Самгук саги Т.1. Летописи Силла - Ким Бусик

войска под командованием танского военачальника Гао Бао [669] и тридцатитысячные [союзные, киданьские?] войска под предводительством [танского] военачальника Ли Цзинь-сина одновременно прибыли в Пхеньян и расположились там, образовав восемь лагерей, а в восьмом месяце они напали и захватили крепости Ханси и Маып[670]. Затем, когда они продвинули дальше войска и расположились лагерем на расстоянии примерно 500 по от крепости Пэксу, наши (силланские) и когурёские (восставшие) войска вступили [с ними] в схватку и отрубили несколько /240/ тысяч голов. Гао Бао и другие [с войсками] отступили, и их преследовали до Сокмуна[671], где произошло сражение, и наши войска потерпели поражение. Там погибли тэачхан Хёчхон, сачханы Ымун и Сансе, ачханы Нынсин и Дусон, ильгильчханы Аннахам и Янсин и другие. В области (чжу) Хансан [тогда] построена крепость Чучжан[672] окружностью в 4360 по.

В девятом месяце семь комет появились с северной стороны. В недавнем прошлом вследствие того, что Пэкче [673] жаловалось перед Танским государством и просило о присылке войск против нас, положение стало критическим, поэтому ван, не имея возможности обратиться к императору, вывел свои войска для оказания отпора, чем заслужил вину перед великой династией [Тан]. Поэтому [ко двору императора] были посланы кыпчхан Вончхон, нама Пёнсан, а также находившийся в плену младший военачальник войск и кораблей князь (ху) Кём Идэ, лайчжоуский сыма Ван Е, бэнлечжоуский чжанши Ван И, сыма Унчжуской провинции Ми-гун, чынсанский сыма Попчхон со ста семьюдесятью солдатами, чтобы передать письмо, в котором [ван] в следующих словах умолял прощение за вину:

«Некто (я) ваш слуга приносит покаяние в смертном грехе.

Прежде, когда страшная опасность угрожала вашему слуге падением, он издалека (от Китая) получал [желанную] помощь и находил спасение /241/ от гибели. Если бы даже я стер в порошок свое тело, разбив все кости, этого было бы недостаточно, чтобы отблагодарить за ваши величайшие милости, и если бы даже я разбил себе голову, чтобы превратить ее в пепел и пыль, разве смог бы отплатить вполне за все ваши милостивые благодеяния. Но ввиду того что наш кровный враг — Пэкче, покушаясь на окраинные земли вашего слуги, призвал небесные (танские) войска, чтобы погубить вашего слугу и смыть позор [своих прежних поражений], ваш слуга, [опасаясь возможности] своей гибели, сам попытался отстоять свою жизнь и этим незаслуженно навлек на себя имя коварного мятежника и обрел такую вину, за которую трудно было бы простить. Ваш слуга опасается, что если бы он принял смертельную кару, не объяснив прежде истинного смысла происшедшего, то и живым считался бы вероломным и преступным слугой, а после смерти превратился бы в злого демона неблагодарности. Поэтому он осмеливается доложить письменно положение дел и со страхом смертельной опасности обращается к высочайшему вниманию с покорнейшей надеждой хоть немного склонить священный слух [императора к своим словам] для выяснения истины. В течение многих поколений ваш слуга исправно поставлял дань, но только в самое последнее время из-за Пэкче допустил перерыв в поставке дани, чем заставил священного императора высказать [гневные] слова и дать приказ генералам о наказании за проступок вашего слуги. Мало было бы одной смерти для наказания его вины, не хватило бы бамбука на горе Наньшан[674] для того, чтобы описать всю вину [вашего слуги], недостаточно было бы лесов Баое, чтобы изготовить колодки [для его наказания]. Если бы даже могла возникнуть затопленная пустыня на месте алтарей предков и государства, а тело свое пришлось бы изрубить и истерзать, ваш слуга с радостным сердцем примет свою казнь, когда [император] выслушает его дело и рассудит лично. Ваш слуга свой приговор выслушает покорно, [держа] возле себя гроб и похоронные дроги, [стоя] с невысохшей от мокрой земли (посыпанной в знак раскаяния) головой, с кровавыми слезами, ожидая /242/ императорского [решения]. Он осмеливается думать, что ваше императорское величество ясностью равно солнцу и месяцу, и благодатными лучами ваших добродетелей освещаются все уголки, а добродетели ваши связаны с небом и землей, и все живое — и животные и растения — испытывают их благодеяния: ваша добродетельная любовь к живому далеко простирается вплоть до [самых маленьких] насекомых, а милосердие и ненависть к уничтожению (казням) распространяется даже на перелетных птиц и плавающих рыб. И если бы в своем снисхождении простили вину [вашего слуги] и оказали милость сохранением ему жизни, то даже год смерти ему показался бы радостным днем рождения. Хотя и не надеется на исполнение своего желания, но [слуга] осмеливается изложить то, что думает, и с чувством величайшей вины (достойной казни мечом), с благоговейной почтительностью отправляет он Вончхона и других, чтобы преподнести это послание и умолить о прощении вины, а также выслушать с покорностью высочайшее повеление. Еще и еще раз я покорно склоняю голову, [тысячу раз] каясь в своем смертном грехе». Одновременно отправили подношения: тридцать три тысячи пятьсот пхун (фынь) серебра, тридцать три тысячи пхун меди, четыреста иголок, пятьсот двадцать пхун ухвана (нюхуан — лекарство), сто двадцать пхун золота, шесть кусков [тонкой] сорокасынной[675] ткани и шестьдесят кусков тридцатисынной ткани. Зерно в этом году было очень дорогим, и люди голодали.

В тринадцатом году (673 г.)

Весной, в первом месяце, большая звезда (метеорит?) упала между храмом Хванёнса и Городом пребывания (Чжэсон)[676], /243/ Кансу произведен в сачханы, и [определено] выдавать [ему] ежегодно по двести соков [неочищенного] риса (в качестве жалованья). Во втором месяце достроена (увеличена) крепость Сохёнсан[677]. Летом, в шестом месяце, убили тигра, забравшегося во двор Большого дворца (в Кымсоне).

Осенью, в седьмом месяце 1-го числа, скончался [Ким] Юсин. [В том же месяце] ачхан Тэтхо замыслил измену, чтобы перейти на сторону [государства] Тан, но дело раскрылось, и он был предан казни, а семейство его обращено в подлое состояние[678].

В восьмом месяце пхачжинчхан Чхонгван назначен министром-чунси. Произведено увеличение (расширение) крепости Сарёльсан.

В девятом месяце возведены крепости Куквон <древняя Вачжан>, Пукхёнсан, Сомун, Исаи, Чуян <некоторые называют Чирам> в области Суяк, Чучжам в округе Тальхам, а также горная крепость храма Манхынса в области Корёль и крепость Кольчжэнхён в области Самян. Ван отправил сто военных кораблей под командованием тэачхана Чхольчхона и других, чтобы нести охрану [у побережья] Западного моря (Желтого моря). Танские войска вместе с войсками Мохэ (Мальгаль) и киданей вторглись [в это время] в северные пределы, но наши войска победили их в девяти сражениях, убив свыше двух тысяч человек. Невозможно было сосчитать, сколько погибло из танских