Полуночная земля - Евгений Шпунт

Королева покачала головой.

— Что ж, Эмрису следовало аккуратнее выбирать слова.

— Он не имел права давать такое обещание, — возразил лорд Эмерик. — Ваше Величество, сокровищами двора может распоряжаться только его правитель, то есть вы. Слова моего сына не имели силы.

— И как глава двора Эйл я присуждаю меч человеку. Пожелает он принять его или вернуть нам — его решение. Это все. Вы можете идти.

Наместник молча поклонился. Его отпрыск возмущенно пискнул что-то, и тогда он, обернувшись, влепил Эмрису такую оплеуху, что того отнесло на несколько шагов.

— Светлая луна… Как же давно я мечтал это сделать, — пробормотал лорд Эмерик.

В комнате в дальнем крыле дворца, которую выделили Мартину, было прохладно и полутемно, в воздухе висел еле заметный запах трав — наверное, какие-то снадобья, подумала Леу. Едва покинув зал и немного отдышавшись, она поспешила было сюда, но ее перехватила Армайд,

— Я же говорила, королева не даст тебя в обиду, — тепло улыбаясь сказала она и попросила прощения за то, что не навещала Леу с момента ее возвращения в город.

— Ее Величество приказала, чтобы, пока она разбирается в произошедшем, ни к тебе, ни к Эмрису никто не входил, — объяснила Армайд. — А уж я и Каэрден тем более, мы ведь почти все время были с тобой и Мартином. Нас королева расспрашивала особенно тщательно… ну да ладно, главное, что все позади. Я так рада!

Потом она спохватилась — «ты же, наверное, хочешь проведать своего друга?» — и отпустила Леу, и сейчас та сидела у кровати Мартина. Он все еще был без сознания, но Леу все равно разговаривала с ним — рассказала, что фаэйри, которая встретилась ей в горах, оказалась самой королевой, о том, что только что произошло в тронном зале,

— Она приказала отдать меч тебе. Ты же мечтал стать рыцарем, помнишь? Теперь у тебя будет собственное оружие. Каэрден научит тебя как следует обращаться с ним, и тогда… — Леу на миг замолчала, покачала головой и тихонько рассмеялась. — Я чепуху несу, да? Главное, приходи в себя.

Она убрала прядь волос с лица Мартина.

— У тебя губы пересохли. — Леу набрала воды из стоящего на круглом столике у окна кувшина, смочила ему губы и аккуратно обтерла щеки и лоб. Раны, которые оставил своим клинком Эмрис, только-только стали подживать.

— Теперь все будет хорошо. И… и не забивай себе голову этим своим «ты же фаэйри, а я человек, я не буду жить вечно». Мы что-нибудь придумаем, ты только очнись поскорей. Хорошо? За ее спиной тихо скрипнула дверь.

— Я, кажется, не вовремя, — сказала Морана. Леу растерялась, первые несколько мгновений не знала, что сказать. Потом покачала головой:

— Заходи, конечно. Просто я…

— Не понимаешь, что я здесь делаю? — едва заметно приподняла уголки губ та. Морана подошла, мягко, неслышно, остановилась около кровати. — Прости. У меня в мыслях нет ничего дурного. Последние несколько дней я приходила, чтобы убедиться, что Мартин в безопасности. И, когда очнется, поблагодарить его.

— Ты? Это я должна благодарить тебя за то, что помогла нам сбежать. — возразила Леу.

— Нет-нет. Я в долгу перед ним. Видишь ли, отцу не очень понравилось смотреть, как Эмрис проиграл в поединке, барахтался на земле и звал на помощь, как он потом пытался воззвать к луне и не получил ответа. А уж когда он напал на Мартина со спины уже после того, как бой был окончен… — она усмехнулась. — Отец решил, что наш с Эмрисом союз теперь принесет двору Балар больше вреда, чем пользы. Лорд Эмерик даже не особо протестовал,,, Так или иначе, самое меньшее, что я могу сделать для Мартина — это охранять его, пока он без сознания.

Морана положила руку на рукоять длинного узкого меча у нее на поясе и добавила:

— Ты, может быть, удивишься, но у моего бывшего друга есть несколько приятелей. А еще он богат и может заплатить кому-нибудь из дворцовой стражи. Я просто хочу быть уверенной, что с Мартином ничего не случится. Если… если хочешь, я могу постоять снаружи.

— Что? Конечно нет! Оставайся!

В комнате повисла тишина. Леу посматривала на фаэйри в черном, не зная, что сказать, а та задумчиво глядела на Мартина.

— Я слышала, Ее Величество вступилась за тебя, — наконец проговорила Морана. — И больше тебе ничего не грозит.

Она кивнула.

— Хорошо. Я рада за тебя. Наверное… наверное, даже немного завидую.

— Завидуешь? — Леу недоуменно взглянула на нее, и вдруг и увидела, как меняется невозмутимое лицо фаэйри. Рот чуть приоткрылся, глаза широко распахнулись, Морана даже шагнула назад, словно в удивлении или страхе. Леу проследила за ее взглядом.,.

Мартин приподнялся на локте, другой рукой убирая падающие на лицо волосы.

— Леу…

В его глазах, раньше серо-голубых, а теперь ярко-синих, вспыхивали радостные искры.

Берега

Что, вот так это все и кончится? Да нет. Это было бы глупо. Просто глупо. Погибнуть, даже не сойдя на берег? Или сойдя и тут же попав под арбалетный болт или удар меча или копья? Да нет, конечно. Луна не допустит. Особенно после того, как…

После того как Мартин открыл глаза, поднялся страшный переполох. В комнату вбегали все новые и новые придворные, говорили все вместе и очень громко. Леу тут же потеряла из виду Морану и самого Мартина; растерянная, сбитая с толку, она была готова запаниковать — и запаниковала, когда ее бесцеремонно выставили в коридор и захлопнули дверь перед самым носом. Тут же прибежали двое стражников, встали по обе стороны от двери и вежливо, но твердо пресекали все попытки Леу даже приблизиться. Она совсем было отчаялась, когда к ней вышла Армайд.

— Пойдем-ка, — она взяла