Непростые решения - Михаил Француз

- Я просто честна с вами, Мистер Кент. И вы не выйдете живым из этого здания.

- Какое-то очень уж спорное утверждение, - нахмурился я. – Правда, очень настораживает ваша уверенность.

- Видимо, она имеет под собой основание, - сказала дамочка.

- Хм… не исключено, - продолжил я хмуриться. – Но, может быть, прежде чем мы начнём проверять его истинность, попробуем договориться мирно? – сказал и огляделся. Думаю, не стоит говорить, что с самого начала беседы из «контроля» я не выходил? И сейчас просто расширил область, которую контролирую, настолько, насколько смог. А мог я далеко.

И то, что я смог обнаружить, мне совсем не нравилось.

Первое: ниже, под помещениями этой базы, находится тактический ядерный заряд, мощности которого достаточно для испарения этой базы. И детонатор заряда активирован, настроен на эту Уоллер. На её пульс. А так же, имеется ряд дублирующих активаторов, которыми можно привести в действие заряд принудительно, до остановки пульса Уоллер.

Второе: в здании базы имеется криптонит. И в достаточно немалом количестве. Он есть в хранилище в виде обогащённой руды. Он есть в лабораториях, в качестве изучаемого материала. Он есть даже в некоторых образцах оружия. Причём, не только экспериментального: многие бойцы в здании вооружены подобным.

Не то, чтобы я испугался, хотя некий холодок по хребту пробежал, тут глупо отрицать, но я не хотел конфликта, как такового. Я вообще человек мирный. Конфликты меня напрягают. Они нарушают состояние моего внутреннего комфорта.

- Давайте попробуем, - кивнула дамочка. – Вы немедленно передаёте контроль над вашей спутниковой сетью нам. Затем сдаётесь сами. Вас проводят к месту заключения, где наши учёные будут тщательно изучать вашу мутацию, Мистер Кент.

- Вы неприятный человек, Мисс Уоллер. Вам это уже кто-то говорил? – поморщился я.

- Возможно, - ответила она. – Зато я человек эффективный, Мистер Кент.

- Упырь вы с суицидальными наклонностями, - вздохнул я. – Но может быть попробуем ещё раз? Я пришёл договариваться, а не воевать.

- Как с АНБ? – изогнула бровь дамочка.

- А чем плохой вариант? – взяв у стенки стул, поставил его перед столом спинкой вперёд, сел на него и сложил руки под подбородком на этой спинке. – Я помогаю им, они помогают мне. Все довольны. «Мир, дружба, жвачка».

- Вы используете их. Они ничего не могут сделать с вами, - по-своему интерпретировала мой ответ она. Боже! Как же я не люблю общаться с такими людьми! Непрошибаемо уверенные в собственной правоте, в том, что они умнее всех, что только их виденье мира правильное, и никак иначе, воспринимающие любую входящую информацию только через призму собственной непрошибаемости. То есть, слышащие только то, что хотят слышать, и пропускающие мимо ушей всё остальное.

Нет, всякий имеет право на существование. Такие твердолобые личности часто могут быть эффективными руководителями, сверхэффективными исполнителями, но Боже! Как я их всех терпеть не могу! Ещё с той, «прошлой» жизни.

Я сидел на стуле и смотрел на эту дамочку с жалостью. Может быть, это неправильно. Может быть это мне «яиц не хватает», а у неё они наоборот есть, но…

- Мисс Уоллер, вы счастливы? – вдруг спросил я, совершенно не в контексте предыдущего разговора.

- Что? – не поняла она.

- Вот вы счастливы? - повторил свой вопрос я.

- Не понимаю, что вы имеете в виду, Мистер Кент.

- Просто… вот вы активировали систему самоуничтожения базы. Не знаю, как, да это и не важно. Это читается по вашему поведению. Вы готовы сейчас умереть, только, чтобы убить меня. Не буду говорить о тех шести сотнях людей, которые ещё находятся в этом здании, о их женах, мужьях, детях, родителях – вам плевать на их жизни. Но вот здесь и сейчас, на пороге могилы, когда ваша собственная жизнь вот-вот оборвётся… вы счастливы? Можете ответить мне на этот вопрос?

- Хм, ты почему-то уверен, что выживешь, - прищурилась эта неприятная на лицо и на ощущение женщина. А я тяжело вздохнул. Бесполезно. Она слышит, но не слушает. Эта «броня» совершенно непробиваема. Грёбанные Пассионарии… Бесы поганые…

- Понятно всё с вами: одиночество, неудовлетворённость, садистические наклонности, мазохистическая тяга к саморазрушению/самопожертвованию, паталогическое упрямство… А вообще «Аргус»? Что это за организация? Чем занимается?

- К чему это вам, Мистер Кент?

- Любопытство, - пожал плечами. – Не более.

- «Аргус» занимается Мета-угрозами.

- Мета? – удивился я. – «Отдел-М» занимается «мета». К чему это дублирование?

- Это не дублирование, - ответила Уоллер. – «Отдел-М» расследует возможные появления новых «мета», занимается вычислением и вербовкой. «Аргус» занимается «Мета-угрозами». Мы не расследуем и не выявляем, мы останавливаем и предотвращаем.

- И что же, так уж много этих «угроз»? – скептически изогнул бровь я.

- Вам всей фантазии не хватит, чтобы представить их количество и разнообразие, Мистер Кент. И вы далеко не самая серьёзная или оригинальная из них.

- Ну например? – усмехнулся я.

- Маги и магические секты, демоны и демонические твари, пришельцы, вампиры, безумные ученые и продукты их опытов, фрики, мутанты, древние проклятия, бессмертные диктаторы, разумные негуманоиды, преступники с общественно-опасными сверхспособностями, древние тайные общества, боги языческие, боги греческие, всякая дрянь из христианского пантеона, техно-фрики, вторжения из параллельных Вселенных, хтонические монстры, подводные океанские жители… достаточно? Или ещё?

- Экхм, - как-то не был готов к подобному списку я. – Чё, реально?

- Более чем, Мистер Кент.

- А вы как? Международная организация или…

- «Или», Мистер Кент. «Аргус» работает в обеих Америках и в большей части Европы. Азия, Сибирь, Австралия и Океания… там у нас есть… конкуренты. Но в случае необходимости, мы находим пути сотрудничества.

- Вот оно как, - снова опустил подбородок на сложенные руки я задумчиво. Молчал достаточно долго. – И я для вас «Угроза»?

- Да, Мистер Кент.

- И никак иначе?

- Я уже озвучила условия сотрудничества, Мистер Кент.

- Дерьмово, Мисс Уоллер, - вздохнул я. – Мне как-то совсем не хочется конфликтовать с такой полезной организацией.

- Так не конфликтуйте, - пожала плечами она.

- Хм, а вот вы сами бы как на моём месте поступили?