Пиромант. Том 3 - Зигмунд Крафт

class="p1">Двадцать третье имбаэка — считай половина первого месяца весны прошла. Нетарн приехала меньше, чем неделю назад, а казалось, что гораздо раньше. За эти дни она договорилась об аренде кузницы, куда доставляла меня тайно на «занятия». Как в сказке про Бабу Ягу она тупо запихивала меня в печь и нагоняла жа́ру, заставляла манипулировать расплавленным металлом, создавая заготовки под мечи, топоры, алебарды и не только. Наконечники стрел в итоге вылетали почти готовыми из моих рук. Ванна из раскалённого металла — как вам такое?

Я пытался жаловаться Элерису, но он со скепсисом относился к моим словам. Не знаю, что ему наплела эта девица, но в итоге ничего не изменилось. Доходило до абсурда — она просто хватала за руки и предупреждала, что запихнёт в раскалённую печь и мне стоит подготовиться. Лишь один раз Рэй вырубил её, после чего Нетарн почти постоянно ходила в кинетике.

Не сказать, что Анрис была уж совсем жестока, скорее фанатична в своей уверенности. И ведь была права по итогу — раскалённая руда подчинялась мне так же легко, как и огонь. Вот только это никак не меняло то, что заниматься подобным я не собирался и выполнял её указания как можно более прилежно только для того, чтобы поскорее перейти к чему-то следующему.

С нетерпением ждал этого момента.

Даже медитации в храме помогали слабо, ведь сразу после на входе перехватывала Нетарн и тащила заниматься. С парнями удавалось видеться только утром, чем они занимались всё остальное время — не имел ни малейшего представления.

Когда в очередной раз собрался на утреннюю тренировку, Алиат напомнила, что сегодня большой праздник — день весны.

— В смысле? — не понял я. — Он же двадцать третьего имбаэлка!

— А сегодня какое, солнышко? — задорно рассмеялась она и вскочила с кровати, чтобы подбежать ко мне и обнять. — У тебя будет насыщенный день и никаких занятий! Даже противной аранки! Разве ты не рад?

Наверное, мне стоило порадоваться, если бы не удивление. Настолько погряз в учёбе, что забыл про реальность, которая текла своим чередом. Если бы не сплетни любовницы, что слушал вполуха, то вообще ничего бы не знал.

— Ты же вчера вечером мне говорила, — вспомнил я, ощущая себя полным идиотом. — Напомни, что от меня то требуется?

— Свободен до одиннадцати, это время парада, — шептала она, обхватив меня руками и прижимаясь голым телом боку. — Ты будешь шествовать вместе с отцом во главе колонны к Главному Храму Кореллона для совершения церемониального молебна. Затем будет концерт и ярмарка с аттракционами, во многих развлекательных заведениях свои программы. Ты, кстати, будешь присутствовать на ежегодном турнире учеников начальных школ по дендромантии и награждать их.

— Что? — я ошарашенно уставился на неё.

— Не переживай, твоё место в комиссии номинально. Основная задача посветить личиком и наградить деток. Потом по плану обед у Долиан, затем в четыре часа прогулка с отцом в саду…

— П-подожди, — выскользнул я из объятий Алиат, — ты откуда всё это взяла вообще?

— Так секретарь твоего отца передал, смотри, — она развернулась и подошла к моему письменному столу, чтобы из стопок книг выудить листок. Обнажённая фигура девушки в данный момент меньшее, что волновало меня. Схватив бумагу, принялся перечитывать содержимое.

Степень моего шока сложно было передать словами. Ни на что такое я в принципе не рассчитывал, ведь с момента появления во дворце не принимал участие вообще ни в чём. Знал, что Ларгос несколько раз уезжал и возвращался, отец проводил заседания, на которые съезжалась куча эльфов, даже Кальвер шлялся по городским мероприятиям со своей невестой. Ну а я — ничего.

— Подожди, разве Долиан это не клан Айлиль, которая невеста Кальвера? На кой мне туда тащиться?

— Так вместе с братом и пойдёшь, — улыбалась девушка. — Я уже всё узнала, Элларион Долиан, глава их семьи, сам настоял на твоём присутствии и король не был против. Ведь ваши семьи породнятся в ближайшем будущем, а они видели только Ларгоса.

— А меня хоть кто-то собирался спрашивать, чего хочу я⁈

Алиат выглядела испуганной. Она замерла, после чего подошла к своей одежде, быстро облачившись в платье.

— Прости, — вздохнул я, так как внезапно осознал, что накричал на неё. — Это всё так неожиданно.

— Солнышко, — она робко взяла меня за руку, как-то подозрительно смотря на неё. Неужели искры проступили во время вспышки гнева? — я всё понимаю. Ты был очень занят последний месяц, мне казалось, — она замолчала, часто вздыхая и боясь поднять глаза, — ты слушаешь, что я говорю.

— Прости, Алиат, — я погладил её по волосам, на что она подняла взгляд своих небесно голубых глаз и немного улыбнулась. Красивая же, зараза. — Я слушал тебя, но вся эта учёба… Всё из головы вылетало. Совсем другим мозги забиты были.

— Солнышко, — встрепенулась она, смотря на часы, — через полчаса твой отец уезжает. Если хочешь успеть ему что-то сказать, то надо поспешить.

— А куда он в такую рань? — удивился я. — Семь утра только.

— Так с Ларгосом инспектировать Великие Сады, — ответила она так, будто это банальная информация. — Это плантация за городом, главный источник продовольствия для Ильмарина. Каждый год король появляется там, чтобы поздравить всех работников с началом сезона плодородия. Ему и другим главам кланов проводят экскурсию. Так глава государства проявляет свою заботу о населении. В других городах то же самое. Это часть праздника. Ты забыл?

— Да, — схватился я за лоб, ощущая дрожь. В моей памяти действительно вообще ничего не было о таком мероприятии.

Адмир показывался на публике, в голове всплывали картинки об этом, но он всегда находился рядом с отцом и не отсвечивал. Тем более никогда не появлялся в храме. Хотя, я сейчас там частый гость, так что не удивительно, что король решил включить третьего сына в шествие.

— Не думаю, что отца стоит беспокоить по таким мелочам, — решил я смириться с неизбежностью.

— Хорошо, — отвлекла моё внимание от изучения расписания Алиат. — Приходи к десяти переодеться. Я уже подготовила подходящий наряд, так что тебе не нужно забивать этим голову.

— Спасибо, я побежал.

Быстро поцеловав её в губы, поспешил на тренировку с парнями. Наверное, это были последние часы моего спокойствия в этот день, потому что потом начался