Собиратель стихий 2. Теперь я имба - Алекс Руз

— Месяца два назад познакомились… — кротко отвечала Мила. Ей было не по себе. — Я перееду к сестре в ближайшее время! — выпалила та на нервах.

— Значит я угадала, — улыбнулась Ольга, — вы не просто друзья.

— Наша деревня сгорела. Нам негде просто жить. Как сможем тут же переедем. Я не стану мешать…

— Да ладно тебе, — встала Ольга с земли и отряхнула подол платья. — Оставайся. И да, не надо так нервничать я не кусаюсь, — подала она руку Миле.

— Хорошо, — кивнула та и протянула Ольге руку.

— Давай лучше решим со Степаном, — потянула Ольга руку Милы и посмотрела на землянку.

— Угу, — кивнула Мила и уверенным шагом пошла к Степану.

Дверь оказалась закрыта и той пришлось стучать в окошко. Но никто не откликнулся. Посмотрев в окно, Мила увидела бездыханное тело. С перепугу она разбила окно и прыгнула прямо к кровати.

— Твою ж морковь! — резко открыл глаза Степан.

— ААААААА! — завопила Мила.

— АААААААААА! — испугалась Ольга, старающаяся залезть в окно, но от возгласа Милы та свалилась на землю.

— Я…я…я думала вы мертвы, — пыталась отдышаться Мила.

— Не дождутся, кхе-кхе. А ты, — показал тот на Милу, — ты… ты… ты заяц⁈

— Из березовки, — начала толчить растения Мила в посуде Степана. — Мы потом с сестрой в заовражье переехали. Слышали, наверное, что березовку сожгли, мы тогда еле сбежали с сестрой… — Мила посмотрела за плечо. — А вы дедуль сами откуда?

— Из Сосновки я… — пытался встать Степан с кровати.

— Сиди дедуль, сейчас я тебя на пою отваром.

— А вот и я, — с улыбкой забралась Ольга.

— А тебя никто не звал! Кыш от седова. И стекло мне вставь!

— Так стекло же я разбила, — недопонимающее сказала Мила.

— Так они ж сами твердят, что землянка на их земле стоит, им и чинить, — бурчал Степан.

— Не хорошо таким быть, — подошла Мила и села около него. Она всунула ему в рот кашицу из трав, — они вам кров дают, работу, деньги платят. К вам по доброму относятся, а вы чего⁈ Зачем им грубите? Алексей Павлович знаете какой человек хороший⁈ Он деревню нашу спас от бандитов! Всех — всех одолел. Если бы не он половина бы в бордели определили, а остальных в каменоломнях до смерти загоняли бы. А сейчас знаете, что было? Нас с сестрой в рабы взяли, клеймить хотели и богатеем на развлечения отдать, а Алексей Павлович нас снова спас. И семью мою обещал найти… — начала Мила говорить бодро, но к концу начала плакать навзрыд.

Ольга, смотрящая на нее, тоже разревелась, подошла к кровати и обняла Милу. Степан дожёвывающий кашицу обнял обоих девчонок и начал их гладить по спинам.

— Я слышал крик! Что у вас тут⁈ — запрыгнул в разбитое окно Романов и опешил от происходящего.

— Лешка ты у меня такой хороший! — сквозь слезы сказал Ольга и кинулась ему на грудь.

— Да вы чего тут все⁈

Степан еле встал и направился к Алексею волоча за собой ноги. Он подошел ближе и кивнул головой.

— Алексей Павлович, вы позволите работать на вас?

* * *

Чего? А не я ли его уже месяц уговариваю, а тут он сам соблаговолил⁈

Девчонки еще тут ревут, аж голова загудела.

— Так! А ну успокоились все! Оля иди в дом. Мила, ты хотела вроде отвар приготовить, так давай готовь. А вы Степан, — посмотрел я на зайца, хотел было высказать все, да не та обстановка, — подлечитесь и приступайте к работе. Алена вам поесть приносить будет, пока болеете, а потом в доме есть будете.

— Как скажите. Вы уж девчушку то не загоняйте, хорошая она… — погладил Степан Милу.

— Она гость, не прислуга… Почему всем приходиться это объяснять⁈

— Мне не приходиться, я все и так поняла, — лукаво посмотрела на меня Ольга и взяла под руку. — Ты устал, наверное, пойдем, отдохнешь.

Мы пошли в дом. Ольга решила сделать мне ванну, очень кстати. Пока она хлопотала я решил снять с себя грязную одежду и долго решал в стирку или выкинуть…

Разделся стук и тут же открылась дверь.

— А где мне можно расположиться? — зашла Мила и покраснела, как будто первый раз меня голого видит. Закрыла глаза ушками и встала как вкопанная.

— Выбирай любую комнату, кроме этой, разумеется.

— Угу, — кивнула та и начала выходить из комнаты.

— Ты чего это такая красная, — услышал я из коридора Олин голос. — А, — заглянула та в комнату. — А я думала, да не важно. Ванна готова. А это что у тебя в руках.

— Да вот думаю выкидывать или Аленки отдать чтобы зашила.

— Пожалей ее руки, выкидывай конечно! — бросила на пол мою одежду Ольга.

— Такими темпами у меня и одежды не останется…

— Я уже распорядилась, что бы тебе сшили новую, — гордо сказала Ольга.

— И что же ты заказала? — главное, чтобы не то помпезное шмотье, в котором любят ходить ее братья.

— Я хотела нашему портному заказ сделать, но Аленка сказала, что у тебя строгие критерии и взяла все на себя, — лукаво посмотрела на меня жена.

— Фух, это хорошо… — выдохнул я. — Алена знает, что мне нужно.

— Романов, ты еще тот сердцеед, — подмигивая сказала Ольга, — идем.

* * *

— Остыла уже? — спросила Ольга, сидящая у ванны.

— Немного.

Она опустила палец в воду и начала им крутить в воде, и та заметно нагрелась.

— Благодарю. Повторю… Может ко мне?

— Сначала отмокни и отмойся, а потом посмотрим.

— Как скажешь, — улыбнулся я.

Ольга встала и забрала волосы в пучок. Затем развернулась и села на небольшую скамейку у стены.

— Ты правда обещал найти родственников Милы? — с толикой грусти сказала жена.

— Ого, вы уже успели об этом поговорить… Видимо подружились.

— Она обмолвилась просто. Поэтому ты так взялся за Радонежского?

— Он мелкая сошка… Но я считаю его все же стоит наказать за его дела.

—