Человек, Бог и бессмертие. Размышления о развитии человечества - Джеймс Джордж Фрейзер

угрожают ему самому смертью. На определенном этапе развития люди, по-видимому, вообразили, что средства предотвращения грозящей беды находятся в их собственных руках и что они могут ускорить или замедлить бег времен года с помощью магического искусства. Поэтому они совершали обряды и читали заклинания, чтобы вызвать дождь, солнце, увеличение количества животных и рост плодов. Со временем процесс накопления знаний, развеявший столько иллюзий, убедил, по крайней мере, более вдумчивую часть человечества в том, что смена лета и зимы, весны и осени – не результат их магических обрядов, но результат действия неких более глубоких причин, неких могущественных сил, стоящих за сменой картин природы. Теперь они представляли себе рост и увядание растительности, рождение и смерть живых организмов как следствие увеличения или уменьшения силы божественных существ, богов и богинь, которые рождались и умирали, женились и рожали детей по образцу человеческой жизни.

Таким образом, старая магическая теория времен года была вытеснена, а точнее, дополнена религиозной теорией. И хотя теперь люди связывали годовой цикл перемен прежде всего с соответствующими изменениями в жизни своих божеств, они по-прежнему считали, что, совершая определенные магические обряды, могут помочь богу, жизненному началу, в его противостоящим смерти. Они представляли, что могут восстановить его иссякающие силы и даже воскресить из мертвых. Церемонии, которые они проводили с этой целью, были, по сути, визуализацией естественных процессов, которым они хотели способствовать, ведь, как известно, в магии существует принцип, согласно которому можно добиться любого желаемого эффекта, просто имитируя его. И поскольку колебания роста и упадка, размножения и распада они теперь объясняли браком, смертью, возрождением или оживлением богов, их религиозные или, скорее, магические представления в значительной степени распространялись на эти темы. В них рассказывалось о плодотворном союзе сил плодородия, о печальной участи одного из божественных партнеров и его радостном воскрешении. Таким образом, религиозная теория соединялась с магической практикой. Это сочетание хорошо знакомо истории. Немногим религиям удалось полностью освободиться от пут лежащей в их основе магии. Непоследовательность действий на основе двух противоположных принципов, как бы она ни терзала душу философа, редко беспокоит обычного человека; более того, он даже редко сознает ее. Его дело – действовать, а не анализировать мотивы своих поступков. Если бы человечество всегда придерживалось принципов логики, история не представляла бы собой долгую летопись ошибок и преступлений.

Из всех изменений, которые приносят с собой смены времен года, в умеренном поясе наиболее ярко проявляются те, которые касаются растительности. Влияние смены времен года на животных хотя и велико, но не столь заметно. Поэтому вполне естественно, что в религиозных обрядах, призванных отогнать зиму и вернуть весну, акцент делался на растительности, и деревья и растения фигурируют в них чаще, чем звери и птицы. Однако в сознании участников обрядов не было разделения двух сторон жизни – растительной и животной. Более того, они считали, что связь между животным и растительным миром еще теснее, чем есть на самом деле, поэтому часто совмещали визуализацию процесса оживления растений с реальным или игровым половой связью, чтобы одновременно и одним и тем же действием способствовать размножению плодов, животных и людей. Для них принцип жизни и плодородия, будь то животный или растительный, был един. Жить и порождать жизнь – таковы были основные желания людей прошлого и таковы будут основные желания людей в будущем, пока существует мир. Можно бесконечно повышать уровень бытового комфорта и культуры, но если не удовлетворить первичные потребности, то человечество само по себе прекратит свое существование. Именно эти потребности люди в первую очередь пытались получить с помощью обрядов, позволяющих влиять на перемену погоды.

CII. Смена времен года в греческой мифологии

Греку не нужно было отправляться в дальние страны, чтобы узнать о превратностях времен года, отметить мимолетную красоту дамасской розы, преходящее созревание золотой кукурузы, уходящее великолепие пурпурного винограда. Из года в год в своей прекрасной стране он с естественным сожалением наблюдал, как яркая пышность лета увядает во мраке и холоде зимы, и из года в год с естественным восторгом встречал вспышку новой жизни весной. Привыкший одушевлять силы природы, окрашивать ее холодные абстракции в теплые тона воображения, облачать ее обнаженную действительность в роскошные драпировки мифологической фантазии, он создал целую плеяду богов и богинь, духов и других существ. Созерцая переменчивость времен года, он видел чередование веселья и уныния, радости и печали, что находило свое естественное выражение в чередовании обрядов смерти и воскрешения. Судьбы некоторых греческих божеств, которые умирали и воскресали из мертвых, дарят нам сюжеты, которые вполне можно поставить в один ряд с трагическими образами Адониса, Аттиса и Осириса.

CIII. Влияние природы на религию

Мы более чем когда-либо убеждены, что религия, как и все другие институции, подверглась глубокому влиянию окружающей физической среды и не может рассматриваться без определенной оценки тех аспектов природы, которые накладывают неизгладимый отпечаток на мысли, привычки, всю жизнь народа. К большому сожалению, мы не были на Востоке и не можем описать из личного опыта родину Адониса, Аттиса и Осириса. Но мы попытались восполнить этот недостаток, сравнивая описания очевидцев и восстанавливая на их основе картины некоторых мест, к которым нам довелось прикоснуться в ходе исследований. Мы позволим себе позаимствовать из авторитетных источников и донести до читателей хотя бы смутное представление о пейзажах, атмосфере и великолепном колорите Востока.

CIV. Сотворение мира

Первые мыслители, думавшие о происхождении вещей, возможно, представляли себе сотворение или эволюцию мира по аналогии с теми изменениями, которые ежегодно происходят в природе вне тропических широт. В этих изменениях нетрудно разглядеть состязание между двумя враждебными силами или принципами – принципом созидания, или жизни, и принципом разрушения, или смерти. В этой борьбе победа переходит то к одному, то к другому началу, когда зима сменяется весной или лето переходит в осень. Вполне естественно предположить, что те же соперники, которые и сейчас ведут войну друг с другом, вели ее с самого начала и что рождение Вселенной в том виде, в котором она существует сейчас, произошло в результате их столкновения. Согласно этой модели, сотворение мира происходит каждую весну, а его распад каждой осенью: о первом возвещают благие вестники лета – распускающиеся цветы, о втором шепчут печальные предвестники зимы – пожелтевшие листья. Подобное находит отклик в этих строках:

Non alios prima crescentis origine mundiInluxisse dies aliumve habuisse tenoremCrediderim: ver illud erat, ver magnus agebatOrbis, ei hibernis parcebant flatibus Euri,Cum primae lucem pecudes hausere, virumqueFerrea progenies duris caput extulit arvis,Inmissaeque ferae silvis et sidera caelo[98].

Таким образом, обряды, которые во многих странах совершались для того, чтобы ускорить уход