Граф Рысев 4 - Алексей Игоревич Ильин

Ну и про то, что сегодня все отличившие получили заслуженные награды. В том числе, в нашем стаде баран… Простите, в дворянском обществе Сибири появился новоиспечённый барон, которому за выдающиеся заслуги перед Отечеством баронство и присвоил государь-император Кречет Пётр Алексеевич. Вместе с землей. Которую, правда, надо ещё отвоевать у разных нехороших личностей, но это уже такие несущественные детали, не так ли. В общем, прошу любить и жаловать, барон Константин Манулов.

Я вместе со всеми похлопал в ладоши. Молодец этот Манулов, ничего не скажешь. А вот, кстати, и он. Невысокий, темноволосый, глаза зелёные. Тоже из кошачьих и тоже чувствует здесь себя не слишком уютно. Но, тут понятно, манулы ещё большие индивидуалисты, чем рыси.

Держался парень вполне прилично. Если и нервничал, то вида не подавал. А князь тем временем представил гостям своего названного сына Александра Капибарова, и объявил бал открытым.

Я когда этого Сашу увидел, чуть не крякнул. Здоровый, мощный. Он вполне мог конкуренцию Медведеву составить. Почему-то я капибар по-другому себе представлял.

Тем временем, Манулов вывел в центр миниатюрную брюнетку, чем-то неуловимо мою Машу напоминающую. Готов побиться об заклад, что она из каких-то соколиных. Вскоре к ним присоединились другие танцующие пары. Ну, все политесы были соблюдены, можно и расслабиться. А ещё лучше потихоньку сбежать отсюда чуть попозже. Можно даже не прощаясь. Ну, а что, я художник, меня муза срочно к мольберту позвала.

Куницын немного подумал и тоже пошел танцевать, прихватив какую-то скучающую девчонку. Я же, навалившись спиной на колонну, вытащил пилку и провёл ею по ногтю.

— Полагаю, если бы по близости стоял стул, то ты бы его уже давно оккупировал. И сидел с таким же скучающим видом в окружении прекрасным женщин, — ко мне подошёл Медведев.

— Возможно. Хотя, в окружении прекрасных женщин очень сложно постоянно делать вид, что возвышенно скучаешь, — спокойно ответил я. — Им нужно уделять какое-то внимание. хотя бы скучать ещё более откровенно. А я не в настроении. Поэтому буду стоять здесь, отпугивая желающих приобщиться к возвышенной скуке своей пилкой.

— Пилкой? — Медведев хохотнул.

— А вы знаете, какая она острая? — я указал пилкой прямо на него. — Ей можно до смерти затыкать. Кстати, что вы здесь делаете?

— Дела, — Медведев прекратил смеяться, встал рядом со мной и принялся смотреть на танцующих. — Это вы молодые бездельники можете на балах отплясывать. А мне приходится даже здесь работать.

— Тогда, может быть, поясните, что натворил этот молодой Манулов, раз заслужил в столь юном возрасте такую приличную награду?

— Зачем тебе подробности? — снова усмехнулся Медведев.

— Мало ли, повторить подвиг захочу, чтобы от его величества милостей огрести, — я пожал плечами и принялся подпиливать ноготь, который слегка где-то зацепил.

— Вряд ли. — Ответил Медведев. — Впрочем, тайны в этом нет никакой. Манулов спас Сапсановых от полного уничтожения.

— Уже не в первый раз за сегодняшний вечер слышу эту фамилию, — я полюбовался ногтем и решил немного подправить, потому что мне не очень понравился получившийся результат.

— Граф Сапсанов был довольно влиятельным человеком. — Заметил Медведев.

— Я рад за него. Точнее, за его род, скорблю вместе с ним из-за потери столь влиятельного человека. Девчушка, которая с Мануловым танцует — Сапсанова?

— Дочь графа, — подтвердил Медведев, как-то странно усмехаясь.

— Я так и думал, что в ней есть что-то соколиное. — Я задумался. Убирать пилку, или пускай в руках остаётся. — Но, как-то это неправильно. Её отец ушёл, а она на балу отплясывает. Как-то это неправильно. — Повторил я.

— Держи, — Медведев не ответил на мой выпад и протянул визитку. — Здесь номер моего мобилета есть. Я слышал, ваш клан большую партию закупил.

— Полагаю, что мой номер вам уже известен? — спросил я, пряча визитку в карман.

— Служба у меня такая, Женя, — Медведев сделал шаг в сторону, а затем повернулся ко мне. — Если намереваешься сбежать, лучше оставь эту мысль.

— Почему? — я пристально посмотрел на него.

— Сдаётся мне, что наследников сюда не просто так пригласили. Правда, ещё ничего не решено. Но, в твоих же интересах подождать. — Он окинул взглядом мой белый костюм и шёлковый шарф. — М-да.

Он отошёл, оставив меня в лёгком раздражении. И сам не сказал ничего конкретного, только тумана нагнал.

Танец в этот момент закончился. Манулов подвёл девушку к какой-то женщине и практически сразу отошёл. Что характерно, подошёл он к соседней колонне, и оперся на неё спиной, оглядывая зал. Ну что же, возможно он что-то знает? Всё-таки его награждению было отведено целых три минуты из общего выступления Тигрова.

Конечно, по-хорошему, следовало дождаться, чтобы нас кто-то представил друг другу. С другой стороны, мы не девушки, чтобы полностью придерживаться правил. К тому же, я художник. А у парня очень выразительное лицо. Вполне возможно, что даже когда-нибудь его нарисую. И я решительно направился к нему, так и не убрав пилку.

— Добрый вечер, — я остановился возле него, слегка наклонив голову. — Граф Евгений Рысев.

— Очень приятно… — надо сказать, что сейчас он немного растерялся.

— Маленький совет, разрешите? — он медленно кивнул, явно не понимая, какие изнаночные твари меня сюда притащили. — Не следует делать вид, что стоите в засаде, выслеживая добычу. В большинстве случаев, это вызывает у людей любопытство и острое желание убедиться, что выслеживают всё-таки кого-то другого.

— Правда? С чего вы взяли?

— Я наблюдательный. К тому же не мог пройти мимо ещё одного кота. Нам-то делить здесь нечего, тем более, что сейчас мы находимся на территории кота гораздо крупнее и опаснее, чем мы вместе взятые. — Я усмехнулся. — Этакая мужская солидарность, если хотите.

— И как же нужно стоять, чтобы тебя никто не трогал?

— Нужно показать, как тебе невыносимо скучно. Мало кому придёт в голову нарушить столь интимное состояние, как скука. — Ответил я, не скрывая иронии.

— Поверю на слово, — парень улыбнулся кончиками губ, а затем протянул руку. — Константин Манулов.

Глава 21

Пожав руку Манулову, я спрятал, наконец, пилку в карман. Он проследил за моими