Афоризмы Старого Китая - Козьма Прутков

Сунь Баоэнь: «Боюсь, порой мы и вправду не можем себя сдержать».

Чжан Чжупо: «Первая фраза в этом суждении помогает нам хранить благочестие, а вторая помогает хранить добродетель».

Чжан Юйань: «Она не только позволяет сберечь добродетель, но и дает возможность избежать беды».

Гу Тяньши: «В наши дни есть писатели, которые употребляют свой талант только на сочинение панегириков. Наш автор не догадывается об обстоятельствах, которые побуждают их к этому. Сердцем он пребывает в обществе возвышенных мужей эпох Тан и Сун».

Лу Юньши: «В старину на писчих кистях писали: „Любезная кисточка, ты можешь выйти невредимой из воды, но можешь погибнуть, когда начнешь писать“. Конечно, есть панегирики, в которых можно разглядеть критические выпады, но было бы лучше вовсе не изливать их на бумаге».

111

Страстный человек обязательно любит женщин, но любитель женщин не обязательно страстный человек. У красивой женщины обязательно несчастливая судьба, но женщина, у которой много несчастий в жизни, не обязательно красива. Талантливый поэт всегда любит вино, но любитель выпить не обязательно талантливый поэт.

Чжан Чжупо: «Следовало бы отличать любовную страсть от настоящей любви. Несчастья могут быть следствием необычайной красоты, но могут быть и не связаны с нею. Часто это бывает только судьба».

Хун Цюши: «На свете есть поэты, которые не любят пить».

112

Цветы сливы делают нас возвышенными духом, орхидеи погружают в глубокую задумчивость, хризантемы возвращают к жизни дикой природы, лотос побуждает отрешиться от чувственных удовольствий, вишневый цвет вселяет в душу ликование, пион пробуждает дремлющие силы, банан и бамбук настраивают на поэтический лад, цветы бегонии делают игривыми, сосна отвращает от мирской суеты, тунговое дерево очищает нашу душу, а ива вселяет в сердце волнение.

Чжан Чжупо: «Красавица придает всем цветам их аромат. Возвышенный муж побуждает все цветы раскачиваться, словно они танцуют».

Ю Цзиньюн: «Ибо у каждого цветка есть свой талант и своя красота».

У Баоцзя: «А книга „Прозрачные тени снов“ пробуждает в читателе желание петь».

113

Вещи, более всего способные тронуть наше сердце: на небе – луна, среди музыкальных инструментов – цитра, среди живых существ – кукушка, среди растений – ива.

Ван Бицао: «Когда под ивой играешь на цитре при луне, а издалека доносится голос кукушки, тогда все переживания жизни сходятся в одном чувстве».

114

Начитанность хотя и не приносит в жизни выгод, а все же лучше невежества.

Возвышенность духа заслуживает восхищения, но она не должна означать незнания жизни как она есть.

Чжан Чжупо: «Можно не соглашаться с тенденциями времени, но можно ли не понимать, чего требует время?»

Ю Хуэйань: «Прекрасные слова! Прекрасные слова!»

115

Настоящая красавица лицом подобна цветку, голосом – птичьему пению, духом – прохладной луне, станом – гибкой иве, ее кости – что белая яшма, кожа – как свежий снег, она выступает, словно речка струится, а сердце ее – вдохновенная песнь. Перед такой я не могу не склониться.

Хуан Цзяосань: «Чтобы сердце красавицы уподобляли вдохновенной песне – я такого еще не слыхивал».

116

Мухи садятся на человеческое лицо, комары терзают человеческую плоть. За кого же они принимают человека?

Чэнь Канчжоу: «Они – как бродячие монахи, которые только просят милостыню».

Монах Цзюньжэнь: «Что они думают о человеке – это секрет».

Чжан Чжупо: «Вот чему учил Чжуан-цзы»[311].

Ю Хуэйань: «Они думают просто: вот вкусная плоть и кровь, которые будут для нас прекрасным угощением. Быть может, мы даже пахнем для них как лучшая баранина!»

Лу Юньши: «Вокруг нас собираются существа, которые ведут себя как кровососы, хотя они и не комары. Хотя они выглядят точь-в-точь как люди, но сосут нашу кровь, словно комары. За кого же они нас принимают?»

117

Есть люди, живущие уединенно среди красот гор и вод и не понимающие прелестей своей жизни. Таковы рыбаки, дровосеки, крестьяне, монахи буддийские и даосские. И есть люди, владеющие садами, павильонами и красивыми женщинами и не умеющие пользоваться прелестями того, чем обладают. Таковы богатые купцы и знатные вельможи.

Младший брат Мушань: «Есть люди, которым попадаются самородки с гор и жемчужины со дна моря, а они не могут ими воспользоваться, – таковы повара. Есть люди, которые имеют книги с застежками из слоновой кости, а они не могут их прочитать, – таковы книжные торговцы.

118

Любой цвет может быть слишком ярким и слишком тусклым. Только черное и белое не могут быть чересчур яркими.

Ду Чацунь: «Неужели ты не слышал, что во времена Таиской династии жил человек по имени Ли Тайбо?»[312]

Цзян Ханьчжэн: «И разве не слышал слова: „Темное и еще более темное“?»[313]

Ю Хуэйань: «Об этой истине давно известно. Вот и Лао-цзы сказал: „Знай свое белое, храни свое черное“»[314].

119

Когда, читая «Речные заводи», доходишь до рассказа о том, как Луда побеждает Чжэньгуаньси или как У Сун раздирает тигра голыми руками, невольно радуешься.

Если человеку доводится пережить такие минуты радости, можно считать, что он прожил свою жизнь не напрасно. А если он не переживал ничего подобного, он может написать прекрасную книгу.

Чжан Чжупо: «Такие мгновения радости могут прийти только нечаянно. Нельзя пережить их нарочно».

Младший брат Мушань: «Если бы старший брат мог убить Чжуншаньского волка[315], он бы пережил такую чистую радость».

120

Весенний ветер подобен вину, летний ветер подобен чаю, осенний ветер подобен дыму, а зимний ветер – все равно что горчица.

Чжан Чжупо: «Как бы сделать так, чтобы к нам каждую ночь прилетал восточный[316] ветер?»

121

Решетки на окнах должны быть изящными. Это значит, что они должны быть тонкими, а не толстыми. Грубо исполненный узор на окнах отвратителен.

Цзян Ханьчжэн: «Узор должен быть таким, как на фарфоре сунского времени».

122

Среди певчих птиц всех приятнее поет серый дрозд, после него идут иволга и черный дрозд. Однако же иволгу и черного дрозда нельзя держать в клетке. Видно, у них душа возвышенного мужа: их можно слушать, но нельзя заставить служить.

Лу Юньши: «В одном стихотворении говорится: „Иволга уже привыкла к нам, и, когда она улетает, она кричит четыре-пять раз“. Из