Бесконечная книга с рисунками от А до Я - Михаэль Андреас Гельмут Энде

— В последний раз! — предупредил Бастиан.

— В последний раз! — заверила она.

— Но как мы пойдем ночью по лесу?

— Рыцари уже могут идти пешком. А мы полетим на Фухуре. Он достаточно сильный, чтобы унести троих.

Фухур поднял голову, его рубиновые глаза сверкнули:

— Я не повезу эту женщину, Бастиан Балтазар Букс!

— Тебе придется это сделать! — отрезал Бастиан.

Везучий дракон взглянул на Атрея, и тот знаком велел подчиниться.

— Куда? — спросил дракон, когда все уселись на его спину.

— Вперед! — скомандовала Ксаида.

— Куда? — повторил Фухур, будто не слыша ее слов.

— Тебе же сказали: вперед! — прикрикнул Бастиан.

— Лети, — тихо попросил Атрей, и Фухур подчинился.

Утро уже брезжило на востоке, когда они приземлились у лагеря. За прошедшее время к каравану присоединились новые гонцы и просители. Голубой джинн доложил, что число их приближается теперь к тысяче. Он сообщил и еще кое-что: вскоре после того, как лагерь расположился на ночлег, к ним подошли пятеро панцирных воинов с просторными коралловыми носилками, но держались они в сторонке и вели себя мирно.

— Это мои носильщики, — просительным голосом обратилась Ксаида к Бастиану. — Я отправила их вчера вечером. Это самый удобный способ передвижения. Если ты, конечно, разрешишь мне, господин!

— Все это мне не нравится! — резко вмешался Атрей.

— Что ты имеешь против? — насторожился Бастиан.

— Она может передвигаться любым способом, каким ей хочется, но тот факт, что она заранее выслала носилки, означает: она предвидела, что придет сюда. Значит, все совершилось по ее плану, Бастиан. Она одержала победу, а не потерпела поражение. Она намеренно дала тебе победить себя, чтобы по-своему одержать над тобой верх.

— Прекрати! — сердито оборвал Бастиан. — Я не спрашивал твоего мнения! Твои вечные поучения мне уже надоели! Теперь ты готов оспорить даже мою победу и высмеять мое великодушие!

Атрей хотел возразить, но Бастиан прикрикнул:

— Молчи и оставь меня в покое! Если все это вам не подходит, можете оба отправляться своей дорогой! Я вас не держу! Отправляйтесь, куда хотите! С меня довольно!

Бастиан скрестил на груди руки и отвернулся. Толпа вокруг замерла. Атрей молча выпрямился. До сих пор Бастиан никогда не отчитывал его, да еще при всех. К горлу у него подкатывал комок, он подождал еще немного, но Бастиан и не думал поворачиваться к нему. Тогда он медленно пошел прочь, и Фухур последовал за ним.

Ксаида улыбалась. Это была нехорошая улыбка.

А у Бастиана в этот миг погасло еще одно воспоминание — о том, что в человеческом мире он был когда-то ребенком.

Глава XXI

ЗВЕЗДНЫЙ МОНАСТЫРЬ

Для Бастиана изготовили специальный шатер из расшитого шелка, над куполом развевалось знамя с гербом в виде семисвечья. Голубой джинн, ставший телохранителем и камердинером Бастиана, всегда нес охрану у входа.

Атрей и Фухур остались среди спутников Бастиана, но больше он не разговаривал с ними. Он ждал, что Атрей подойдет к нему и попросит прощения, но Атрей и не собирался делать этого. Фухур тоже не оказывал Бастиану никакого почтения. Пусть же оба они увидят, что воля Бастиана несгибаема и первым он к ним не подойдет. Вот если бы они подошли, Бастиан бы их простил и раскрыл им свои объятия.

Оба они плелись в хвосте процессии. Фухур, похоже, разучился летать и тащился пешком, Атрей шел рядом с ним, опустив голову. Разведку теперь делать было некому.

Бастиан ехал во главе каравана на Йихе, но все чаще предпочитал пересаживаться в коралловые носилки Ксаиды. Она почтительно уступала ему самое удобное место, а сама устраивалась у его ног. Они вели долгие беседы. Ксаида почти непрерывно курила кальян в форме гадюки головой к мундштуку, так что, поднося его ко рту, она словно целовалась со змеей. Кольца дыма всегда были разного цвета — то синие, то желтые, то лиловые.

— Я давно хочу спросить тебя, Ксаида, — задумчиво проговорил однажды Бастиан, взглянув на панцирных носильщиков.

— Твоя рабыня слушает!

— Эти воины полые внутри. Как же они могут двигаться?

— Силой моей воли, — улыбнулась Ксаида. — Именно потому, что они пустые, они и слушаются меня. Все, что пусто, легко управляемо.

Бастиан по-прежнему чувствовал беспокойство под взглядом ее двуцветных глаз, но она быстро опускала ресницы.

— А моей воле они могут подчиниться? — спросил он.

— Конечно, мой господин и мастер. Ты можешь управлять ими в тысячу раз лучше меня, потому что я в сравнении с тобой ничто. Хочешь попробовать?

— Не сейчас, как-нибудь потом.

— Тебе действительно нравится ехать верхом на старой лошачихе? Разве не лучше управлять вот такими носильщиками? — продолжала Ксаида.

— Йиха везет меня с радостью.

— Значит, ты делаешь это ради нее?

— А что в этом плохого?

— О, ничего, господин! — Ксаида выпустила изо рта зеленый дым. — Разве может быть плохо то, что делаешь ты? Но ты слишком много думаешь о других, господин и мастер! — Она наклонилась к нему ближе. — А ведь никто не заслуживает того, чтобы отнимать твое бесценное внимание и силы. Я осмелюсь дать тебе совет: думай больше о себе!

— Что же мне делать с Йихой?

— Это вьючное животное недостойно тебя. Мне за тебя просто обидно! Не только я — все в недоумении. Один ты ничего не замечаешь.

Бастиан не ответил, но слова Ксаиды задели его.

На другой день во время привала в Сиреневом лесу Бастиан отвел Йиху в сторонку и тихо сказал, поглаживая ее гриву:

— Послушай, Йиха, наступил час, когда мы должны расстаться.

— Почему, господин? — жалобно заржала Йиха. — Я не гожусь тебе?

— Напротив, ты так везла меня, что не заслужила ничего, кроме благодарности! — поспешил успокоить ее Бастиан.

— Мне не надо другой благодарности, кроме счастья везти тебя.

— Помнишь, ты горевала как-то, что у тебя нет детей и внуков?

— Да, ведь я могла бы рассказать им о днях, проведенных