Привыкай, я так решил - Лана Пиратова

— А смысл? — удивленно смотрю на него.

— Ну будут, типа, жопа к жопе трахаться. Прикольно.

— Бля, Денис, хватит дурачиться, а? Я не хочу больше слышать твои сексуальные фантазии, — злюсь я. — Давай наденем просто и все. Скворцов скоро приедет.

— А ты коварный, — щурится Денис и грозит мне пальцем.

Конечно. Эти уроды обидели мою Синеглазку. Создали мне проблемы. Вот и я в ответ создам им.

Скворцов — мой приятель из газеты. Уже завтра новость о двух геях-инцестниках-поджигателях разлетится по всему интернету.

— Так, готово, — кивает Денис на одного из придурков со страпоном прямо на полотенце.

— А что на полотенце-то?

— А что, я его голым должен видеть, что ли?! Сам переделывай, если не нравится.

— Ай, ладно, — машу рукой. — Так. Второму давай наручники розовые вот эти. Ага, так. Отлично. А вот, еще что есть, — и я достаю из сумки кляп. Такой черный шар на ремешках.

— Ептвоюмать, — тихо шепчет Денис. — Ты точно на ней жениться хочешь? Может, передумаешь?

Я смеюсь.

— Хочу, Денис. Еще как хочу.

Надеваю кляп на второго придурка.

Все.

Осталось дело за малым.

Денис достает добытый «косяк» и поджигает его. Комнату заполняет приторно-сладкая вонь. Потом — очередь петарды. Для дыма.

Закинув ее на стол, мы выбегаем из сауны. Садимся в машину и слышим звук пожарной сигнализации, сработавшей в сауне.

110. Артур

— Артур, ну, это было очень жестоко, — говорит мне Синеглазка, обнимая за шею и пальчиками водя по загривку. — Дима, конечно, козел, но, блин, мне кажется, вы реально переборщили? С Денисом.

— Нет, — быстро целую ее в губы и кладу руки на талию. — Это мы еще пожалели этих гондонов. Собственно, что произошло? Новость по всему интернету, что Диман и его дядя — геи, инцестники, наркоманы и поджигатели в одном лице? Штраф и условка за хранение наркоты? Уголовное дело о поджоге и обязанность возместить ущерб владельцу сауны? И все. Очень мало за то, что они обидели мою девочку, — наклоняюсь и шепчу уже ей в губы. — Мою девочку никто не смеет обижать.

И впиваюсь в уже приоткрытый ротик. Мне так хочется остаться с ней дома. Провести еще один вечер в кровати. Но нет. Нас ждут мои родители. Валера тоже.

Официальное знакомство. Попытка номер два.

Поэтому отпускаю Синеглазку.

— Я люблю тебя, — шепчу ей на ушко и веду к машине.

Нас уже ждут.

— Атибальд! Атибальд! — бежит нам навстречу Симона. — А бабушка сказала, что у тебя, наконец, появилась голова на плечах и ты больше не будешь скакать этим, как его? Маленькой лошадкой! Вот!

— Жеребцом, — слышу голос отца и смех. — Симона! Иди сюда. Оставь Артура. Видишь, у него теперь новая хозяйка, — и он кивает на Синеглазку.

Симона резко останавливается и упирается руками в бока. Хмурится. и грозно смотрит то на меня, то на мою спутницу. Все ждут, что же еще выдаст эта девчонка. А она вдруг начинает улыбаться. Машет рукой и говорит как бы беззаботно:

— Ладно, я знаю. Они мне коняшку обещали отдать. Поэтому ладно.

Все смеются. Синеглазка тянется к моему уху и шепчет туда:

— Я вижу, ты всех уже обработал. Даже ребенок уже топит за малыша.

— Я стараюсь, — улыбаюсь и незаметно щипаю ее за попу.

— Ахахаха! Ну, наконец-то! — из комнаты выходит Валера. Хлопает в ладоши и довольно потирает руки. — Вот! А что я говорил?! Я знаю лучше! Валера плохого не посоветует. Обеих пристроил! И Ксюшу, и Анжелу! Теперь буду ждать внучек! У меня никто не останется непристроенным!

Синеглазка лишь закатывает глаза, но молчит.

— Ладно, — подмигивает Валера. — Если серьезно, я очень рад за вас, ребят. Ну? Разве я не прав был? Скажи, Руслан? — и кивает уже моему отцу.

Тот лишь усмехается, внимательно глядя на нас.

— Ну, что тут скажешь? — произносит с улыбкой. — Минус на минус дает плюс. Так ведь? Вот и здесь, будем надеяться также будет.

Я обнимаю одной рукой Синеглазку и прижимаю к себе. Целую ее в макушку.

На этот раз семейный ужин проходит идеально. Все счастливы.

Я со стороны наблюдаю за Синеглазкой, которая о чем-то разговаривает с мамой и женой Булата.

Какая же она красивая. И как мне хорошо с ней.

Я с нетерпением жду момента, когда мы, наконец, останемся одни. У меня не было воздержания. Я брал Синеглазку тогда, когда хотел, и столько, сколько хочет. И все равно у меня в паху зудит от одного предвкушения.

Уже на подъезде к дому я кладу руку на ногу Синеглазки и сжимаю ее. И она понимает меня. Запускает пальцы мне в волосы и чуть теребит их.

Давлю на газ и уже через несколько минут мы дома.

Я заношу Синеглазку в дом, ставлю ее и прижимаю к стене.

— Еле дождался, — хриплю, скользя губами по ее лицу.

Просовываю коленку ей между ног и руками мну грудь.

— Артур, — выдыхает Синеглазка и обнимает меня за шею.

Я впиваюсь губами в шею и задираю платье. Ныряю рукой в трусики и пальцы сразу же оказываются в смазке. Хрипло улыбаюсь и берусь за ремень. Спускаю брюки и боксеры. Закидываю одну ногу девчонки себе на бедра. Обхватываю ствол и сразу же приставляю его к раскрытой дырочке.

Громко выдыхаю и одним толчком оказываюсь в ней. Синеглазка протяжно стонет и скребет ногтями по моей рубашке на спине.

А я начинаю вколачиваться в нее. Быстрыми и резкими движениями довожу нас.

— Артур… — стонет Синеглазка и тянет меня за волосы.

Я зубами впиваюсь в нежную кожу и еще резче вхожу в нее.

Мы кончаем одновременно. Часто дышим и я не выхожу из нее, пока вся сперма не оказывается в Синеглазке.

— Артур… — прикрыв глаза, улыбается Синеглазка и я целую ее в губы.

Подхватываю на руки и несу в спальню.

В субботу мы приглашены на свадьбу моего друга Влада. Это, можно сказать, будет официальный наш выход как пара. Там я и познакомлю всех с моей невестой.

— Так страшно, Артур, — шепчет мне Синеглазка при подходе к ЗАГСу.

— Что такое? — глажу ее по щеке. — У меня хорошие друзья.

— Дело не в этом, — опускает взгляд. — ЗАГС… так страшно…

— Ахахаха! Нуууу, привыкай. Считай, за репетицию. В следующий раз придем по-настоящему.

Вздыхает.

— Синеглазка, — беру ее за подбородок и смотрю в глаза. — Я люблю тебя. Слышишь? Очень люблю.

— Артур! — меня окликает Влад. — Ну, ты как обычно! Почему опоздал? Давай быстрее в комнату жениха! Там уже разлили!

— Влад, это Анжела, моя будущая жена, — говорю я ему, пожимая