Минувших дней людские судьбы - Валентин Иванович Маслов

Журналист Б. Б. Глинский в своей книге «Среди литераторов и ученых»[91] так описывает свои впечатления от посещения котельного завода «почтенного инженера А. В. Бари»:

«…Рабочий день измеряется десятичасовой работой, заработная плата на 10 % выше, чем на других фабриках. Система штрафного наказания совершенно здесь изгнана, а увольнения рабочих практикуются только в исключительных случаях. Рабочие получают в день от завода совершенно бесплатно 6 кусков сахара на человека и чай 2 раза в день, а также обед из 2-х блюд: первое – суп мясной с порцией 1/2 фунта; второе – каша с салом, причем хлеба можно потреблять в волю… Столовая рассчитана на 700 человек, для упорядочения получения обеда все столующиеся разбиты на десятки… хочет десяток еще поесть, десятский берет опорожненную посуду, идет к буфетной стойке, где фельдшер, наблюдающий за раздачей, наливает новую порцию: кушайте на здоровье…[92]

Дом управляющего котельного завода А. В. Бари. Здесь же в 1890-е годы размещалась первая контора и чертежная. Ныне территория завода «Динамо», (современный снимок автора)

Здание – ротонда, цех для сборки паровых котлов, (современный снимок автора)

Бывший Бариевский проезд – Лизинская ветка, (современный снимок автора)

Бывшая столовая котельного завода А. В. Бари. Ныне ДК завода «Динамо» (современный снимок автора)

– Не думайте, – говорил мне при свидании А. В. Бари, – что мною руководят какие-нибудь филантропические затеи. Я кормлю рабочих за свой счет потому, что это выгодно всем. Их еда меня не разорит, но это обязательно обернется прибылью; как в количестве, так и в качестве работы… Рабочий работает самым добросовестным образом. На заводе не возникает вопроса о стачках, и я решительно не знаю, как отбояриться от предложения рабочих рук. Большинство рабочих работают годами, некоторые работают 10–12 лет и успели, благодаря существованию нашей сберегательной кассы, скопить себе тысячный капиталец.

Приемный покой в земском лазарете при заводе А. Бари представляет собою образец порядка и чистоты, но что важнее всего – заболевшие рабочие сохраняют свою заработную плату в течение первой недели в полном размере, а в последующие – в половинном… Семьи умерших также не остаются на миру: завод принимает на себя заботу о них, и вдовы, в виде пожизненной пенсии, получают половину годичного заработка покойных мужей. Нечего говорить, что европейски образованный инженер, г. Бари, сумел устроить на заводе усовершенствованные ретирады, дезинфицируемые паром; отличную вентиляцию и прекрасное освещение всех отделений завода. В текущем году г. Бари имеет в виду устроить для рабочих квасоварню и бесплатную баню. Если бы пример г. Бари, основанный на практическом и умном расчете, нашел себе побольше подражаний, – я уверен, не довелось бы предавать вообще фабрику проклятию. Но пока, увы! Такие, как г. Бари, более чем малочисленны, и на остальных заводчиков и фабрикантов приходится действовать не примером, а карою закона и сильным контролем правительственных чиновников.

Два часа, проведенные мною здесь, на заводе, на живописном берегу Москвы-реки, остаются лучшим воспоминанием моей московской поездки: я видел уголок, где русскому рабочему живется сытно и хорошо работается, где около него имеются интеллигентные люди, которые ценят его, как силу нравственную, и как великолепное живое орудие производства».

* * *

В процессе становления фирмы А. Бари с 1880 по 1885 год взаимоотношения хозяина с рабочими складывались не всегда благоприятно для обеих сторон. В эти годы рабочие не получали от завода ни квартир, ни харчей. Работа начиналась в 6 утра и заканчивалась в 6 вечера, обед с 12 до 13 часов. (Возможна работа в две смены, как записано в архивных документах) Были жесткие разговоры и о сокращении рабочего дня, и о повышении зарплаты. Александр Вениаминович убедительно аргументировал свои отказы; «Пока труд наш недостаточно механизирован, этого делать нельзя – обанкротимся. Придет время, когда будут работать станки и приспособления, облегчающие труд рабочего, можно будет работать и по 8 часов, и зарплату увеличить, но для этого необходимо подготовить в России кадры инженерных работников, и много сил и средств вкладывать в обучение Вас, рабочих, и ваших детей».

Свое обещание А. Бари выполнял. С 1885 по 1905 год он вводил на котельном заводе множество прогрессивных начинаний:

• Улучшил условия труда – освещение, вентиляция, прогрессивная оснастка, бесплатная спецодежда и ее обработка в ретирадах, представлявших собой чистые емкости от шпалопропиточных установок. После работы рабочие загружали туда спецодежду, которая пропаривалась сухим перегретым паром и дезинфицировалась. Утром рабочие получали чистую спецодежду.

• Повысил зарплату на 10 %, установил 9-часовой рабочий день, а на тяжелых работах – 8-часовой.

• Дважды в год выплачивал всем рабочим и служащим дополнительную оплату за качество работы в размере месячного жалования.

• Обеспечил за счет фирмы питание рабочих и служащих. По воспоминаниям Евгении Александровны: «Когда я семь лет работала в школе для рабочих при котельном заводе, я не ела лучших щей и второго, чем то, что давалось рабочим. Вечером в столовой сестра Анна Александровна организовывала занятия с взрослыми рабочими».

• Регулярно выделял деньги на стипендию учащимся и ввел отпуска рабочим и служащим.

• Выплачивал пенсии по потере кормильца в размере полугодового заработка семьям умерших рабочих или служащих.

• Ввел обязательное страхование и участие всех рабочих и служащих в прибылях – от кухарки до главного инженера.

• Выделял авансы рабочим и служащим на строительство собственного жилья.

• Быстро продвигал по службе толковых и добросовестных сотрудников.

• При поступлении на работу не придавал решающего значения наличию диплома. Во время собеседования сам определял, какую работу можно доверить пришедшему специалисту.

• Заработную плату выплачивал еженедельно.

Многие его нововведения были не по вкусу другим заводчикам и фабрикантам, которые весной 1904 года обратились к московскому полицмейстеру Д. Ф. Трепову с просьбой санкционировать переход с 10-часового рабочего дня на 9-часовой. В обосновании говорилось, что на современных заводах длинный рабочий день становится тормозом в развитии промышленного производства. Люди к концу дня устают так, что идет брак. А вот у А. Бари 9-часовой рабочий день, и это оправдывается качеством работы, на что Д. Трепов отвечал: «Бари – американец, а Вы – чтобы не мутили воду». Московское охранное отделение в рапорте министру внутренних дел В. К. Плеве[43] характеризовало А. Бари как политически неблагонадежного. Ему ставили в упрек, что он создает неоправданно особые условия для рабочих. На что Александр Вениаминович отшучивался: «Я, видите ли, эгоист. Не могу спокойно есть,