Лорем - Ксения Лифанова

Сказочница плакала.

Это разрывало сердце.

Она не смогла помочь даже им.

— Аштанар, твоя мама стала частью Блуждающего источника, а ее душа уже переродилась. Маги слышат ее голос, я была уверена, что они тебе передали.

— Нет, мне никто не сказал… Вот почему мы ехали на Архипелаг.

— Может быть. Аштанар, правда, если бы я только знала, я бы нашла тебя, я бы сказала. Они же маги воды, они всегда говорят правду, что же произошло…

— Сказать правду и сказать то, что себе не выгодно — разные вещи, — всхлипнула Кошка.

— Черт, так вот в чем дело! Вот почему замолчал Поток! Аааа, не в смысле того Потока, о котором ты подумала! В смысле, вот почему маги Архипелага перестали говорить Бальтам про все, что у них происходит.

— А они перестали? — спросил Змея.

— А вы не знали? В общем да. Вспыхнула новая волна недовольства, но это сейчас не важно. Скажи, Аштанар, а ты сама дошла до этого?

— Клин сказал, — Она добавила уважительно, — В смысле, Чайка.

— Ну да, конечно. Мистер Командовать-парадом-буду-я!

— Что?

— А, долго объяснять. Ты что, так и сказал?

— Нет, я вообще не говорил такого.

— Ты объяснил это нимам, я услышала и повторяю.

— Демоны, она права! — орнул Змея, — Мы, наверное, потому про это не знаем, что Поток молчит в обе стороны!

— Ребята, я должна была догадаться. Простите меня пожалуйста. И про природные катастрофы, спасибо, правда, спасибо вам. Спасибо, что верили в меня и сделали все это.

— Мы верили друг в друга, нам ничего больше не оставалось.

— Тогда спасибо, что доверились мне.

Они переглянулись. Змея тихо проговорил:

— Честно говоря, это было не просто. Мы выбирали между тобой и столицей, но Ян так и не пришел.

— Я, я подвела вас, а вы все равно делали это. Ребята, спасибо вам.

— Нарилия, — серьезно сказал Змея, — Мы все трое нимы. Но ведь это ты писала нам. Ты переживаешь о нас. Ты писала всем нимам?

— Нет, — не нашла сил солгать она.

— Тогда кто мы для тебя?

— Вы… Ребята, мы мои не-маги.

— В каком это смысле.

— Из вас забрали магию, чтобы пришла я. Ваша магия вот здесь, — Она подняла руку с браслетом. Пять бусин, — Было довольно сложно найти вас, но Джейкоб мне наглядно доказал, что в Сеадетте перерождение. Все перерождаются по кругу, можно увидеть последовательность, новое тело начинается в тот же миг, когда старое умирает. Так, кажется хорошо, что вы сидите. В общем вы давно перерождались, и сейчас вы…. Ну не в своих стартовых стихиях родились, но просто не можете иметь магию, потому что…

— Потому что нас убили, чтобы эта магия передалась тебе.

— Я этого не хотела! Я долго кричала, когда узнала, но этот дебильный браслет, понимаете, это штука, благодаря которой я могу мир менять!

— То есть сколько бы мы не пытались, мы не могли бы стать магами? — голос Змеи ломался на глазах.

— Да! Но при том, что ваши души склонны к магии, вы не перерождались среди нимов! Злитесь, ребята, я сама была в ужасе, когда узнала.

— И получается магами нам не стать… — спокойно сказал Чайка.

Пивная кружка была тяжелая. Бусины браслета были стеклянные.

Зазвенели осколки.

— Вот так вот. Вот и все. Хватит с меня.

Какое-то время все сидели молча.

— Я ничего не чувствую… — сказала Кошка.

— Да, никаких изменений, — Змея барабанил по столу.

— Вы не в том мире, чтобы почувствовать эти изменения. Вот вернемся отсюда, почувствуете.

— Где же мы?

— Да в черновике. А-а-а, пропади все пропадом. Черновики — это такие модели, они могут быть простыми, могут быть сложными, как ваш мир. Меня с детства гоняли по черновикам, пока не выучила, что у вас как и какая расстановка сил. Вот так куются боги.

— Почему же этого не хватило?

— Я не знаю, никто так и не смог подготовить меня к тому, чтобы быть богом.

— А как же боги твоего мира?

— В моем мире не было богов.

— Кто же есть у вас?

— Правительство.

Разбился бокал.

— Правительство? Что же произошло в вашем мире, что правители получили такую власть?

— В общем-то то же, что и в вашем. Технически, я не бог. Я неуязвимый правитель, в которого вгрузили ключевые структуры мира, уйму лора, и дали неуязвимость и силу все это решить.

— Что такое лор? — спросил Змея.

— Ну, все про то, как мир устроен.

— И чем это отличается от бога?

— Ну, собственно, мною. Я не бог, и эти гады в столице, что бы они о себе не мнили, тоже не боги. Вот ты, например, Аштанар, скажи, вот у вас есть течения, так? Они заправляют погодой, их слово закон, и все у вас хорошо. Вы что, считаете их богами?

— Нет, но мы считаем их достаточно мудрыми, чтобы дать им право решать за всех.

— Ну вот, и мне дали такое право. Только для всего мира. И что вышло?

Вопрос ушел в пустоту. Звякнула о стол кружка.

— Кто дал?

— Ох, этого я вам так просто сказать не могу. Вы, наверное, захотите его убить. А мне он очень дорог.

— Так, ладно, — непривычно ровным голосом произнел Чайка, — Тогда что же, у нас тоже нет богов?

— Отчего же, есть сейчас бог. Но он не показывается и ни разу не давал о себе знать с тех пор, как я пришла сюда, — Она зачем-то повысила голос. Какая разница, как будто он без этого не услышит, — Хотя я прекрасно знаю, что он следит за мной и помогает. Почему иначе я неуязвима?