Один из ста - Лев Храбров

Эльф обвел взглядом своих товарищей, никто не возразил.

— Я - Рейнделл, авантюрист шестого ранга. Специализируюсь на ловушках, взломах замков и поиске тайников, также являюсь лидером данной группы.

– Торин, тоже шестиранговый, — с недовольным лицом представился гном.

Напротив них спиной ко мне сидели еще двое в кожаных доспехах — мужчина с очень темной кожей, черными кучерявыми волосами и широким носом и девушка с короткой стрижкой, из-за которой я сперва принял ее за парня. Оба внимательно смотрели в свои тарелки, не поднимая на меня глаз.

— Это Намар и Джулия, имеют пятый ранг. Намар — следопыт, а Джулия воин прикрытия, — представил Рейнделл сладкую парочку.

– Рик, маг второго ранга. — скромно отрекомендовался я.

Присев за стол своих новых знакомых и заказав у пробегавшей мимо официантки завтрак, я подключился к обсуждению предстоящего похода в данж. Эльф поинтересовался, какими печатями я владею, и сильно удивился, узнав, что я не специализируюсь на каком-то одном виде магии. По его словам, группа отправляется добывать синие кристаллы в пещере кобольдов, которых он охарактеризовал, как слабых противников, соответственно задание не предвещало сложностей.

После завтрака мы арендовали запряженную двумя лошадьми повозку, куда забросили инструменты, рюкзаки и походную утварь. Эльф сел на место кучера, остальные разместились по краям на кривых лавках. Свой рюкзак я скидывать не стал, так как он плотно прилегал к спине и смягчал соприкосновение со стенками повозки.

После часа молчаливой езды по ухабистой дороге, когда наши внутренности порядком растрясло, гному стало скучно.

— Слышь, парень, Рейнделл сказал, ты пришлый, это правда?

— Что значит «пришлый»?

— Из другого мира, — уточнил гном.

— А это имеет значение? — я повернулся в его сторону. — Наверное, тут много таких.

— Ну, не совсем, — гном погладил свою бороду. — В нашей группе из пришлых только Намар.

Темнокожий, сидевший напротив меня, смотрел куда-то в пустоту перед собой и делал вид, что не слушает наш диалог.

— Намар, а ты откуда?

— Неважно, мой мир погиб.

Он продолжил рассматривать холмы за моей спиной.

— А ты сам откуда? — продолжал приставать ко мне гном.

— Из Мурасада.

— Бывал я там. Скажу прямо, парень, ты мне не нравишься. Одет странно, молодой, а уже маг, ведешь себя так самоуверенно, как будто у тебя уже десять рангов, ну и кроме всего прочего за тебя почему-то просит Рая. Подозрительно все это. Может тебя не случайно нам завязали?

— Не цепляйся к парню, Торин! Лучше объясни ему, что нас ждет в пещере и чего стоит опасаться, — крикнул с облучка эльф.

Гном недовольно заёрзал на месте, но не посмел ослушаться командира. Инструктаж начался с вопроса, приходилось ли мне раньше сталкиваться с кобольдами. Я честно признался, что даже не представляю, как они выглядят.

По описанию Торина. кобольды были вонючими и противными тварями небольшого размера. Они любили устраивать засады в своей темной пещере, где их трудно заметить, поэтому мне рекомендовалось всегда быть начеку. За кристаллами предстояло спуститься на третий ярус пещеры, там находилось основное жилье кобольдов.

– Готовься, драться нам придётся часто, — гном грозно сдвинул брови.

— Огонь их берет?

— Их всё берет, проблема в другом, парень. Порой их они вообще теряют страх и безостановочно прут лавиной, как будто их кто-то гонит на смерть. Мы так и называем это — «дикий гон». Так что, если Рейнделл прикажет отступать, не геройствуй, беги со всех ног.

Дальше путь мы продолжили молча. Гном потерял интерес к моей персоне, а мои попытки разговорить Джулию закончились ничем. Как только я начинал беседу, она тут же отворачивалась.

Солнце клонилось к закату, горы, к которым лежал наш путь, были уже близко. Рейнделл свернул с дороги в лес, и мы остановились у небольшого озерца, чтобы разбить лагерь.

Меня отправили за дровами, остальные в это время разгружали палатки и прочую походную утварь. Когда я натаскал толстых веток, гном указал, куда их сложить, и со словами «надо размяться», принялся рубить их своим топором. Намар и Джулия, уже успели набрать воды и чистили овощи.

Спустя полтора часа, сидя вокруг костра тесной компанией, мы поглощали восхитительное горячее рагу. Рейнделл расписал время дежурств для каждого, и народ разошелся по палаткам. У костра остались только эльф и я, которому выпало дежурить первым.

Слушая, как фыркают пасущиеся неподалеку лошади, и наблюдая за закатом, я пытался понять, чего хочет от меня обитель. Каждый раз, попадая в новый мир, я бродил по нему без конкретной цели, пока она не решала, что я прошел все вéдомые только ей испытания.

— Люблю закат, Ария в это время всегда прекрасна, – тихо вздохнул Рэйнделл. – Послушай, Рик. Торин хороший боец и верный друг, всегда готовый подставить плечо в трудную минуту. Не обижайся на него.

— И не думал, не бери в голову, — я перевел взгляд с заката на задумчивое лицо эльфа. — Скажи лучше, почему Джулия всегда молчит? Да и из Намара тоже слова не вытянешь.

— Джулия долго привыкает к новым людям, а Намар скиталец из погибшего мира. Боль утраты до сих пор не покинула его. Главное, что они оба умелые и надежные.

Мы проговорили на отвлеченные темы до глубокой ночи. Рейнделл рассказал мне о местном мире, как появились данжи, и как все расы, прекратив междоусобные войны, сплотились перед лицом общего врага. Потом появились гильдии авантюристов, в которые начали вступать пришельцы из других миров. Так местные жители узнали, что они не одни во Вселенной.

За время нашей беседы я пару раз с дозором обошел лагерь. Все было спокойно. Наконец время моего дежурства истекло, и Рейнделл отправил меня спать, подняв на замену гнома.

Разбудили меня, когда солнце стояло уже высоко, а вся наша группа собралась на завтрак. Быстренько перекусив, мы собрали вещи и продолжили путь.

Глава 23

Прилегающая к данжу местность меня, мягко говоря, удивила. Я ожидал увидеть что-то вроде безлюдной лишенной растительности предупредительной полосы с дозорными вышками и колючей оградой, а вместо этого нас встретил оживленный рынок, где продавалось все, что угодно — от свежих фруктов до доспехов и оружия.

Покупателей было немного, но шума от их споров с торговцами, разложившими свой товар на грубо сколоченных лавках, создавалось как от многоголосой толпы. Подивившись увиденному, я спросил