13 заповедей - Олег Владимирович Мушинский

- В разумных пределах, - добавила Иния. - Мы как бы на мели сейчас.

- На мели, - повторил Нильс спокойным тоном, не осуждая и не одобряя, а лишь констатируя это как факт. - Это не очень хорошо. Лучше бы ты, Иния, вернулась в Беловодку.

- Беловодку тоже в задницу, - заявила девица. - Так как, спрячешь шагоход?

- Сказал же - спрячу, - ответил Нильс. - Три серебряных талера в день. И хотелось бы хоть что-то получить вперед.

Это было значительно дороже, чем за парковку в городе, но в разумных пределах.

- Договорились, - сказал Антон.

Иния стрельнула в него взглядом, сигнализуя, что он неправильно делает.

- Но вперед заплачу только три талера, - добавил Антон.

- Пойдет, - сказал Нильс. - Поставьте шагоход вон там, - он указал на корму баржи. - И готовьте деньги.

Иния ловко вскарабкалась в кабину еще до того, как Антон сел в кресло.

- Можно было сторговаться и подешевле, - сказала девица.

Антон дал "малый вперед" и шагоход медленно двинулся вдоль борта. Лисы с интересом провожали его взглядами.

- Будем считать это надбавкой за риск, - ответил Антон. - Если тут найдут мой шагоход, от него наверняка потребуют рассказать, где его владелец.

- Не сомневайтесь, босс, он вас тут же сдаст.

- Только я не собираюсь делится с ним своими планами.

Иния согласилась, что вот это разумно. Шагоход проследовал мимо кормы. За ней оказалось свободное пространство, где едва хватило места припарковаться. Дальше возвышалась на три этажа деревянная башня с огромным водяным колесом. С его лопастей неровными рядами свисали сосульки. Эти лопасти вместе с сосульками скрыли шагоход от взглядов с другого берега. По крайней мере, от не самых пристальных и внимательных взглядов.

- И как мы попадем в город? - спросил Антон.

- Под канатной линией, - ответила Иния. - Мигранты там постоянно ходят.

- Но я-то не мигрант.

- Ну, вообще-то, да, - согласилась Иния, и озадаченно посмотрела на Антона.

- Значит, придется замаскироваться под мигранта, - сказал он.

В романах героям нередко приходилось выдавать себя за кого-то другого. Причем нередко за кого-то из менее привилегированных слоев общества. К ним обычно внимания меньше.

Над кабиной скользнула тень. Антон взглянул наверх. Над ними проезжала, покачиваясь, очередная подвесная платформа. Затем ее заслонила блекло-зеленая сеть. Она была в такую мелкую ячейку, что сквозь нее ничего толком не было видно. Судя по тому, с какой быстротой Нильс развернул ее в одиночку, проделывал он этот трюк не впервой.

- Надеюсь, там документы не проверяют? - спросил Антон.

- Какие документы у мигрантов? - вопросом на вопрос ответила Иния.

- Ах да, верно. Тогда давай посмотрим, во что бы мне переодеться.

Из личных вещей у него был только запасной костюм - столь же приличный, как и тот, что был надет на Антоне, только не белый, а светло-кремового цвета. Впрочем, была еще рабочая одежда. Так Кади называл то тряпье, которое надевал во время особо грязных работ. Антон открыл рундук и застоялый запах илового масла шибанул в нос.

- Ну и вонь, - проворчал он, ладонью разгоняя воздух.

- Зато за механика сойдете, - сказала Иния.

- Скорее, за механизм, - ворчливо отозвался Антон. - Так, что тут у нас?

Он вытащил на свет дождевик из плотной ткани. На вид - чистый, но застоявшимся маслом несло так, что хоть нос зажимай. Антон тотчас отложил дождевик в сторону и полез искать дальше. Остальное оказалось еще хуже.

- Ничего приличного, - резюмировал Антон.

- Так это же рабочая одежда, - отозвалась Иния. - Вон дождевик очень приличный, кстати.

- От него за километр маслом несет!

- Ах, масло, - Иния махнула рукой. - Это ерунда, босс. Принюхаетесь.

Антон хмыкнул. Потом подумал, что времени на поиски приличного магазина за пределами стен у него нет, и со вздохом развернул дождевик. По высоте он мог укрыть Антона с головы до пят. На серо-зеленой ткани темнели темно-зеленые пятна. Скорее всего, именно они и служили источниками запаха.

- На меня же все оборачиваться будут, - проворчал Антон.

- Скорее, отворачиваться, - отозвалась Иния. - Но это приличные люди. А там, где машины работают, никто и внимания не обратит.

- То, что нам и надо, - произнес Антон.

Произнес без всякого энтузиазма. В недавно прочитанном романе герой, укрываясь от нанятых наследниками убийц, так и вовсе намазался маслом, чтобы выдать себя за крестьянина, но на такую жертву Антон пойти был не готов. Тем более что у того героя тоже не очень-то получилось. Его уже в середине книги опознали по ухоженным рукам и чуть не убили.

Антон нашел на полке рабочие рукавицы - большие, кожаные и потрепанные. Сунув внутрь руку, он ощутил пальцами что-то липкое. Антон вывернул рукавицу и обнаружил, что кожа растрескалась и через трещины внутрь попало вездесущее масло. Других рукавиц или перчаток не нашлось.

- Когда