Восхождение Примарха – 6 - Дмитрий Дубов

Кто-то вторгся в моё сознание. И я бы не потерпел этого ни в коем случае, если бы не осознание, что этот кто-то — близкий мне человек. Мой предок.

В моём сознании возник Антонио Сан-Донато.

— Кто ты, потомок? — грозно спросил он, явно держа наготове защитные заклинания, способные причинить мне такую боль, по сравнению с которыми порез ракушками покажется сущей ерундой. — Зачем ты ищешь запретные знания? — затем он, казалось, задумался и задал третий вопрос: — Почему в твоей крови я чувствую признаки разрушительной для эфира магии?

— Я — Никита Державин, — ответил я Антонио, причём сделал это вслух. Но дело в том, что и вопросы предка я слышал в том числе и ушами, это была весьма интересная магия. — Ваш потомок по матери, урождённой Донатовой. Магия во мне уже не разрушительна для эфира, я смог примирить и объединить две противоборствующие силы внутри себя так, чтобы они работали сообща. А знания… Знания мне нужны для защиты своей семьи, — и я воспроизвёл в мыслях воспоминания о Морране и договор с Радгаром и Араной об эвакуации. — Я — дитя двух ксеносов, и им грозит полное уничтожение. Поэтому мне нужны знания, как их защитить.

— Эти знания могут нести погибель многим и многим видам, — ответил на это Антонио и снова приготовился внимать мне.

Как я понял, это было что-то, очень похожее на согласие. И понял, что нахожусь на правильном пути.

— Я никогда не стану использовать полученные мною знания для нападения, а только для защиты, — повторил я, почти как мантру. — Мне нужно спасти множество людей и других существ. Для этого я хочу создать эфиросферу над другой планетой, чтобы защитить их. Тогда условия будут там такие же, как и тут.

— Что ж, — прогрохотал Антонио, и я сразу же почувствовал, что любая напряжённость со стороны его проекции пропала. — Я верю тебе, потомок. А потому пропущу тебя в свою святая святых, собственную библиотеку.

Пол под моими ногами исчез, и я провалился в темноту, окутавшую меня моментально.

* * *

Несмотря на близость моря, в библиотеке оказалось крайне сухо. Судя по всему, Сан-Донато расстарался с заклинаниями, когда прятал её. И вот пятьсот лет сюда не было доступа вообще ни для чего. Даже с воздухом тут было очень туго.

Первым делом я создал воздушную сферу вокруг собственной головы. Затем рукой нащупал тонкую лапу. И сделал такую же сферу для Штопора.

— Спасибо, — ответил тот, причём я даже не понял, где он это сказал, прямо в голове, или нет. — Так значительно лучше.

И следом я зажёг несколько светящихся шаров. Их тоже пришлось помещать в непроницаемые для воздуха сферы. Я не хотел, чтобы после стольких лет идеальной сохранности что-то пострадало из-за меня.

Библиотека оказалась просто огромной. Я мог бы бродить по ней годами, черпая знания о давно минувшей истории этого мира. По счастью, меня интересовала лишь узкая специфическая часть этой самой истории.

Я проходил между древних стеллажей, вырезанных прямо из породы, а затем хитро обработанных магией, и прислушивался к тому, что скажет моя эфирная натура. Что именно ей тут близко.

Именно так я и вышел к стене, на которой висело несколько карт разного размера. Меня привлекла самая большая из них, которая была выше меня в высоту и около четырёх метров в длину. На ней были отмечены континенты почти такие же, как сейчас, лишь с незначительными отличиями. А стрелками между ними были обозначены… сначала я подумал, что это течения, но мои знания несколько противоречили тому, что я увидел.

Карта была, естественно, на итальянском, который я не знал. «Эх, — подумал я, — как не хватает Архоса». Который в любую минуту был готов прийти на помощь. В данной ситуации он обязательно едко пошутил бы надо мной, что я такой сякой забыл, каким магическим потенциалом обладаю.

Стойте-ка! А ведь и правда.

Я сосредоточился на итальянском языке и призвал к себе некую лингвистическую фею. Мне так было проще представлять.

Итог поражал: через несколько минут я уже мог свободно читать по-итальянски и понимать написанное.

Оказалось, что стрелками на карте обозначались совсем не течения, а эфирные потоки. И под каждым стояли какие-то цифры. Мол, читай: «д. АС-1, стр. 67».

Тут для расшифровки уже понадобилось воспользоваться эфиром. Итак, дневники Антонио Сан-Донато, первая часть, страница шестьдесят семь. «Ага, теперь всё понятно», — улыбнулся я сам себе.

Сзади цокал Штопор, разглядывая разные закоулки. Вообще-то передвигался он практически бесшумно, но было настолько тихо, что я слышал собственное дыхание и шаги фамильяра.

Осмотревшись, я обратил внимание на сложенные тетради, отличавшиеся от других книг. Я сразу понял, что это именно то, что мне надо, потому что видел такие. Маврокордато, видимо, давным-давно позаимствовал одну из этих тетрадей для своего собственного дневника.

Я открыл первую страницу и понял, что пропал.

«Что есть эфир? Спрашиваем мы себя, — сходу начинал Антонио. — Подобен ли он воздуху, которым мы дышим, или воде, которую пьём?»

* * *

"Многие, если не все, считают, что эфир — некая сущность, дарованная нам богами. В целом, возможно, это и так, но вот дальше мнения различных адептов расходятся.

Большинство считает, что эфир есть некое поле, что одинаково во всех точках нашей земли. Данное мнение укрепляется, в частности, и тем, что во всех странах где живут или бывали маги эфира, всюду они могли колдовать с одной и той же эффективностью, нигде не испытывая затруднений.

Но в некоторых древних манускриптах говорится о потоках изначальной энергии. То есть налицо наблюдение прародителями некоего распространения эфира отдельными массами.

Чтобы было наглядней, это можно сравнить с грозовыми тучами на небе или течениями в океане, где в толще воды некоторые потоки движутся в чётко заданном направлении.

И тогда я решил провести свои наблюдения. Я выбрал несколько точек в Италии и провёл несколько дней в каждой из них, тратя время, в основном, лишь на наблюдения за эфиром.

Первое время мне это ничего не давало. Я сменил уже три из пяти наблюдательных пунктов, но не заметил ничего хоть близко похожее на движение эфирных масс. Признаться честно, я стал даже отчаиваться и полагать, что мои догадки могут быть неверны.

Но на четвёртой выбранной мною точке в Трапани мне повезло. Я сидел на небольшой возвышенности и взирал на