Собственный Его Императорского Величества Конвой. История частей непосредственной охраны российских государей от основания при Александре I до расформирования после отречения Николая II. 1811— 1917 - Николай Васильевич Галушкин

О Высочайших приглашениях один из офицеров Конвоя вспоминает:

«Приглашение на чай к Великой Княгине Ольге Александровне в то время, когда у Нее бывали Великие Княжны, мне, а также и другим нашим офицерам обычно передавал помощник командира Конвоя, полковник барон Унгерн-Штернберг, который почти всегда бывал с нами у Ее Императорского Высочества. Иногда приглашение передавалось через канцелярию Конвоя.

Будучи у Великой Княгини, мы с Великими Княжнами играли в фанты, прятки, «веревочку» и другие игры. Затем следовал чай, а иногда Великая Княгиня приглашала нас всех к обеду. Как-то и Его Величество, будучи в Петербурге, обедал вместе с нами у Своей Августейшей сестры.

Однажды мы были Великой Княгиней приглашены в цирк Чинизелли и сидели вместе с Ней и Великими Княжнами в Царской ложе.

В Царском Селе приглашение получали непосредственно от Великих Княжон, звонивших по телефону в офицерское Собрание. Приглашались мы в доме госпожи Вырубовой, где вместе с Великими Княжнами бывала и Государыня Императрица. Иногда присутствовал и Государь Наследник Цесаревич.

В один праздничный день, по телефону из Александровского Дворца, в собрание Конвоя было передано приглашение к Великой Княгине Ольге Александровне на дачу Ее Высочества в Ораниенбаум. К собранию прибыл из Дворца автомобиль, и мы, молодые офицеры, поехали на этом автомобиле за шедшим впереди нас дворцовым автомобилем, в котором находились все четыре Великие Княжны. В это время в Россию прибыла английская эскадра, и, кроме нас, к Великой Княгине был приглашен принц Уэльский. Насколько Великие Княжны были милы и держали себя с нами просто, можно судить по тому случаю, который произошел лично со мной на той же Ораниенбаумской даче. После завтрака, когда была подана клубника, я уронил ягоду на пол и не знал, как поступить и что сделать с упавшей ягодой. Видя мое смущение, Великая Княжна Мария Николаевна, сидевшая рядом со мною, нагнулась, подняла ягоду, обдула ее и положила в рот… Этим окончилось мое смущение».

Сама Великая Княгиня Ольга Александровна о приглашении к себе офицеров Конвоя вспоминает так: «По воскресным дням от 3 часов до 9 часов отпускали ко мне в дом на Сергиевской ул., 46, моих 4-х племянниц; пили чай и играли в разные игры. Бывали Унгерн-Ш., Е. Шкуропатский, Федюшкин, Шведов, Скворцов, Зерщиков и Золотарев – они чередовались; но Зборовский, Шведов и Федюшкин всегда были (племянницы особенно их любили – Виктор Эр., Шурик и Юзик)…Так много воспоминаний – особенно тот снимок, где дорогие племянницы, Шурик Шведов, старший Полк, и другие сидят у меня в доме на Сергиевской ул. и пьют чай…»

Ранней весной 1914 года Царская Семья, как и в прежние годы, отбыла в Крым. Туда же от Конвоя для службы при Императорском дворце в Аивадии были заблаговременно командированы две сотни Конвоя, под командой помощника командира Конвоя по строевой части полковника Киреева. Сотни, выделив от себя наряд для сопровождения Императорских поездов, отбыли в Крым отдельным эшелоном. Во время путешествий Их Величеств обычно следовали один за другим два Императорских поезда: поезд литера «А» и его «двойник» поезд литера «Б». Оба поезда по своему внешнему виду не отличались один от другого: синие вагоны с белой крышей, на вагонах Государственные гербы. В пути поезда менялись, и впереди шел то поезд литера «А», то поезд литера «Б».

В Собственном поезде (литера «А») Государь и Государыня имели свой вагон, у обоих входов которого было помещение для камердинера Государя и камер-юнгферы Государыни. Рядом с вагоном Их Величеств находились два вагона, в которых помещались Наследник Цесаревич со своим наставником господином П. Жильяром и Великие Княжны. Затем вагоны с лицами Свиты. В этих вагонах имели свои отдельные купе Министр Императорского Двора генерал-адъютант граф Фредерикс, комендант дворца генерал Воейков, командир Конвоя Свиты Его Величества генерал-майор граф Граббе-Никитин, флаг-капитан адмирал Нилов, дежурный флигель-адъютант и другие лица, сопровождавшие Государя.

По другую сторону вагона Государя и Государыни находился салон-вагон со столовой. К нему примыкали вагоны, в которых были урядник ординарец Его Величества и два казака Конвоя, служащие при Царском поезде, буфет, кухня и лица, к ней принадлежащие.

В Свитском поезде (литера «Б») следовали чины управлений Министерства Двора, сопровождавшие Государя Императора конвойцы – офицер с командою казаков, и остальные лица, по службе своей находившиеся при Царском поезде. Свитский поезд следовал по тому же расписанию, как и Собственный поезд, на час раньше или на час позже его.

О дне и времени отбытия Императорских поездов дежурный командир сотни получал приказание от командира Конвоя или его помощника, которых заблаговременно ставил в известность Комендант Дворца о выезде Их Величеств.

Офицер, назначенный с командой казаков для сопровождения Государя Императора, занимал положенное конвойцам место в поезде литера «Б», а к поезду литера «А» у Царского вагона выстраивалась «Встреча» Конвоя. В случае выезда одной Государыни с Августейшими детьми офицер Конвоя находился в поезде Ее Величества.

Императорские поезда шли по особому специальному расписанию, каждый раз для них составлявшемуся. Напечатанное в нескольких экземплярах, оно выдавалось всем лицам, следовавшим в поездах литера «А» и литера «Б». Точно ко времени, указанному в расписании, Государь прибывал к Царскому павильону.

Пребывание Царской Семьи в Крыму закончилось коротким путешествием в Румынию, которое было совершено из Ялты на Императорской яхте «Штандарт». В этой поездке Государя от Конвоя сопровождали командир и урядник, ординарец Его Величества. С отъездом Царской Семьи из Ливадии сотни Конвоя, закончив свою службу в Крыму, отбыли в Царское Село.

8 июня 1914 года в Царское Село прибыл саксонский король. Перед Большим дворцом в Высочайшем присутствии Государя Императора и его гостя, саксонского короля, состоялся парад, после которого Государь повелел Своему Конвою произвести джигитовку. Казачью джигитовку саксонский король видел впервые в своей жизни, и она произвела на него сильное впечатление.

После приезда саксонского короля Конвой принимал участие в торжественной встрече, в Петергофе, президента Французской республики господина Раймонда Пуанкаре, прибывшего в Россию с официальным визитом 7 июля, и в Красном Селе, на Высочайшем смотру войск Красносельского лагерного сбора.

Большой ежегодный парад в Красном Селе состоялся в присутствии президента. Накануне парада, при объезде войск Государем Императором, господин Р. Пуанкаре ехал в открытой коляске вместе с Государыней Императрицей.

Это был, в мирное время, последний Высочайший объезд и парад войск Гвардии Петербургского военного округа. В связи с событиями последующих дней и сложившейся политической обстановкой Государь Император, для защиты чести