Хранительница 2. Месть волчицы - Walentina

— Максимка…

— Нет! — перебил он меня, как только я захотела рассказать о сыне. — Про это мне все известно! Я хочу знать о силе. Она ведь проснулась, не так ли?

— Что? Вы знали, что она не покинула меня? — спросила пораженно.

— Ох, молодежь, — проговорил он, растягивая последнее слово, устало вздыхая. — Вы не можете слышать…

— Можем! — возразила ему.

— Нет, вы слушаете, но не слышите, — недовольно проговорил он. — Я тебе еще в тот раз сказал, что сила твоя никуда не делась.

— Вы не говорили, — нахмурившись, сказала, не припоминая подобного.

— Говорил, — произнес он, улыбаясь в бороду. — Но ты была так зациклена на сыне…

— У меня его похитили! — воскликнула недовольно.

Как он может так спокойно говорить об этом? Мне было плохо, я потеряла сына, разгуливала по лесу в образе волчицы, питаясь невесть чем, да в конце концов, меня чуть не убили! Он что, серьезно думает, что я готова была слушать в тот момент о силе?

— А кто это допустил? — рявкнул он, отчего я даже поперхнулась, понимая что снова Михалыч прав.

— Ладно, будет тебе, — пожурил старик, а после нравоучительно добавил: — Прошлое — оно на то и прошлое, чтобы помнить о нем и не совершать подобные ошибки.

И снова слова деда были верны. Как бы мне не хотелось, прошлое никогда не смогу забыть. И теперь, оглядываясь назад, я буду помнить эти самые ошибки и стараться их не повторять.

— Я урок усвоила, можете не переживать, — сказала печально, усмехнувшись.

— А я не переживаю, мне незачем, — хмыкнул он в ответ. — А вот тебе, думаю, стоит сейчас сосредоточиться на том, что сидит внутри тебя.

— Вы о силе? — поинтересовалась, нахмурившись.

Как-то уж быстро сменил он тему, впрочем, я сюда шла именно по этому вопросу, а не для того, чтобы выяснять мои ошибки.

— Ну, если хочешь, называй ее так, — согласно кивнул он.

— Я не знаю, почему она исчезла, а теперь вновь появилась, — призналась, продолжая хмуриться. — Что с этим связано?

— Все просто, ты забыла о своих корнях, — сказал он. — Вычеркнула из памяти то, кем ты являешься. Ты сама вынудила ее потухнуть и вернуться туда, где она жила всю твою жизнь.

— Я не забывала ни на секунду о том, кем являюсь, — проговорила упрямо, но поймав его строгий взгляд, перед которым почувствовала себя маленькой глупой девочкой, тихо продолжила: — Лучше скажите, как мне вернуть силу?

— Тут я тебе не помощник, — ответил он, погладив бороду. — Ты сама должна захотеть.

— Я хочу!

— Значит, плохо хочешь, раз она еще не пробудилась, — возразил старик.

От возмущения я даже рот открыла. Что значит «плохо хочешь»? Разве можно хотеть как-то по-другому? И как переубедить упрямого старика, что мне просто необходимо вернуть силу? Да и стоит ли это делать? Если не хочет помогать, ну и ладно, сама как-нибудь справлюсь!

Я уже готова была подняться и покинуть общество Михалыча, но в последний момент передумала. Что-то удержало меня от столь поспешного решения, но что именно я не смогла понять. Вероятно, этому послужил насмешливый взгляд старика, что словно говорил мне: «Другого от тебя я и не ожидал», а может, что-то иное…

— Я хочу вернуть силу! — заявила упрямо, пристально смотря в глаза старика.

— Ну, ладно, пойдем… — сказал он, поднимаясь.

Удивленно проследив за тем, как он поднялся, я спросила:

— Куда?

— Все же я должен в этой истории оставить свой след, — пробурчал старик, проигнорировав мой вопрос.

Неторопливо он пересек просторную комнату и, отворив едва заметные двери, скрылся за ними, оставив меня сидеть в недоумении. Меня волновала пара вопросов: что за след имел в виду старик и в какой именно истории?

— Ну, ты где там застряла? — раздался недовольный, приглушенный голос старика, вынудив вздрогнуть от неожиданности.

Поднявшись, я проследовала за ним, решив все же выяснить, о чем были его последние слова.

— Что вы имели в виду, говоря про историю? — поинтересовалась, делая шаг в темный проем распахнутой двери. — О каком следе вы говор… — недоговорив, я запнулась из-за увиденной картины.

Небольшая, полутемная коморка была захламлена всякими странными предметами и свечами, что нещадно чадили. Из-за чего в глазах защипало, а в нос ударил резкий, незнакомый запах, от которого моментально закружилась голова.

Медленно, шаг за шагом, я продвигалась вперед, внимательно рассматривая обстановку. Деревянные статуэтки стояли на нешироком столе, среди которых угадывались люди, волки и прочие хищные животные, а над головой висели травы и ветки с ягодами.

Сам старик обнаружился у дальней стены комнатки. Склонившись над столом, он что-то активно смешивал в небольшой чаше. Не обращая на меня внимания, старик сновал по кладовке, срывая веточки, листочки, ягодки, и бросал все в чашу. После чего он залил все водой и поднес чашу мне, тут же всучив в руки. Не ожидав подобного, я приняла ее, не зная, что с этим делать посмотрела вопросительно на старика.

— Что? — удивился он. — Пей!

Растерянность быстро сменилась на настороженность. Понятия не имею, что он накидал в эту гремучую смесь, но пить ее мне, ой, как не хотелось. Поэтому, продолжая настороженно на него смотреть, сказала:

— Я не буду это пить! — после чего попыталась вернуть чашу.

— Не будешь — не надо, я просто хотел помочь тебе, — как ни в чем не бывало ответил он, пожав плечами, и попытался отобрать у меня чашу.

Но на этот раз я воспротивилась, отступая от старика. Пить я, конечно, это не собиралась, но выяснить для чего это пойло все же решила.

— Помочь? — вскинула я удивленно брови. — Вы даже не сказали, что это и для чего мне нужно выпить эту га…

— Цыц! — прикрикнул он на меня из-за того, что решила его пойло обозвать гадостью. — Не хочешь пить — не пей, но обзывать свое творение я тебе не позволю! — разозлился старик.

— Больно надо, — фыркнула, отступая, когда он попытался снова отобрать чашу.

— Ты сама сказала, что хочешь вернуть силу, — сказал он. — А теперь возмущаешься, когда я решил тебе помочь.

В чем-то он, конечно, прав: силу я не просто хотела вернуть, а жаждала. Мне хорошо помнились ощущения, когда тебе подвластно почти все, когда ты можешь постоять за себя и за близких. Да если бы у меня была сила, когда на нас с сыном напали, то я убила бы всех, не допустив его похищения! А сейчас мне нужна сила, чтобы отомстить, но пить это…

Поднеся к лицу чашу, я понюхала ее содержимое.

— Да как это