Учитель из моих кошмаров - Дина Дэ

— Вита…

От тихого голоса непослушное тело покрылось мурашками.

Это он.

— Малыш, ты слышишь меня?

Хриплый голос срывался от волнения, а горячие руки лихорадочно касались моего лица.

С неимоверным трудом я подняла тяжелые веки и посмотрела в пылающие серые глаза.

Руслан.

Любимый.

Родной.

— Я соскучился, — дрожащая мальчишеская ухмылка поразила в самое сердце.

Я всхлипнула, чувствуя, как тепло стремительно разливается по моим высохшим венам.

Все это время Руслан был рядом.

И только благодаря ему я окончательно не провалилась во тьму.

Я попыталась что-то сказать, но губы не слушались меня.

Я хотела подняться и обнять Руслана, но не сдвинулась ни на миллиметр.

Проклятое тело!

Я беспомощно смотрела в глаза любимого и сходила с ума от распирающего меня чувства.

Прерывисто выдохнув, Руслан погладил меня по щеке и, наклонившись, поцеловал в губы с такой мягкостью и нежностью, что все мои страхи и боль отступили куда-то далеко.

— Учти, Аронова, больше ты от меня не сбежишь, — прошептал он, не сводя с меня сумасшедше красивых глаз. — Я стану твоей тенью — и днем, и ночью. Поэтому готовься, малыш.

Мои губы дрогнули в еле заметной улыбке.

Еще пару недель назад я бы показала своему преподавателю смачный фак и послала бы его прямой дорожкой в деканат. А теперь…

А теперь я была счастлива.

Сверкая глазами, Руслан снова прильнул к моим губам.

В этот раз его ласки были более уверенными и чувственными.

И зима в моей застывшей груди сменилась расцветающей весной.

Покрываясь мурашками от поцелуев и поглаживаний своего мужчины, я не сразу поняла, когда в палату ворвался врач в белом халате и буквально за шкирку оторвал от меня Горецкого.

— Ты что здесь устроил? — взревел мужчина, толкая Руса в грудь. — Она же в коме, придурок!

Мой пульс участился.

Дело ведь не дойдет до драки?

Но Руслан широко улыбнулся и заговорщически подмигнул мне.

— Она пришла в себя, док, — хмыкнул он. — Поэтому отключайте свои проводочки и возвращайте мне мою девочку. У нас слишком много дел.

— Это каких это? — хмуро поинтересовался врач, подходя к кровати и окидывая меня профессиональным взглядом.

— Ну для начала Вита переедет ко мне, — медленно проговорил Руслан, глядя мне прямо в глаза. — А потом мы досрочно сдадим сессию и полетим к океану на медовый месяц, чтобы вплотную заняться продолжением рода.

Мужчина в белом халате хмыкнул.

— Планы, конечно, потрясающие, — пробормотал он, осторожно вынимая катетер из моей вены. — Но сейчас, будь добр, свали отсюда, чтобы я смог сделать свою работу и вылечить твою девчонку.

Руслан, не сводя с меня сияющего взгляда, кивнул.

— Хорошо. Я буду за дверью. Если нужна будет помощь, зови. Я услышу.

— Госсссподи, — закатил глаза склонившийся надо мной врач. — Скройся уже, пока девушка не передумала быть с тобой.

Подмигнув мне, Горецкий отступил к двери.

А я, ощущая как внутри меня подобно шампанскому пузырится счастье, приглушенно хихикнула.

Несмотря на боль и слабость, еще никогда я не чувствовала себя так легко и свободно как сейчас.

Я побывала во тьме. И вернулась.

И мгла внутри меня начала постепенно рассеиваться, уступая место зарождающемуся свету. Который разгорался еще ярче, когда Руслан смотрел на меня влюбленными глазами и улыбался своей невозможной улыбкой.

Мой диагноз был неутешителен.

Я по уши влюбилась в своего учителя.

Эпилог (вторая версия)

Виталина

— Олежка! — крикнул Баха, подкрадываясь к своему другу с огромным снежком в руке.

— Чё? — шмыгнув носом, развернулся Олег. И тут же получил снежным комом прямо в лоб.

— Через плечо! — раскатисто расхохотался Баха. — Совсем расслабился, старый. Реакции вообще никакой!

— Ах ты козлина бородатая! — задохнулся от возмущения Олег и, отложив шампур с шашлыком, бросился на друга.

Пыхтя, мужчины с глухим стуком упали на деревяный пол, устраивая борьбу без правил прямо на террасе дачи, где мы собрались, чтобы отметить Новый год.

Рассмеявшись, я схватила за кофту находившуюся в опасной близости от неугомонной парочки Эвелину и резко потянула на себя.

— Эви, держи ухо в остро, — со смехом выдохнула я, обнимая девушку за плечи. — Иначе эти двое быстро втянут тебя в какую-нибудь авантюру.

— Не слушай ее, Эви! — ловко уворачиваясь от смертельного захвата, выкрикнул Олег. — За нами как за каменной стеной!

— Штаны подтяни лучше, кремень, — хохотнул Баха, хватая Олега за ногу и с азартом тяня на себя. — А то Рус тебя заживо закопает за неподобающее поведение.

— Рус меня любит и принимает таким, какой я есть! — патетично заявил Олег, натягивая джинсы повыше и ногой отбрыкиваясь от Бахи.

— Звучит, как хороший тост, — с улыбкой заметил Алекс, протягивая нам с Эвелиной по бокалу вина.

Одобрительно переглянувшись, мы взяли напитки.

— За любовь и принятие себя? — подытожила Эви, поднимая бокал.

— Отличный тост, — улыбнулся Алекс, не сводя с девушки влюбленного взгляда.

У меня перехватило дыхание.

Уже прошло два месяца, как Алекс начал встречаться с племянницей Горецкого. А я до сих пор не могла наглядеться на их счастливые лица.

— За что пьем? — раздался за спиной мужской голос, и я моментально покрылась мурашками.

— Рус, они без нас за любовь пьют! — пожаловался Баха, поднимаясь с пола и подавая руку Олегу. — Совсем молодежь оборзела.

Тихий смех коснулся моих волос.

— Как же вы могли забыть про наших главных купидонов? — протянул Руслан, заключая меня в крепкие объятия и скользя губами по мочке уха.

Я зажмурилась, кайфуя от бабочек в животе.

— Вот-вот! — хмыкнул Олег, поправляя одежду после жаркой схватки и подходя к столу. — И вообще через двадцать минут уже наступит Новый год, так что давайте проводим Старый! Разливай, Кирилл.

Нежась в руках Руслана, я посмотрела на его старшего брата. Пару неделей назад он вслед за дочкой прилетел к нам из Канады на зимние каникулы. И если с Эви я подружилась еще два месяца назад в момент нашего первого знакомства, то с ее отцом все было не так просто.

Я прекрасно помнила, какую подляну ему устроила, и мне казалось, что Кирилл будет ненавидеть меня до конца жизни. Поначалу я была в таком диком зажиме, что не могла ему даже в глаза взглянуть.

Но Руслан быстро помог нам расставить точки над «и». Он посадил нас на кухне напротив друг друга, налил по стопке коньяка и ушел, закрыв дверь на замок. Волей неволей нам пришлось откровенно поговорить.

И я была поражена в самое сердце, когда Кирилл признался, что никогда не держал на меня зла. Он прекрасно понимал, что отец основательно