Мой босс - злой Мороз! - Кира Лафф

Встаёт у окна.

Почти на тот самом месте, где я трахал Лену.

Её образ на секунду вытеснят реальность. Плавные изгибы тела, невинный взгляд из-под полуопущенных ресниц. Сам не знаю, зачем я всё время толкал её к грани дозволенного. Будто нарочно проверить пытался, до каких пределов смогу прогнуть. В какой момент она не выдержит, и уйдёт сама.

- Не думал я, Дима, что мы когда-либо снова вернёмся к разговору о чести, - дед всё ещё не смотрит на меня. Вглядывается в урбанистический пейзаж за окном.

Солнце высоко над горизонтом. Наверное, уже больше полудня.

- Поясни, - прохожу на кухню и наливаю стакан воды. Выпиваю залпом, чтобы убить чёртов сушняк и снова оборачиваюсь к деду.

Стыд уже колышется где-то на донышке как потревоженная веслом ряска.

- Я думал, за последние годы, ты изменился, - продолжает он после долгого молчания. – Безупречно вёл дела компании. Стал опорой семьи. И тут…

- Виделся с Леной? – уточняю на всякий.

Несмотря на то, что возраст у меня совсем не подростковый, рядом с дедом легко снова почувствовать себя нашкодившим мальчишкой.

- Бабушка её звонила, - цедит сквозь зубы. – Я не помню, когда в последний раз так сильно краснел.

- Ясно.

- Как ты мог? В голове не укладывается! Она, ведь, младше! Совсем юная и неопытная! Юбки пропустить не можешь?

Снова всплывает образ Лены в том охрененном изумрудном платье. Не смог пропустить. Это правда.

- Не сдержался, - отвечаю коротко. – Прости.

- Прости?! – его голос дрожит от еле сдерживаемого гнева. – Да ты совсем охренел?!

Прикрываю глаза, разминаю пульсирующий лоб.

Последний раз он так отчитывал меня лет в двадцать.

Незадолго до аварии, унёсшей жизнь отца и старшего брата.

Иногда мне кажется, не случись её, моя жизнь непременно пошла под откос. Отец тогда возглавлял компанию вместе с дедом. А в преемники готовили моего более серьёзного и успешного брата. Ну а мне оставались лишь бунтарские подвиги.

- Нечего ответить? – повторяет.

- Нет, - пожимаю плечами.

Глупо было надеяться, что я смогу утаить всё это от семьи.

Внезапно перед глазами встаёт иная картина…

Как я привожу Лену в гости к семье уже в качестве своей девушки. Все рады и поздравляют меня…

Да. Такое могло бы быть. Если бы я хотел отношений. Если был на них способен. Если бы верил в любовь.

- Ты разочаровал меня, Дима, - дед качает головой.

Этот жест снова отзывается болью где-то под рёбрами.

- Думаешь, раз ты успешен, тебе всё можно? – продолжает. – Как бы ни так.

Его взгляд полон горечи.

- Я отстраняю тебя от занимаемой должности.

- Чего?

Не сразу понимаю суть его слов. Оторопело вскидываю брови. Он же шутит?

- Что слышал. Ты больше не генеральный директор. Завтра я приеду в офис, и ты передашь мне все дела.

Виски начинают пульсировать с удвоенной силой.

Я, блядь, ослышался?

- Ты не можешь так поступить! – на этот раз меня самого гнев разбирает. Хочется сказать про меркантильность той, кого он так рьяно защищает, и я держусь из последних сил. – Это несправедливо!

- Ещё как справедливо, Дима. Настоящий мужчина должен уметь отвечать за свои поступки. Этот урок пойдёт тебе на благо.

С этими словами он размашисто шагает обратно к двери.

- И душ прими, а то выглядишь просто отвратительно, - бросает мне чуть ли не с презрением.

Не говоря больше ни слова, дед выходит из квартиры, громко хлопнув входной дверью.

А я… так и остаюсь стоять посреди гостиной.

Это, блядь, что сейчас было?!

Глава 66

Дмитрий - Теперь все? - спрашиваю после того, как дед два часа вместе со мной ходит по офисам, смотрит за работой и всем сотрудникам сообщает, что я ушел в отпуск. - Все, - тем же мрачным тоном отзывается дед и заходит в кабинет. Пристально оглядывает мой стол, словно впервые видит его, кожаный диван. Цокает языком: - Дорогая обстановка. - Так мы и не бедствуем. - Лена, кстати, сегодня возвращается на должность секретаря, - вдруг добавляет он, обернувшись. - Не хочу, чтобы ты лишний раз травмировал девочку своим присутствием. Поэтому тебе лучше уйти. - Вот как. А что секретарем, почему сразу не на мое место? - Не язви, - дед обходит стол и усаживается в кресло. - Я вместо тебя извинялся перед Марьей Степановной. У девчонки только сестра и бабушка, ты о чем думал? Вернуть Лену на работу - меньшее из того, что я мог сделать. А тебе советую пересмотреть свою жизнь, Дмитрий. Пока не пойму, что ты изменился - обратно не вернёшься. И наследства не увидишь, как своих ушей. Слушаю и охреневаю. Это уже перебор. При чем тут наследство, если это наше семейное дело и фирму я люблю не меньше деда? И сил в нее вложил не меньше. - Как я должен измениться? - спрашиваю резко. - У тебя разве есть претензии ко мне, как к руководителю? - Как к мужчине, Дима, - поправляет он. - Леночка после твоего поведения, дай бог, оправится. Он утыкается носом в бумаги, а мне хочется прямо сейчас рвануть домой к этой рыжей пигалице и посмотреть на "умирающую от моего поведения". Что такого она ему наболтала, если у нее получилось обвести деда вокруг пальца? Может, что я принуждал ее? И деньги пытался сунуть, но она не взяла? Как и мне наплела про грабёж и вымогательство, и малолетних головорезов, которые ее теперь с ножом караулят в подворотне? - Дима, тебе пора, - напоминает дед. Молча забираю свой дипломат и выхожу, хлопнув дверью. Хотел сдержаться, но злость на Белову срывает все предохранители. А дед... Хорошо, я ему докажу, что в отношении меня он ошибся. На парковке сажусь в машину, но не уезжаю, дожидаюсь, когда со стороны трамвайной остановки покажется знакомая фигурка в синем пуховике. Вижу, как она выруливает из-за угла, торопится к моему офису, на ходу размахивая сумкой. И прилипаю к ней взглядом. Не видел больше суток - и, черт возьми, оторваться не могу. Крепко же эта девчонка за яйца меня взяла, если после всего я по-прежнему хочу ее. Белова идет и по сторонам не смотрит, а я разглядываю узкое бледное лицо, большие покрасневшие глаза - и тянет