Хозяйка заброшенной сыроварни - Саша Блик

— Кстати, я вас искала! — оборвала я дальнейшие расспросы. — У меня к вам дело есть.

— Какое? — подозрительно уточнила тощая нечисть.

— Важное, — отрезала я. И, обведя их максимально серьёзным взглядом, пояснила: — Поскольку вы теперь нечисть домашняя, можно сказать, домовые, — на этих словах глаза парочки радостно загорелись, — то вам нужны имена.

— Имена?.. — заворожённо пробормотал бородач.

— И как ты нас назовёшь? — уточнила тощая.

А я растерялась. Потому что, откровенно говоря, настолько далеко я этот разговор не продумывала.

— А как вы хотели бы называться? — уточнила я осторожно.

И по выражениям лиц нечисти догадалась, что они тоже настолько далеко не думали. А ведь мне почему-то казалось, что после моего предложения они наперебой начнут предлагать варианты имён… Ну а я уже, если что, помогу выбрать.

Увы, на деле всё вышло иначе.

— Я знаю, я знаю! — встрял Марик. — Надо назвать вас… скажем, ты будешь Злыднем, — он ткнул в бородача, — а ты Страхолюдиной, — закончил он, указав на тонкую.

Я покачала головой и отвела его руку.

— Так не пойдёт. Во-первых, обращайся на вы к тем, кто старше тебя…

— Не надо на вы, — встрял бородач. — Да мы ж не люди даже.

Однако во взгляде проскользнула благодарность. Я украдкой улыбнулась.

— Хорошо, значит на ты. Но тыкать пальцем всё равно не вежливо. — Я с укором посмотрела на Марика. — И давай всё-таки не будем мешать людям… в смысле, нечисти, думать. И, на всякий случай: Злыдень и Страхолюдина точно не вариант.

— Почему? — удивился парень.

Я покачала головой.

— Ну ты сам подумай. Тебе самому приятно было бы, если бы тебя называли Злыднем?

Марик озадаченно почесал грязный затылок.

— Мне – нет. Но они ж нечисть…

На это я только глаза закатила. Нечисть-не нечисть, а доброе слово и кошке приятно. И оскорблять своих домочадцев я не позволю.

Кинув на Марика выразительный взгляд, я повернулась к пока безымянной парочке.

— Предлагаю вам подумать до вечера. Если ничего не придёт в голову, попытаемся решить вместе.

Я развернулась, собираясь пойти в кладовую за молоком. Но меня остановил голос тонкой нечисти:

— А ты бы как назвала нас, хозяюшка?

Я пожала плечами.

— Мне, в целом всё равно, как вас будут звать. Хоть Биба и Боба. Главное – чтобы я могла вас различать.

— Биба… — благоговейно прошептала нечисть. — Это… так утончённо звучит.

— А я тогда Боба, — подтвердил бородач. — Звучит солидно. Мне нравится.

Этого ещё не хватало!

17-3

Я нервно хихикнула. Я ведь просто для примера назвала эти имена. А они…

— Может, всё-таки подумаете до вечера? — осторожно предложила я. — выберете что-то другое?

— Ну уж нет! — возмутилась тощая. — Ты сказала, можно выбирать всё, что захочется. Мне нравится Биба!

Бородач веско кивнул. А я… не стала я с ними спорить. Ну Биба и Биба, подумаешь. Главное их теперь не перепутать с Бобой.

Ещё раз хихикнув, я всё-таки пошла в кладовую за молоком. В конце концов, мои новые помощники исправно выполняли свои обязательства. Пришло время и мне выполнить свои.

Первым делом я попросила нечисть разогреть угли, на которых они готовили кашу. А пока новый костерок разгорался, осторожно сняла сметану – пригодится.

И задумалась. Варить творог в горшке мне пока не приходилось. С другой стороны, и кашу я до недавнего времени варила только в кастрюлях. И ничего, получилось же.

И всё же…

— Мне нужен котелок, — попросила я, когда в кухню заглянула Биба. — Или кастрюлька, хотя бы литра на три. Вы, случайно не видели?..

— А как же, видели! — засуетилась она. — Видели, хозяюшка!!! С кухни-то всё растащили, окаянные, а домик-то припрятал. Там и котелки, и кастрюльки – самых разных размеров.

Я вспомнила, как старательно сыроварня скрывала вход в кладовую, и внутренне усмехнулась. Видимо, именно по этой причине первый этаж выглядел так, словно тут всё растащили на сувениры, а второй совершенно не пострадал. Хотя, казалось бы, именно там находилось всё самое ценное.

Но, видимо, сыроварня неплохо так держала оборону, пряча входы и выходы… Интересно, сколько ещё тайных комнаток может обнаружиться здесь в ближайшее время.

— Несите, — решила я. — И, если получится, то ещё принесите лопаточку. И сковороду с толстым дном.

Как ни крути, а жизнь определённо налаживалась.

Спустя полчаса я расположилась у небольшого костерка, в тени, неподалёку от крыльца. Уже привычно пристроила в центр костра плоский камень и, подумав, застегнула на шее родовой кулон. Почему-то в этом деле мне было очень важно чувствовать эмоции сыроварни.

Увы, кроме этих эмоций (любопытство, одобрение и совершенно искреннее счастье), до меня тут же донеслось громкое ворчание.

— Продукт только переводишь. Как ты позволила молоку скиснуть? Охлаждающее заклинание – и дело с концом.

Ну да, конечно. Как это я сама не догадалась. Всего-то и надо было накинуть на горшок охлаждающее заклинание. Которого я, кстати, не знала. Мелисса – возможно. Но не я.

— Будешь гундеть – сниму кулон, — пригрозила я.

Призрак тут же замолчал (хотя глазами сверкал всё так же яростно). Я же занялась делом.

Прежде всего мне предстояло сварить творог. Вроде бы, задача несложная. Однако до сих пор я это делала исключительно дома (вернее, в деревне у бабушки), на специально оборудованной плите. А тут – костёр, свежий воздух и коза-демон поблизости бегает.

Впрочем, нечисть порадовала: кроме кастрюли на три литра притащила ещё одну, побольше. А значит, я вполне могла использовать водяную баню вместо открытого огня. С ней проще контролировать и поддерживать нужную температуру. Опять же, ничего не пригорит. Одни плюсы.

Увы, воды после вчерашнего осталось мало. Однако мне и требовалось всего ничего.