По рукам? - Ася Федотова

— Ник, — позвала подругу, — он ничего тебе не сделал? Это же все не просто так?

Стрельцова отложила телефон и воззрилась на меня темными, жгучими впадинами.

— Конечно, не просто так. Только вот с тобой я больше ничем не поделюсь. А то мало ли кому ты снова растрепешь.

— Я хотела, как лучше, — попыталась объяснить свой поступок. — К тому же я считаю, что Руслан должен знать правду. Ты же видишь, что с ним творится. Так не должно было продолжаться.

Ника вспыхнула мгновенно.

— Ты хоть понимаешь, как я испугалась, когда Костя сказал мне, что они встречались с Русланом? Думала снова...

Стрельцова отвернулась в сторону, протяжно вздохнула. Шмыгнула носом. А потом резво собрала свои вещи и вылетела из аудитории.

Я за ней. Без всего. Но первый раз мне было плевать. Даже, когда пересеклась в коридоре с преподавателем.

Есть вещи поважнее учебы. Например, подруга.

Ника нашлась в туалете.

Та стояла перед открытым краном и не мигая таращилась в зеркало. Я подошла к ней со спины и обняла, прижавшись щекой с сотрясающимся лопаткам.

— Все будет хорошо. Ты просто доверься ему. Ведь Руслан тебя так любит. Ты нужна ему, Ника. Вот такая, какая есть. Даже с проблемами. Он готов их решать. Потому что без тебя просто не может. Неужели ты не чувствуешь этого?

— Я боюсь, Лер. Боюсь взвалить на него все свои проблемы, а потом увидеть в глазах сожаление. Почувствовать себя обузой. Глыбой, тянущей ко дну. И мне так стыдно. Так невыносимо стыдно. Исчезнуть бы, да не могу. Сколько натворила. Сколько боли ему причинила. Самому родному на свете.

Ника развернулась в моих руках и завыла в голос.

А я все гладила ее по спине, позволяя выплеснуть скопившиеся тяжесть и вину.

Уже позже, когда мы прогуляли семинар за чашкой кофе в местном буфете, Ника рассказала мне всю правду, почему изменила себя.

И это повергло меня в настоящий шок. О Константине я всегда была не лучшего мнения, но после услышанного он и вовсе стал мне омерзителен. Только вот сквозь весь негатив сочилась жалость к этому человеку.

— И какие у него требования? — спросила подругу.

— Самые прямые. На следующей неделе Вале сделают последнюю операцию, потом будет реабилитация. За все он уже заплатил. И если я уйду, Костя угрожал взыскать с нас до последней потраченной копейки. А это такая сумма, Лера... Я не знаю, как быть.

— Руслан знает?

— Нет! — судорожно запротестовала та. — Как же я могу просить у него такое?

В этот раз я ничего ей не обещала. Уж тем более молчать. И, конечно, вечером все рассказала Денису.

А спустя час пришлось еще раз все повторить Беккеру, который заключил меня в свои медвежьи объятия.

— Лерчик, спасибо. Честно, — душил меня, пока Денис на рявкнул, чтобы тот отпустил. — Это же круто. Я смогу собрать денег. Останется лишь Нику уговорить их принять. Хотя, ты же говорила, что ее мать была против замужества на Стрельцове. Можно попробовать действовать через нее.

Шестеренки в голове Беккера заработали с новой силой.

— Дэн, это же не девчонка, а клад какой-то. Клянусь, если Лерку обидишь, я сам тебе задницу надеру. Без обид, бро.

Глава 31

Flёur — Сияние

ЛЕРА

Я места себе не находила. Экзамен у Дениса начался уже час назад, а вестей до сих пор не было никаких. Беккер на мое сообщение написал, что Денис зашел еще во второй пятерке вместе с ним, но так до сих пор и не вышел.

У самой же экзамены уже закончились. Вчера получила последний автомат. Ведь хотела поехать вместе с Денисом, чтобы поддержать, но потом представила, как буду с его группой в коридоре стоять. Косые взгляды на себе ловить. К тому же после экзамена мы все равно договорились поехать к бабуле на дачу, куда та с конца мая заселилась на летнее время.

— Ну, что ты нервничаешь? — ответила по телефону бабуля, когда я позвонила ей пожаловаться. — Говорю же тебе, все будет хорошо. Уж на тройку он точно наскребет. Не выгонят голубка твоего. Зря я что ли столько трудов в парня вложила.

— Тогда почему так долго?

— Так время тянет, наверное. Засел там в кабинете и момента ждет.

Я не стала бабулю слушать и после набрала Быстракову. Но, как оказалось, Настя отстрелялась еще в первой пятерке студентов. Тогда пришлось писать их старосте. И только телефон звякнул, информируя о поступившем сообщении, как в дверь позвонили.

Я помчалась в коридор из с размаха распахнула массивную дверь.

Денис стоял с широкой улыбкой на губах, в белоснежной рубашке с закатанными до локтей рукавами, серых укороченных брюках и белых кроссовках.

На мой немой вопрос, Керимов улыбнулся еще шире.

— Сдал. На отл! — достал из заднего кармана зачетку и развернул ко мне лицом.

Я пискнула от восторга и бросилась к нему на шею.

— Засранец, — проворчала на парня после того, как зацеловала все лицо. — Почему не позвонил? Я тут, как белка в колесе кручусь. Места себе не нахожу, блин! Обзвонила всех, как дура.

— Знаю. Мне уже сказали, — Керимов коснулся моих губ, нежно поцеловал и поймал мой обиженный взгляд. Его глаза, напротив, сияли веселым лукавством. — Хотел сюрприз тебе сделать. Гордишься теперь мной?

— Всегда горжусь, — прижалась к его шее, откуда очень приятно пахло туалетной водой. — Самый умный, самый хороший, самый красивый. Самый, самый... Люблю тебя.

— И я тебя.

Пока собирала вещи, Дэнни рассказал, что Дронов не поверил, когда тот все задания из билета сделал правильно. И дал еще один билет. Но, когда и там не оказалось ошибок, знатно профигел. Поитересовался, с кем это он занимался. А когда улышал про бабушку, то заметно просиял и передал ей привет.

— Е-мое, Лер, чем ты занималась, пока я в универе был? Могла бы все заранее сложить, — возмущался Керимов, уплетая бутерброд с чаем.

— Не могла! — фыркнула на него из комнаты. — Я от телефона не отходила. Волновалась сильно.

С такими сборами и пробкой на дороге мы добрались до дачного кооператива, где у бабули были шесть соток земли, небольшой домик и банька, спустя пару часов. Хотя путь составлял не более пятидесяти километров.

День выдался безумно знойный и солнечный. Бабуля вышла нас встречать в летнем цветастом халате и соломенной шляпе. Припарковав машину на соседний