Крик - Антонов Виктор Акимович

– Вы как с банком работали? Я смотрю по документам, у вас система работы с банком – банк-клиент.

– Да, банк-клиент. У нас ведь свой банк, так удобнее.

– А ключ у кого от системы?

– В ЦБК.

– Так вы можете самостоятельно проплатить без их ведома?

– Нет, не могу, ключ ведь у них.

Они переглянулись с экспертом. И эксперт спросил:

– Вы сейчас можете сказать, сколько денег у вас на счете? Хотя бы приблизительно?

– Конечно, нет. Я должна обратиться в ЦБК и только тогда, если они мне скажут.

– А они могут и не сказать?

– Могут и не сказать. Какую команду даст руководство.

– Вероника Николаевна, вы не устали? Давайте сделаем перерыв. Не возражаете?

Я не курю, но тут, чтобы не нервничать захватила с собой сигареты и пошла в коридор. А Новиков выдернул из компьютера мои показания и пошел по коридору. Я так поняла – доложить начальству.

Я стояла в небольшом закутке в коридоре, затягивалась сигаретой, поглядывала в окно и все думала, правильно ли даю показания. Ведь достаточно посмотреть на мое штатное расписание и ясно, что такую гору договоров на миллиарды рублей и долларов обработать своими силами невозможно. А цена на нефть, на горюче-смазочные? Шнырь говорил – из «Ведомостей» узнала. Ну, после таких показаний сразу в психушку или Тишину. Вот вешала я лапшу по поводу моего поступления – там все реально. И у Новикова никаких вопросов. Вижу, идет по коридору Новиков. Увидев меня, открыл дверь.

– Передохнули немного?

– Передохнула.

– Вы если устали, сами говорите об этом, и мы сразу объявим перерыв. Ну, готовы?

Я кивнула головой.

– Расскажите, пожалуйста, как у вас проводились тендеры на покупку нефти.

– Тендеры проводила ООО «БРОКЕР-Ю». Они назначали день, время, оповещали заинтересованных лиц.

– Вы принимали участие лично в тендерах, или кто-нибудь от вашей фирмы по доверенности?

И опять врать. Ведь нетрудно проверить. Допросив тех, кто проводил тендер. И опять будешь дурой выглядеть.

– Я не принимала участия в тендерах.

– Но на документах о проведении тендера стоит ваша подпись.

– Эту подпись я ставила уже после того, как мне приносили все документы по тендеру. Иногда я подписывала чистые бланки, а потом мне приносили все заполненные документы. Так у нас было заведено.

– Вы всегда выигрывали тендер?

– Нет, не всегда. Но это не имело никакого значения. Все заранее было решено. Надо же было иногда и проигрывать.

– А вы знаете, где проводились тендеры и людей которые их проводили?

– Конечно, знаю, они же приносили документы, мы с ними общались. Проводились тендеры на Чкаловской.

И тут я вспомнила, что Светка меня умоляла показать, что я с ней присутствовала на тендере. Она, когда давала показания, сообщила, что она лично присутствовала на Чкаловской. Просто умоляла. Она сказала – один раз с тобой, а второй раз – с Алькой.

– Хотя знаете, я упустила, ну как-то забыла сказать, что я все-таки однажды присутствовала на тендере. Было это в июне. Прибежала ко мне Звонцова Светлана и говорит – едем со мной на тендер, у тебя же тоже фирма обозначена. Мы на ее машине подъехали к Чкаловской. Там пропускная система, но на нас уже были заказаны пропуска. Мы вошли в зал и сели с ней в зале сзади. Поскольку по моему предложению я все знала заранее, я не слушала, что там происходит. А Звонцова там активно действовала. Потом мне принесли подписать бумаги. Ну и все.

– А Звонцова выиграла тендер?

– Я даже внимания не обратила. Это были ее заботы.

Смотрю на него, верит, не верит. Но он даже и ухом не повел, ни бровью, ни ухом. Пробил по клавишам и все.

– А вы генерального директора ООО «Брокер-Ю» лично знали?

– Не знала, от них приходила всегда женщина, я даже ее фамилию не знаю.

Новиков закончил на компьютере, вытащил текст протокола и опять побежал из кабинета. Я уже понимала, что побежал советоваться со старшими. Прибежал, опять довольный, дал мне прочитать протокол. Я расписалась.

– Ну, Вероника Николаевна, на сегодня все. Я вас вызову теперь через три дня. Я вам позвоню домой, не возражаете? Потому что у нас тут выписать повестку это целая проблема. Столько надо начальства обежать. У нас в деревне, как тут нас называют, ведь я не москвич, нас собрали в бригаду со всей России. Так вот, в нашей деревне все гораздо проще. Все под боком. Отдыхайте – у вас ведь по-моему отпуск не закончился. Кстати вы не знаете, когда из отпуска вернется Астахова? Она нам тоже очень нужна. Пусть приезжает, но мы ее не торопим.

6

Выйдя из проходной в переулок, я позвонила отцу, чтобы он приготовил покушать. И не торопясь пошла к метро. Стало как-то легче дышать. Если они вызовут меня через три дня, значит, вопрос о моем аресте не стоит. Боже до чего приятно вот так просто идти и знать, что у тебя есть еще несколько свободных дней. А может и правда их интересует только, как работала фирма? Ее чисто структурные связи. Он ни разу конкретно не спросил меня по договорам. Мол, по этому договору – куда ушли деньги? Был ли исполнен договор и прочее. Почему цена нефти по договору такая-то, из чего вы исходили, назначая цену? На Бауманской, как всегда в этот час, было полно народу. Я в потоке спустилась вниз. И даже не возмущалась, как раньше, толкучкой и неудобствами. Это же так замечательно – идти в толпе и иногда потолкаться.

Когда вошла в квартиру, отец как всегда меня ждал, и сразу же побежал накрывать на стол. Сел вместе со мной и кивком головы показывает на бар.

– Давай, – говорю. – Наливай. Перерыв объявили на три дня.

– Три дня. Так это же здорово. Плохо, что на улице слякоть. Можно было бы куда-нибудь съездить. Ты же еще в отпуске, или как?

И тут я вспомнила, что я забыла про ЦБК, ни разу не звонила Федоровне. Не спрашивала, как идут дела. И вообще забыла, что надо и поработать слегка. И мне никто не звонил. Наверное, со страху. Позвонишь, а в ответ: «Извините, она в КПЗ, или Тишине»

Покушали, и я решила позвонить Альке, теперь ее время. Звонить Альке натощак было накладно для здоровья. Сразу по телефону крик:

– Подруга рада, что ты все еще на свободе. Рассказывай.

– Ну, сегодня все тот же скучный и монотонный допрос о том, как работала фирма. Какова структура фирмы. Ну как работаем, так я и показала. Потому что городить чушь, о которой нас учили на Кипре просто глупо и тупо. Ведь все легко проверяется. И еще, на мой взгляд, одна знаковая вещь. Они сделали перерыв на три дня.

– Почему?

– Не знаю, не знаю. У них какие-то дела. И вот что еще. Новиков мне сказал, что когда и во сколько прийти он сообщит по телефону. Говорит, повестки слишком сложно у них оформлять.

– Как по телефону?

– Ну как, позвонит и все. Слушай, Алька, как там твой дедуктивный метод? Что он на этот счет говорит?

Алька задумалась, а потом говорит:

– Ладно, я еще покумекаю, а теперь слушай наши новости. Когда я доложила Чайке по какой причине ты отлупила Шныря, она ужасно возмутилась, конечно, на Шныря. Вызвала Деревянченко и кричит на него: «Ты