Еврейская сюита - София Браун

– Так, а формула уже есть?

– Не надо формулы, потому что никто так не делает духи. Духи изготавливаются на специальных фабриках. Один человек не сможет создать формулу. На создание одного парфюма иногда можно потратить сто ингредиентов. Откуда я возьму сто и больше ингредиентов? Я буду делать заказ. Это я вам объясняю «кухню» – что происходит за закрытыми дверьми. Процесс изготовления – очень долгий, очень кропотливый. Проверяется, в правильном ли направлении мы идем, проверяются оттенки запаха. Это потрясающая наука – химия запахов. Знаете, что с помощью ароматов можно лечить? Головную боль можно вылечить, депрессию можно вылечить. Запахи воздействует на психику, на подсознание каждого человека. Наука ароматерапия.

– Проект не был реализован, я так понимаю…

– Нет, но все уже было готово к реализации. Потому что где проблема? В деньгах. Иногда деньги – это решение: были бы деньги, можно было бы начинать. А иногда, как в случае с «Сибелином», деньги на спасают – все обрушивается. Деньги – понятие неоднозначное. Иногда это благословение, иногда – проклятие.

Но это только с одной стороны. С другой стороны – это духи, вам сразу стало хорошо на сердце, правда? Мне тоже. Мы же любим хорошие запахи. Но у нас есть разные senses… чувства, да? Обоняние, слух, осязание, зрение… и есть исследования по каждому из этих чувств, их можно измерять. Мы можем измерить слух, зрение, все можно измерить, кроме запаха. Наука о запахах еще десять лет тому назад вообще не считалась наукой. Не так давно, я думаю, лет десять назад, когда научились измерять силу и разные вариации запаха, это все-таки стало наукой – химия запахов. За это открытие американский ученый Ричард Аксел получил Нобелевскую премию[63]. Очень важно, что наши чувства измеримы, и мы можем говорить про это как про науку. Эта наука имеет много аспектов. Например, в нашем геноме есть десять тысяч генов, которые ответственны только за запах. Вы можете помнить запах хлеба, который ассоциируется с вашим детством, с местом, где вы росли, где вы потом бывали…. Но запах может вызывать и негативные реакции. Например, кто-нибудь зайдет в комнату, вы его не знаете, но уже не выносите, он неприятно пахнет. Или не соблюдает гигиену, или у него просто запах тела такой. Запахи влияют на ваши психологические реакции. Первая реакция – на запах. Вы еще никого не видели, никого не слышали, но когда человек зашел в комнату, например, при собеседовании на работу, сначала все почувствуют запах.

И поэтому я разработала «негативную косметику» – это то, что подавляет неприятный запах от человека.

Из-за чего от человека может исходить неприятный запах? Из-за двух вещей. Первое – это его пот, а второе – токсины. Человек может быть чистым, но его тело так интенсивно выделяет токсины, что рядом с ним невозможно находиться. И я разработала продукт, который назывался «Сибелин» (Sibelin). Это производное от двух слов: si – «да» и belle – «красота».

Это называется «негативная косметика». Не для того, чтобы украшать, а чтобы нейтрализовать негативные стороны. Это был очень интересный продукт, имевший большой успех. Он действовал семьдесят два часа, а не восемь часов, как большинство подобных препаратов. И он не оставлял пятен на одежде, как другие антиперспиранты. Пятна образуются, потому что в составе есть алкоголь. Этот продукт не оставлял пятен, поскольку это был крем, который впитывается в кожу, распределяется по поверхности большой площади и не закупоривает поры.

Крем для хасидов был в продаже. Хасид, который его продавал, имел с этим продуктом очень большой успех, да, очень. Потому что раньше никто не думал об этом, никому не пришло в голову, что у этих бедных хасидов есть такая проблема, это же не болезнь. А если сказать «косметика» – так ее тоже нельзя использовать хасиду. Но я думала о проблеме. Какая в данном случае есть проблема? Проблема пота и запаха. Поэтому продажи поначалу шли хорошо. Был взлет, а потом падение. Подождите, я вам скажу, где было падение, это тоже важно. Я ему сказала: «Слушай, это же прежде всего для хасидов. Не ходи в аптеку, не пытайся конкурировать со всеми этими международными фирмами». Я сказала: «Это твой рынок, ты их знаешь, они тебя знают, оставайся там, у тебя будет достаточно клиентов». Но когда человек начинает работать с деньгами, он хочет больше, становится greedy, как это сказать по-русски …

– Жадным.

– Жадным, да. Еще больше, еще. Я его предупреждала каждый раз: не ходи в аптеки. Но, конечно, он пошел. Жадность. «Что? У меня же такой успех!» Я ему говорила: «Слушай, ты придешь в аптеку – а там на полках километры этих антиперспирантов. Они тебя скушают, ты даже не почувствуешь, как они тебя проглотят». Так и получилось. Он не смог с ними конкурировать, они в один день опустили все цены наполовину, едва только появился «Сибелин». Они убедились, что мой продукт и правда действует три дня, а если брать их продукцию, надо покупать три таких флакона. И они его прикончили, как предпринимателя. Это называется неудача из-за жадности. Потому что продукт был, покупатели были, а ты оказался жадным и недальновидным. Это как в сказке о золотой рыбке: давай еще!

– А кто был это человек? Какие у вас с ним были отношения?

– Сугубо коммерческие. Это был один из настоящих хасидов, я их знала лично, они даже живут возле моего сына. Он очень хотел заниматься этим продуктом, он целый год им сам пользовался – и все было прекрасно.

Еще я хотела сказать про духи. Это был не только новый продукт, это должны были быть новые знания, понятия, ощущения, и вообще – новое сотворение.

– А почему вы о духах говорите в прошедшем времени? Почему «был»?

– Потому я была только беременна этим продуктом, я так и не родила его – он остался в моей голове, понимаете? Все было придумано, все подготовлено. Я даже нашла тех, кто будет делать пробку. Но это все было теорией, и, к сожалению, ею и осталось, потому что не нашлось бюджета. Надо было вложить в этот проект огромные суммы денег.

Понимаете, сначала нужно придумать продукт. Потом нужно понять, как продвигать его на рынок: кому продавать, сколько продавать,