Сотканные из лжи - Нонна Монро

Кэтрин коснулась моей руки и сжала ее.

— Пожалуйста, разберись с этим.

* * *

Я вертел телефон в руках. Набирал и стирал сообщение. Сердце гулко билось в груди. Открытый чат не помогал. Я бы мог использовать какую-нибудь цитату, чтобы начать разговор, но это казалось неуместным и глупым. Нельзя задобрить красивыми словами, а после бросить обвинения в лицо.

Нервный смешок сорвался с губ. Мы определенно ошиблись в своих предположениях. Никто из пятерки не помогал Джеффу. Занимаясь мышиной возней, лишь обманывали себя. Чтобы действительно докопаться до правды нужно было следить за каждым его шагом. Пробивать людей, с которыми Джефф общался. Подсунуть кого-нибудь в Ларчмонт, чтобы он подслушивал и приносил информацию.

Прекрасно. Я добрался до стадии торга.

А всего лишь требовалось позвонить Эшли.

Я набрал полную грудь воздуха. Взъерошил волосы. Выпил стакан воды. Сделал все, чтобы не звонить.

Но в конце концов взял себя в руки и нажал на ее имя. Гудки разрывали барабанные перепонки. Эшли ответила не сразу, но как только я услышал ее голос, все слова вылетели из головы.

Она знала, зачем я позвонил.

— Я попробую, — сразу сказала она. — Не могу ничего обещать, потому что вся информация у папы в ноутбуке, а он всегда с ним.

— Спасибо, — прохрипел я в ответ. Слово обожгло язык.

В напряженной тишине повисла недосказанность. Я отвесил себе мысленную пощечину, хотя не мешало бы и в живую получить удар в лицо.

— Мы никого не пытаемся обвинить. Просто хотим понять, как быть дальше.

— Я понимаю, — неуверенно ответила Эшли. — Но мой отец всегда презирал Джеффа. Вряд ли он бы…

— Стал с ним работать, — договорил я.

— Тайлер, это серьезное обвинение.

— Ты можешь отказаться.

— Не могу, — прошептала она. — Я постараюсь помочь тебе.

Глава 37. Эшли

Папа снова уехал в командировку. Мама привычно позвонила после занятий и сообщила мне об этом. Признаться честно, я зацепилась за этот факт и не стала приезжать на выходные. Его кабинет всегда был под замком. В нем он держал самые важные документы и деньги. Но если быть совсем откровенной, я не представляла, как влезу в его ноутбук и выпишу данные кошельков. Тайлер сподвигнул меня на предательство в адрес семьи. Подобные обвинения оскорбительно было даже слышать. Мой отец целыми днями работал. У него не было времени сотрудничать с Джеффом Гиллом.

Я закрыла учебник и отложила его в сторону. В библиотеке помимо меня было еще несколько студентов. Все готовились к проекту. Кто в одиночестве, кто в компании. Дженни и Ким все еще смаковали выходные в Бостоне. Первая была в восторге от Шона, а вторая просто радовалась хорошо проведенному времени. Лили ничего интересного не рассказывала. Складывалось впечатление, что она была не с ними, а где-то одна отдыхала. Зато Энтони прожужжал все уши. Его любовь к текиле немного беспокоила.

Мимо меня прошла Колин, одарив недовольным взглядом. Обычно она предпочитала заниматься в комнате и крайне редко поощряла мое желание сидеть в библиотеке. Мне надоела эта холодная война между нами, поэтому я встала и последовала за ней.

Она настороженно наблюдала, пока я опускалась в кресло напротив нее.

— Давай поговорим, — предложила я.

— Ты достаточно четко обозначила свою позицию, переехав в комнату Лили.

— У меня не осталось выбора. Ты душила своей заботой, — мой голос не дрогнул. Глаза Колин сверкнули, а губы скривились.

— Так значит я виновата в этом? А своих ошибок ты замечать не хочешь, верно?

— Я знаю о своих ошибках и жалею, что позволила тебе взять под контроль мою жизнь и управлять ей. Я была потеряна вне дома. И самым простым вариантом, казалось, позволить кому-то принимать решения за меня.

Ее смех не предвещал ничего хорошего. Колин взмахнула рукой от возмущения, однако отступать я не собиралась.

— Все дело в Тайлере, да? — Вопрос ошарашил меня. Я открыла рот, закрыла и снова открыла.

— Он здесь не причем.

— Да ладно, Эшли, ты же стала с недавних пор честной и развязала себе язык. Это ревность или что?

— Тайлер. Здесь. Не. Причем, — процедила я сквозь зубы. — Это про нас с тобой. Наша дружба в какой-то момент свернула не туда. Я не хочу, чтобы мы были врагами и метали взглядом ножи в спины друг друга.

— Возможно, стоило подойти ко мне и изначально нормально поговорить? А ни как крыса сбегать.

Пустой разговор. Бессмысленный. Следовало встать и уйти. Не тратить время. Не биться в закрытую дверь.

— Услышь меня, пожалуйста, Колин. И прости, раз тебя так сильно обидел мой переезд. Я просто не могла больше жить с тобой в одной комнате и делать вид, что между нами нет пропасти. В моей жизни и так есть человек, контролирующих каждый шаг. Второго я не выдержала.

— Я делала лишь то, что просила твоя мама.

— Посмотри на это с другой стороны. А лучше поставь себя на мое место.

— Я была бы благодарна, если бы моя мать интересовалась моей жизнью. — Слезы брызнули из ее глаз. Слова Дженни всплыли в голове. Родителям Колин не было до нее дела. Поэтому она так цеплялась за меня и мою семью.

— Тогда я неблагодарный человек, мечтающий прожить свою жизнь так, как он хочет. И за это я точно не буду извиняться, Колин.

Она быстро смахнула слезы и нацепила на лицо маску невозмутимости.

— Если твоя мама мне позвонит, я не собираюсь ей лгать.

— Ты можешь сказать все, что посчитаешь нужным. Теперь я поняла, сложность дружбы втроем.

Груз свалился с плеч.

* * *

Отец возвращался лишь к концу февраля. Все эти дни я обдумывала, как именно влезть в его ноутбук. Все идеи казались провальным. Он не глупый человек и сразу заметит мою нервозность и волнение. Я не смогу солгать, глядя ему в лицо.

В эти выходные он должен был прилететь. Я попросила маму прислать водителя, а самой не приезжать. Она была так рада приезду отца и воздержалась от привычных причитаний.

В машине меня откровенно потряхивало. Я никак не могла сглотнуть ком в горле. Практически отказалась от этой идеи. И даже собиралась выдать адрес своего кошелька за отцовский. Но с моего крайне редко проводились операции. Поэтому ложь Тайлер легко бы заподозрил. От нервов я вырубилась. Проснулась лишь тогда, когда водитель остановился возле дома.

Ноги тряслись на ступенях. Я была на грани обморока, но старалась держать лицо