Злоборцы - Алексей Лишний

Он помнил своё основное занятие.

– Мне что делать? – подал голос Мамс.

– Тебе? – Кир стал считать на пальцах розданные обязанности. – Тебе бы обучить бровов танцам.

– Сам танцевать не умею, – буркнул Мамс.

– Говорят, лучше всего учишься, когда учишь других! Всё, всё – за работу, нечего сидеть. – Кир, чтобы не было вопросов, стал расталкивать скучковавшуюся компанию бровов и злоборцев. Бдзун отправился усиленно верить в успех, Казион подозвал к себе первого голубого эльфа и принялся экспериментировать с костюмом. Мамс подошёл к остальным.

– Теперь закроем глаза, – скомандовал он и показал на личном примере. – Поднимаем раскрытые ладони до уровня плеч. Растопырим пальцы. Вот, представьте себя трёхголовым змеем. По очереди поднимаем то одну ногу, то другую. Ну! В ритме танца! Поехали: «Ах, знаю, знаю я, кого повесить надо на сосне, чтоб горца, друга моего, вернуть лесам, горам и мне».

Мамс сам песен не заучивал, поэтому вспомнил, что пела сестра, оставшаяся присматривать за мельницей. Он на миг открыл глаза и увидел, как бровы в такт весело переминались с ноги на ногу и крутили в разные стороны тремя «головами». Войдя в кураж от успеха, Мамс продолжил тренировку:

– И-и-и… поехали! Выходим на припев: «Как мне его вернуть, о, как его вернуть? Я все бы горы отдала, чтоб горца вновь домой вернуть».

Бровы и на припев благополучно вышли. Даже Бдзун подхватил ритм и топтался со всеми.

– Придумал! – вдруг прервал он хореографа. – Будем называться «Горцы». Ведь мы и в горах живём, и бессмертные. Ну, каково?

Кир похвалил за отличную находку и со спокойной душой отправился в уголок пещеры, куда из расщелины в потолке падал луч света. Кажется, механизм приведён в действие, и можно предаться сочинительству душещипательной истории.

Часть вторая

Никто не ведал, какими чарами, природными или изученными, воспользовался Бдзун, но за день до битвы хоров они узнали, что «Горцы» в числе участников. Злоборцы думали, будто жрицы не подпустят брова-изгнанника к себе и на пушечный выстрел. Но то ли у жриц смутное представление о дальности выстрела из пушки, то ли враждебность оказалась наигранной.

– Мы выступаем последними, – гордо заявил Бдзун, вползая на порог пещеры.

– Это хорошо, – важно отметил Кир, репетировавший с бровами последнюю часть постановки. – Лучше запомнимся. Слёзы умиления проступят на лицах судей, и первое место…

– Нет там судей, – прервал Бдзун. – Всё решает Королева. Божество, которое я всем сердцем ненавижу.

Кир задумался. В первый раз он видит состязание, где победителя определяет бог. Хотя есть, конечно, божьи суды, но Киру не довелось на них побывать.

– Казион, ну здесь помоги, а! – обратился Кир к магу, который упорно отказывался участвовать в постановке и с каждым уходящим днём становился мрачнее и ворчливее. – Пока выступаем, разузнай о механизме и заставь Королеву склонить чашу весов в нашу пользу.

Мамс обрадовался, что Кир не к нему обращается, потому как ничего не понял из сказанного. Казион наоборот всё понял, но огорчился, что обращаются к нему.

– Делать нечего, – буркнул он. – Домой пора.

Кир расценил ответ как согласие. Казион хоть и вёл себя порой как ребёнок, но дело знал.

– Выступаем на рассвете, – угрюмо сообщил Бдзун. Все мероприятия бровы обычно проводили ранним утром.

***

Представления устраивали на единственном в городе высоком холме, зелёном от луговых трав, в крапинку из зверобоя и клевера. Участники забирались по выкопанным ступенькам на площадку и показывали там подготовленные номера. Остальные бровы, одетые в яркие наряды, ждали внизу очереди. На их лицах не было зависти или злобы по отношению к конкурентам. Нет, бровы, сидя на дровах, наслаждались праздником пения и танцев. Жрицы занимались организаторской частью представления: уносили-приносили реквизит и декорации, объявляли номера, следили за порядком. Остальные женщины не слишком интересовались представлением. Редкие их экземпляры присутствовали среди зрителей, большая же часть продолжала заниматься детьми.

Выступления шли с небольшими перерывами, во время которых можно обсудить достоинства актёрской игры, хореографии и вокала, оценить выбор композиции. Казион сидел среди бровов, натянув капюшон на глаза, чтобы не выделяться в толпе цветом кожи. Он слушал разговоры, но ничего, кроме профессионального жаргона, не выудил. Что же за Королева такая и как умаслить её? После часа безнадёжных попыток мозг стал плавиться. Казион решил сменить тактику и обежать вокруг холма.

На возвышении выступал «Голубой вагон». Казион поднял глаза, чтобы посмотреть на представление, но пожалел: бровы Дома Шустрых танцевали в юбках, изображая дикарей. Глядеть на них снизу вверх маг почёл ниже достоинства.

Его друзья сидели поодаль, чтобы показать отчуждённость от местного сообщества. Сидели не на дровах, а на заборчике, за которым паслись бровята.

– Голосуем медяками, пока идёт выступление, – выкрикивала время от времени пухлая жрица в синем наряде, прерывая мощным зычным голосом звучание высоких нот в пении бровов. – Голосуем, а то любимцы проиграют.

Бровы подбегали к сцене и бросали в мешочек у подножия холма монетки, редкие гости их карманов. После каждого выступления мешочек не обновлялся, медяки не пересчитывались, но бровы твёрдо верили: где-то жрицами учитывается, за кого сколько монет отдано.

Казион заметил в стороне от поля, около аккуратного круглого мостика, палатку. Обычно бровы делали шалаши, а здесь – настоящий шатёр из яркой разноцветной ткани. Найдя это странным, маг поспешил туда.

Внутри оказалось просторно: лишь вдоль возведённых стен стоял потёртый переходящий кубок, да в стороне сидел седой бров в нелепых тёмных очках и читал книгу. Услышав шорох, он поднял глаза и удивился. Казион в потрёпанной мантии выглядел странно даже для обычного мира, не говоря о бровском.

– О, злой дух, изыди из священной обители королевы Фредди, – запричитал хранитель.

– Я не злой дух, я чистильщик, – на ходу сочинил Казион. – Пришёл отреставрировать кубок, а то скоро развалится совсем – соревнования сорвутся.

Бров-сторож осмотрел внешность чистильщика с недоверием к качеству работы, но пожал плечами от безысходности.

– Милости прошу, – сказал он и пригласил Казиона в палатку. – Ибо сказано в священных гимнах: «Шоу должно продолжаться».

Маг поспешно вошёл и сразу приступил к работе. Заклинанию чистки и наведения порядка в Академии обучили ещё в первые дни, чтобы не портился инвентарь. Вскоре кубок приобрёл вид, достойный долгожданной награды.

– Вы служитель королевы Фредди? – Казион решил начать атаку.

– О, да, – таинственным тоном ответил бров. – Я охраняю божество от посторонних взоров.

– А можно мне взглянуть?

– Конечно. – Кивнул страж и поднял с пола квадратный тонкий предмет, завёрнутый в полотенце. – Я выношу лик Королевы после окончания состязания. Все хоры стоят в ряд, ожидая собственной участи: сначала Первый Дом, потом Второй и так до последнего.