Апология церковной веры - Тимофей Алферов

Но есть и другое. До какого-то времени есть еще и у них шанс измениться. Небожители прилагают все усилия, чтобы убедить своих несчастных родственников… Чуть не написал привычное: “покаяться”, но, конечно, это не так. Говорить им о покаянии еще очень-очень рано. Им надо как-то суметь простить Бога. Да и это еще рано. Прежде нужно хотя бы примириться с реальностью, воспринять ее, как она есть, а не через призму своих безумных страстей и фантазий.

Итак, у Льюиса Бог и не наказывает с внешней стороны, и продолжает трудиться над вразумлением грешников. Однако при этом выясняется, что лишь очень немногие из пассажиров адского автобуса желали бы остаться в преддвериях рая и научиться там жить и дышать. Почти всех утягивает обратно постылый, но привычный серый город. И описано это настолько психологически достоверно, что исход представляется совершенно однозначным. Люди эти, действительно, не довольны тем новым Царством, в которое попали, недовольны его насельниками, недовольны его Хозяином. Не могу воздержаться от цитаты на закуску:

“ – Я ненавижу твою веру… Ненавижу твоего Бога… Я его презираю. Я верю в Бога любви”, – так восклицает в угаре обиженная мама, доставшая своего несчастного сына на земле неумеренной опекой и сделавшаяся настоящим домашним тираном.

Вот итог отнюдь не безбожной и не революционной жизни. А просто жизни по своим страстям. Кто из нас застрахован от такого исхода?

Радикальный христианин

Не стану перебирать персонажей Льюиса, кратко обозначу пунктиром тех, кого у него нет. Либеральный богослов у него есть, а радикального нет. Причем мысль, выраженная в только что приведенной цитате писателя, очень правдоподобная. Даже перед лицом Христа некоторые верующие в Него вполне способны не поверить Ему, реальному, а искать другого вместо Него, сочиненного фантазией.

Вот ревностный христианин, допустим, православный. Он четко знает, что еретик не спасется, потому что еретик – это богохульник, а такой спастись не может. Кроме православных, все прочие глаголемые христиане суть еретики. Да и из так называемых православных тоже половина.

И вот пред ним раскрывается небесная трапеза, за которой он узнает некоторых еретиков, знакомых ему лично. Там баптист сидит, здесь католик – ужас! Бесовское экуменическое наваждение! Встает вдруг пред ним ангел и говорит нашему ревнителю:

– Все здесь правильно, успокойся. Такова воля Господа. Он пролил кровь за тебя и за них. Он страдал, чтобы собрать вас за этой самой трапезой!

А ревнитель прекрасно помнит апостольское и отеческое предостережение, что сатана может принимать вид ангела светлого, и знает, что в таких случаях положено не обращать на него внимания и молиться. Тотчас взгляд мимо ангела, в уме – трезвение, в пальцах – четки, в устах – молитва:

– Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго!

Подходит сам Иисус:

– Сынок, все кончилось. Ты дома, здесь больше не будет обольщений! Вы уже все другие, присаживайся к Моей трапезе.

Но наш ревнитель всякий день читал, что сатана не раз являлся подвижникам под видом самого Христа. И антихрист явится, как Христос, подделав даже внешний вид. И опять – стеклянный взгляд вдаль, за плечо Иисуса:

– Да воскреснет Бог, и расточатся врази Его. Господи Иисусе, помилуй мя грешного.

Вот такая сцена. Тоже необратимая. У нее не прощупывается счастливого конца. Сохранилось свидетельство лютеранина Стефана Герлаха, прожившего 15 лет в Константинополе, что если бы грекам сам Христос, сошедши с Небес, засвидетельствовал об их богословских неточностях, они не поверили бы и Христу. Так что это не такая уж фантастика: прямое неверие Богу во имя правильного богословия. И, разумеется, не только в православии такое встречается.

Теперь, чтобы протестантам и католикам не обидно было, сами пофантазируйте. Переделайте сцену под ревнителя католического и протестантского и оцените ее психологическую достоверность. Пришел баптист, а за столом православные и даже (вообще, с ума сойти!), даже католики! Как поведет себя ревностный баптист в такой сцене? Оцените и возможность того, что все это (в любом варианте) может произойти и с вами, к какой бы конфессии вы ни принадлежали.

Гностик и язычник

Вот еще один персонаж, тоже очень подходящий – гностик. Слыхали вы про таких? С первого века появились учители такого типа вокруг христианской церкви, во втором был их расцвет. Теперь таких тоже довольно немало, особенно в виртуальном пространстве. У гностиков довольно много смутных и завиральных богословских идей, но выделим только самую главную. Она и касается объяснения мирового зла.

В гностическом сюжете вся беда мира в том, что его сотворил не Высший и разумный Бог, Который никогда бы не опустился до копошения в грязной и греховной материи, а низший и последний из богов, ограниченный и глуповатый полубог, урод высокого Олимпа. В той семье, оказывается, тоже не без урода. Автора нашего мира зовут Демиург. Он смешал вещество и дух, столь противоположные по сути субстанции, что и в творчестве его получилось сплошное уродство. Да еще и Библию свою людям продиктовал, где выдал себя за высшего Бога.

А духовные люди (сами гностики) отмечены печатью свыше. Они знают то, что недоступно другим; у них свои «библии сверх Библии», хотя и в десятке разных вариантов. В них есть семя подлинной духовности, его надо только освободить от плоти и провести в сферу высших богов.

Представьте, как такие люди по смерти встречаются с Богом. Он для них только Демиург, они ждут высшего Бога. Молитвами или заклинаниями будут они отбиваться от Демиурга, но и они готовы бросить истинному Богу, как та дама у Льюиса:

– Ненавижу вашего Бога, верю истинному Богу любви!

Многих, поистине многих, не устроит реальный Бог. К нашей свободе припряжен и разум, стало быть, у нас есть и свобода фантазии. Мы способны в самых разных вариантах сочинить себе “истинного Бога любви".

Больше всего такой свободы у язычников. Вот и для них подобная же встреча. Не понравилась им речь ангела или Христа – опять же взгляд поверх головы и призыв к Юпитеру или Перуну. Снова и с ними не получается конструктивный диалог.

И вы продолжите утверждать, что любой и каждый грешник, увидав Бога, как Он есть, смирится и покается перед Ним?