что в Бэдлоке жизнь будет лучше. Здесь у него появился дом, много животных, пусть даже иллюзорных, с которыми можно было поговорить, и подруга Матильда. Как же он теперь сожалел об этом решении! Неделя в страшных подземельях замка сломила дух мальчика. Теперь он тосковал по дому не меньше, чем когда-то Рембрандт. Но Билли знал, что надежды на то, что Чарли во второй раз отправится его спасать, практически нет.

   — Билли! Билли!

   Тихий шепот не смог разбудить пленника, который погрузился в глубокий сон после очередной крысиной истории. Он крепко спал, прижавшись головой к мягкой спинке друга, а его очки аккуратно лежали на полу рядом с постелью из соломы.

   — Билли! Билли!

   На этот раз настойчивый голос прорвался сквозь сон мальчика. Он потянулся за очками, водрузил их на нос и сел. В комнате охранника за пределами его камеры мерцал слабый огонек свечи. Билли моргнул, всматриваясь в темноту. Свеча поднялась повыше, и он увидел лицо девушки, обрамленное длинными черными локонами.

   — Матильда? — прошептал узник.

   — Я сделаю дубликат ключа от твоей темницы, — она показала мальчику большой железный ключ, который обычно висел на шее омерзительного тролля.

   — Я дала твоему охраннику одно из сонных зелий моей бабушки. Мне удалось подмешать порошок в его кружку с элем, прежде чем слуга принес ее сюда. Так что я успею сделать слепок раньше, чем проснется Большой палец.

   — Матильда!  — окликнул ее Билли, когда девушка начала подниматься по ступенькам, — а почему ты не можешь выпустить меня прямо сейчас?

   Она оглянулась, и мальчик увидел в свете огонька свечи тень сожаления на ее лице:

   — Тебе некуда идти. Они сразу же разыщут тебя, и тогда все станет еще хуже. Давай дождемся прихода Чарли.

   Билли отчаянно вцепился в железные прутья своей камеры:

   — Ты думаешь, он вернется?!

   — Я сделаю для этого все возможное, — загадочно ответила она.

   Выйдя из подземелья, Матильда поднялась по длинной винтовой лестнице в маленькую комнату на самом верху дворца. Здесь ее ждал Дорго, который был слугой Билли до его ареста.

   Он жил в Бэдлоке задолго до вторжения туда чародея, превратившего их мир в страшное, бесплодное место. Во дворце находилось еще много существ, подобных Дорго. Все они являлись слугами разного рода и ранга, но при этом выглядели абсолютно одинаково: маленькие, коренастые с приветливыми веснушчатыми лицами, светлыми бровями и ресницами и обязательными шерстяными шапочками